16+
Аналитика
31.03.2020
Сегодня она в Нижегородской области демонстрирует неэффективность и высокую степень коррумпированности.
31.03.2020
«Нижегородский водоканал» должен покрыть все издержки по ликвидации оползня на Похвалинском съезде.
30.03.2020
Павлу Карасеву предстоит заниматься в первую очередь оперативными и тактическими задачами.
30.03.2020
Несмотря на распоряжение губернатора музей и коворкинги для «Швейцарии» по-прежнему проектируются.
27.03.2020
Снижение интенсивности движения общественного транспорта в Нижнем Новгороде – мера вынужденная.
27.03.2020
Родительский контроль вместе с Роспотребнадзором могут добиться должного качества питания.
26.03.2020
Отсутствие системного подхода в Нижнем Новгороде накладывается на элементарную бесхозяйственность.
26.03.2020
Важно не столько вылечить заболевших, сколько не допустить дальнейшего распространения коронавируса.
25.03.2020
Мэрия должна помнить, что «Нижегородский водоканал» это муниципальная служба, от которой зависит жизнеобеспечение города.
25.03.2020
С тонкой кишкой - и не надо, вы - не лидеры, не борцы; оставайтесь всегда дома.
24.03.2020
Ответственность за оползень на Похвалинском съезде лежит на администрации Нижнего Новгорода.
24.03.2020
У потери внутренней связанности региона есть положительная сторона.
7 Июня 2019
1789 просмотров

«А что же там взорвалось?»

Виктор Лысов
политолог
«А что же там взорвалось?»

Его о чем-то спросили, он что-то ответил, он поинтересовался, ему ответили – вряд ли стоит говорить о серьезной включенности президента в ситуацию, связанную с взрывами на НИИ «Кристалл» в Дзержинске.

Скорее, это форма поддержки нынешнего наместника в Нижегородской области, который неосторожно рассказал ему о произошедшем (больно интересно президенту знать, что там случилось на каком-то заводе). Обществу дали сигнал: «губернатор дееспособен, он принял меры» и постарались успокоить людей, которых беспокоит то, что столь мощный взрыв произошел в черте города.

Вчера Владимир Рыжков, который сейчас подвизается в качестве корреспондента «Эха Москвы», брал интервью у Глеба Никитина, и много говорилось о действиях, которые предприняла власть в связи с этой чрезвычайной ситуацией. При этом остается за скобками вопрос о том, почему это могло случиться. Объяснения, которые мы слышим отовсюду, сводятся к тому, что это оборонные предприятия, так что заткнитесь – никому ничего не положено знать.

У меня есть несколько версий, поскольку я работал в компании, имевшей производственные площадки в Дзержинске, и имею представление о том, как соблюдаются требования техники безопасности (могу сказать, что плохо).

Ранее слабо загруженные предприятия сегодня оказываются загруженными до такой степени, что вынуждены работать в три смены. И это, кстати, в интересах коллектива, поскольку сказывается на заработной плате. И требования, весьма жесткие (я знаю, о чем говорю), видимо, нарушаются.

Мы до сих пор точно не знаем, что же взорвалось. По некоторым сообщениям, это тротил, тринитротолуол. Но насколько я знаю, тротил просто так взорваться не может, нужна серьезная детонация. И что «бабахнуло», можно только догадываться.

О силе произошедших 1 июня взрывов можно судить по характеру и радиусу повреждений, нанесенных зданиям, а также по количеству раненых. Поскольку жертв нет (по крайней мере, о них не сообщается), можно предположить, что взрыв произошел не в результате некого технологического процесса. Было бы интересно узнать, что именно привело к взрыву.

На что стоит обратить самое большое внимание в связи с этим случаем, это на качество подготовки кадров для химического производства. Я сталкивался с этой проблемой, когда работал в компании «Сибур-нефтехим». Притом что в технологических процессах соблюдаются все процедуры, обеспечивающие безопасность, общая безалаберность, отношение к собственной жизни таковы, что ничего нельзя гарантировать.

Но все, что нам остается – это догадки. Какие-то выводы внутри оборонного комплекса, несомненно, будут сделаны, но публично их не огласят. А ведь главное оружие против безалаберности и безответственности – это именно  публичность.

Претензий к губернатору никаких не предъявляется – он отчитался, дал хорошее интервью. Между тем, претензии вполне могли бы быть. Например, в связи с запаздыванием системы оповещения населения, которую развертывают на региональные деньги. Официальное оповещение, насколько я понимаю, началось через час после взрывов. Если это действительно так, то это ни в какие рамки не лезет. 

Дзержинск – нормальный советский моноотраслевой город. Недалеко от него, на «Капролактаме» в годы войны собирались авиабомбы и артиллерийские снаряды, начиненные отравляющими веществами. И объемы продукции оказались такими, что в 90-е годы потребовались немалые усилия, чтобы все запасы ликвидировать.

Понятно, что в советское время, которое сейчас принято хвалить, о людях никто не думал, опасные производства размещали фактически в черте города. К тому же городам свойственно разрастаться, и то, что не было городом, сегодня им является. И логично бы эти производства куда-то переместить, но денег на это нет. И это проблема и не только Дзержинска.

Безопасность людей ни во что не ставится, на первое место выдвигается обороноспособность. В итоге мы остаемся все с тем же вопросом: «А что же там взорвалось?».

По теме
23.03.2020
Достаточно скоро кто-то победит коронавирус и повесит медаль себе на грудь.
23.03.2020
На собственные средства регион очистить всю Бурнаковскую низину не сможет.
20.03.2020
Оползень на Похвалинском съезде это следствие действий ДУКа.
20.03.2020
В  ближайшие три-четыре года мы увидим в мире кардинальные изменения. Средний класс будут «сдувать».