Несвоевременный юбилей

100 лет революции                   О правильной расстановке приоритетов.

Негласный консенсус

В канун столетия Великой Октябрьской революции весьма показательным является достаточно апатичное, если не сказать настороженное, отношение, как к юбилею, так и к революции в российском обществе. Разумеется, коммунисты проведут свои обязательные демонстрации с непременными митингами, по ТВ покажут пару-тройку сериалов, посвященных революции, пройдет несколько ток-шоу с особо крикливыми политологами и экспертами, но и всё. 8 ноября все переключатся на другие, более актуальные события.

Почему так? Всё-таки революция 1917 года это было событие поистине планетарного масштаба, затронувшее всё человечество и оказавшее влияние на весь мир. Казалось бы, столетний юбилей имеет право на чуть более помпезное, шумное и официальное празднование. Историческое явление, всё же. В своем роде, ничуть не менее значимое, чем Победа 45 года.

Но нет. Ни власть – очевидно, ни значительная часть общества праздновать это не хочет. По вполне понятным причинам. Если праздновать, значит, признавать, что это деяние похвальное и достойное празднования. Значит, революция в известных условиях нужная и полезная вещь. Значит, заговорщики и бунтовщики имеют право свергать законную власть, избранную народом. Настоящая революция, напомним, свершилась не в октябре, когда большевики свергли Временное правительство, а в январе, когда они распустили Учредительное собрание, избранное всеми гражданами империи для учреждения новой власти и основ государства.

Понятно, что такая логика не близка ни нынешней российской власти, ни большей части общества. Что бывает, когда стратегические проблемы страны пытаются решить революционной сменой власти все слишком хорошо видели вокруг и поодаль за последние годы, да и многие последствия той, столетней давности революции, мы и сами переживаем и ощущаем до сих пор. И это отнюдь не только приятные и полезные последствия.

Так что нет, не стоит. Никому особо не хочется акцентировать внимание на этой революции. Было, да. Было, и прошло, и быльем поросло. Место этой революции в учебниках истории, но уж точно не на знаменах современности. За исключением известной части энтузиастов революции, готовых и сегодня провернуть нечто подобное, у прочих граждан сложился с властью негласный консенсус.

Официально этот консенсус нигде не прописан, но вполне ощутим, и выражается в нескольких простых максимах. Революция – это то лекарство, что хуже болезни. Накопившиеся проблемы надо решать, но точно не путём революции. Ещё одного раскола и братоубийства страна не вынесет. Так что двигаемся вперед медленно, но последовательно. Аккуратно расставляем приоритеты, накапливаем ресурсы и резервы, ставим выполнимые цели и последовательно их достигаем. По мере возможности, не втягиваемся во внешнеполитические авантюры, но и ущемлять себя не позволяем. В личную жизнь не вмешиваемся, в общественной жизни руководствуемся старыми проверенными ценностями. Но без излишества и фанатизма. Фанатизм нам не нужен. Ни с какой стороны.

Остаться в России

На этом консенсусе, больше чем на чем-либо другом, зиждется легитимность нынешней власти. Экстаз не поощряется, но и очковтирательство тоже. Приветствуется рабочий настрой, без ненужного оптимизма и пессимизма. Поиски национальной идеи, за очевидной бесперспективностью, предложено временно прекратить и заняться обустройством жизни в стране. В самом приземленном материальном аспекте. Показательными являются недавние совещания бывших высокопоставленных политиков, ныне с живостью и явным интересом обсуждающих проекты по очистке рек и ликвидации мусорных свалок. Несколько лет назад собрались очистить Арктику. Сейчас всю страну.

Это значит, что люди собрались в ней жить. И да, это именно те люди, о которых все подумали. «Ближний круг» Путина всё для себя решил. Конфронтация с Западом отрезала ему пути к отступлению. Уйти на пенсию с нажитыми капиталами в какую-нибудь виллу на Лазурном берегу уже не получится. Слишком опасно и ненадёжно, слишком легко стали арестовывать подозрительные счета и конфисковывать имущество американцы с европейцами. Слишком много стало в Европе неудобных мигрантов из стран третьего мира, слишком турбулентной становится Америка. Неуютно становится и там, и там.

«Ближний круг» это всё уже понял, в самых высоких инстанциях уже догадались. Если смотреть не на пять-десять лет вперед, а на тридцать-сорок, то строить будущее – и своё, и детей – надо в России. Опора на национальные ресурсы это тот актив, с которым никакие счета в зарубежных банках и рядом не стояли. Но опора зиждется на власти. А власть на доверии. Стало быть, нет у нынешней российской элиты другого варианта сохранения власти, кроме как поддерживать и завоевывать доверие населения. Чтобы в массе своей почтенные отцы семейства могли рассуждать примерно так: «Ну, не сахар, конечно, наш губернатор (участковый, мэр, прокурор, министр, депутат, президент, etc), но это наш губернатор. Дело своё он делает, сильно не косячит, много не ворует. А то, что и ворует, так тут же и тратит. И дом у него свой тут, и ребенок здесь учится, и жена летом в Сочи отдыхает».

Отстроить страну

Это пока что желаемая картина, это пока только в планах. Но потихоньку эти планы станут реальностью. Сошки помельче и поглупее, несмотря на свои миллиарды, всё еще стремятся скакнуть на Запад, в надежде на спокойную пенсию. Это идиоты, не чующие перемену ветра.

«Зубры» остаются в России. Они строят Крымский мост и готовят мост на Сахалин. Они тянут трубопроводы через Балтийское и Черное море в Европу, через Сибирь и Приморье в Китай. Они строят самые современные порты и военные базы в Заполярье, строят новые космодромы на западе и на востоке страны. Они вкладывают миллиарды в сельское хозяйство и ВПК, они модернизируют армию и укрепляют спецслужбы. Они копят тонны золота в подвалах ЦБ и готовятся к суверенизации финансовой системы страны. Они взялись за очистку рек и озер, они намерены прибрать страну от накопившегося мусора.

Это «зубры», это тяжеловесы, это люди с большими деньгами и большим влиянием. При желании, каждый из них мог давно выйти из игры в кэш, и свалить на Запад. При желании, их совокупного влияния вполне хватило бы, на проведение удобной для Запада политики и обеспечение лояльного к себе отношения.

Но мы видим другое. Жёсткий клинч с Америкой, невзирая на санкции, угрозы и аресты капиталов, ответные удары, ответная кампания по всему миру. Они не собираются на пенсию во Флориду. Если они вообще собираются на пенсию, то в Подмосковье или в Крым. Но чтобы быть уверенными в спокойной обеспеченной пенсии, они должны быть уверены в будущем. В том, что те, кто придут им на смену, не захотят всё переиграть и переделить. Что народ не пойдет за очередным краснобаем и шарлатаном, обещающим свободу, равенство и братство, и всякие прекраснодушные мечтатели больше не дорвутся до власти.

Национальная элита

Обеспечить стабильность и преемственность можно двумя путями. Во-первых, ставить на ключевые освобождающиеся должности прямых идейных или кровных наследников, готовых продолжать прежнюю политику и гарантировать неприкосновенность высокопоставленных отставников. Во-вторых, укреплять институты, способных поддерживать устойчивость и жизнеспособность системы безотносительно конкретных персон.

Сейчас власть идёт обоими путями. Выращиваются и продвигаются наследники – и кровные родственники, и идейные последователи. Формируется классическая национальная элита в классическом понимании этого слова – люди обладающие капиталом и властью (в мягком варианте — влиянием), способные конвертировать их в политические решения и передавать по наследству. И формируются институты, готовящиеся стать становыми опорами государства. Армия, спецслужбы, правящая партия. «Единая Россия» уже становится самодостаточной партией, способной функционировать без единоличного лидера. Это вполне отчетливая правоконсервативная партия, практически полный аналог британских тори. Левый фланг политического поля в России пока еще не оформился столь же четко и мощно, но это дело времени, он обязательно оформится.

Так же как дело времени и прочие несущие конструкции власти. Постепенно оформится и примет адекватное положение местное самоуправление и региональная власть, судебная и законодательная инстанция, Церковь и общественные организации, институт президентства, наконец.

Вслед за реальностью

Да, Конституция Конституцией, но надо честно признать, что Российское государство, после краха СССР, всё ещё в стадии становления и многие его формы ещё не приняли законченный вид. В том числе, верховная власть. Что написано в законе – одно, что складывается в реальности по конкретным обстоятельствам – другое. А складывается у нас система, очень напоминающая римский принципат эпохи империи.

Цезарь не был царем или королем в средневековом смысле этого слова. Цезарь был избираемым на конкретный срок магистратом, который де-факто мог избираться неограниченное количество раз. Цезарь мог выбрать себе соправителя, который правил с ним несколько лет, и после смерти прежнего сам заступал на его место. После голосования и утверждения в Сенате. Такая вот оригинальная система, очертания которой проглядывают и в нашей действительности. Такая вот система преемственности власти, установленная Октавианом Августом после полутора столетий бесконечных войн, смут, мятежей и переворотов, обеспечившая Римской империи двести дет небывалого могущества, стабильности и процветания.

Правда, сначала пришлось пройти через множество проб и попыток, зачастую весьма кровавых. Ну, вот и России тоже пришлось пройти, и тоже сейчас на коленке приходится вырабатывать новую систему. Постепенно. Осторожно. Методом проб и ошибок. Главное – снова не сорваться в войны и революции. Лимит на революции в России уже исчерпан. Несогласным предложено покурить в сторонке.

Поэтому так вяло и неохотно вспоминают сейчас 1917 год. Не до революции сейчас. Вот как-то совсем.

Поделиться:
Нажимая кнопку комментирования Вы соглашаетесь на обработку персональных данных
111, за 0,258