16+
Аналитика
20.01.2021
Оправдано ли для города экономически концессионное соглашение мэрии Нижнего Новгорода с «МегаФоном»?
21.01.2021
Платными парковками должен заниматься МУП, чтобы все деньги поступали в бюджет Нижнего Новгорода.
20.01.2021
Гриневич неспособна заменить Бочкарева – его потеря оказалась для регионального отделения «Справедливой России» невосполнимой.
20.01.2021
Гриневич оказалась в депутатах только потому, что сумела договориться.
19.01.2021
Наши школьники показали способность делиться эмоциями и сохранять традиции в любой ситуации.
19.01.2021
Новые левые партии могут перехватить потерянный ей электорат.
18.01.2021
Мы наблюдали лишь кусок процесса, который будет развиваться еще минимум год.
15.01.2021
Нижегородской области удалось сохранить экономическую составляющую своего благополучия.
15.01.2021
Реальные последствия уходящего года мы почувствуем, в частности, во время выборов в Госдуму.
30 Мая 2011 года
388 просмотров

«Что хочет оппозиция?» — дискуссия с Митрохиным

Профессиональный дискуссионный клуб журналистов и
работников СМИ «Нижегородский пресс-клуб» открыл цикл встреч
с представителями политических партий планирующих участвовать в выборах в
Государственную Думу. Первым гостем стал лидер Объединенной демократической
партии «Яблоко» Сергей Митрохин. Предлагаем вашему вниманию стенограмму
встречи.

Сергей Митрохин: Добрый день, уважаемые коллеги. Я
скажу несколько слов о том, с чем связан мой визит в Нижегородскую область. Главная
причина: преобразования в  нижегородском
«Яблоке». В субботу, 14 мая, состоялась региональная конференция
Нижегородского отделения партии «ЯБЛОКО», на которой был избран новый
председатель, Валерий Павлович Терехов. Был избран новый состав регионального
совета, но мы не являемся революционерами внутри партии. Многие члены старого
совета остались, но туда была влита свежая кровь, пришли новые люди:
Валерий  Терехов, Игорь Зайцев. Мы не
очень удовлетворены работой регионального совета в предшествующие годы. Если
говорить откровенно, то особой работы и не проводилось. Мы идем вперед, не
только к новым выборам в Госдуму, но и к последующим выборам муниципальным, к
региональным выборам в Нижегородской области, хотя они будут и не очень скоро.
Я думаю, что работа «Яблока» в области перейдет на качественно новый уровень.
Эта работа уже началась, кое — что сделано было и
раньше, напомню, что в прошлом году я уже приезжал в Нижний Новгород, проводил
пикет против планов поднятия уровня Чебоксарского
водохранилища, я еще  скажу об этом
позже. Но другие эпизоды моего визита тоже связаны с той деятельностью, которую
«ЯБЛОКО» разворачивает в Нижегородской области. Понятно, что  нельзя объять необъятное, мы будем заниматься
тем, в чем считаем себя более компетентными. Это, в первую очередь, вопросы,
связанные с экологией. Водохранилище — это экологическая тема, но еще более
острый вопрос, которым мы занимаемся — угроза лесных пожаров и исправление
последствий, политика предотвращения подобных ситуаций впредь. В связи с этим
отмечу, что партия «ЯБЛОКО»  была
единственной партией, организацией в стране, которая подготовила подробный
доклад о причинах природных пожаров в 2010 году. Под руководством Алексея
Яблокова, который возглавляет фракцию 
«ЗЕЛЕНАЯ РОССИЯ» в партии «ЯБЛОКО», мы собрали  всех ведущих экологов страны, все
авторитетные экологические организации, и они разработали этот доклад, в
котором проанализированы причины пожаров, даны рекомендации по поводу того, что
надо делать во избежание таких ситуаций в будущем. К большому сожалению, мы
можем констатировать, что  ни одна из
этих рекомендаций пока не выполнена.Это касается в
первую очередь рекомендаций федеральным органам власти. Здесь подробно
рассказано о том, какие последствия имели изменения Лесного кодекса, о чем
партия «ЯБЛОКО» предупреждала в 2006 году. У нас сохранилось заявление, которое
мы тогда сделали, о том, что  ни в коем
случае нельзя менять Лесной кодекс тем образом, какой предложило тогда  правительство. Тогда произошла дебюррократизация путем резкого сокращения штатной
численности лесной службы, децентрализация её, упразднение важнейших
направлений, таких , как лесная авиация, передача этих
функций коммерческим организациям и так далее… Нас  тогда не послушали, а мы оказались правы.
Всем понятно, что в Нижегородской области эта ситуация развивалась наиболее
катастрофически, поэтому ей мы уделяем особое внимание в нашей деятельности.
Именно поэтому один из визитов мы совершили вчера в Выксу,где участвовали в работах по посадке леса: на одном
из выгоревших участков мы сажали семена и посетили поселок Верхняя Верея для
того, чтобы ознакомиться с процессом восстановления этого поселка, который
полностью выгорел. Известно, что премьер-министр дал клятвенное обещание
построить новые дома и благоустроить жизнь погорельцев, а это практически все
жители поселка. Нашей целью было выяснить, как эта задача выполняется. Я
считаю, что было большой ошибкой отдать эти работы на откуп московским
олигархам. Они очень сильно себя пиарят, как и
руководитель Евтушенко, но благоустройство поселка практически не произошло.
Деньги, которые направлялись на эти цели, до них самих не дошли. По оценкам
жителей, из тех денег, которые были обещаны на восстановление инфраструктуры и
благоустройство, дошла только половина. И целый ряд важнейших работ не был
выполнен до сих пор. Я вчера спросил у жителей об их основных претензиях, и
таких претензий мы выявили 16. Я не буду их всех сейчас
озвучивать, мы это опубликуем на сайте «ЯБЛОКО», в нашей блогосфере
и СМИ. Но сейчас я назову только основные.  Во-первых, не построена дренажная система,
поселок из-за этого находится в систематическом подтоплении. Раньше там была
сырость, но она дома не затрагивает. Мы проехали по поселку, заходили в дома,
заглядывали в подвалы домов. Везде, где мы были, там находится вода, но в ряде
случаев жители ставят генераторы, для её откачки. Но это лишь те, кто может
себе это позволить, а большинство — не может. Второе — это отсутствие
централизованной канализации. Не буду подробно останавливаться на этом. Всё это
было обещано жителям подрядчиками, но не было выполнено. Также не было  выполнено обещание построить
подсобные строения на участках. Кроме того, действует запрет на их
строительство, под надуманным предлогом о том, что что-то может произойти с
фундаментом, если сарай построить на расстоянии 10 метров от дома.
Гарантийный ремонт не выполняется, дома сделаны с
недоделками… Никто не приходит и ничего не чинит, хотя дали пятилетний
гарантийный срок. Кроме того, жители постоянно слышат обещания, что будут
выделены какие-то деньги из немецких фондов, ГАЗПРОМ обещал установить антенны
для телевизоров, но ничего из этого не было сделано. А люди спрашивают. Мы
считаем, что эта ситуация не удовлетворительна. За это несет ответственность
Владимир Владимирович Путин, который обещал всё проконтролировать и установить
систему видеонаблюдения за каждым домом. Все красиво
сделали, домики раскрашены в разные цвета, но нет каких-либо элементарных
удобств, включая даже канализацию. По итогам своего визита я готовлю обращение к Путину, копии будут направлены и
губернатору Нижегородской области и главе Выксунского
района, а также мы намерены заняться поиском пропавших денег, которые были
обещаны. Будем делать запросы в соответствующие инстанции. Следующая тема,
которой мы занимались, тоже связана с экологией. Был еще один визит, правда, за
пределы Нижегородской области. Я был в городе Муроме, выяснял планы на
постройку Атомной станции. Жители Мурома поголовно против этого строительства.
Места исторические, религиозные, там власть празднует день Петра и Февронии, постоянно жена Медведева туда приезжает, чтобы
этим заниматься. И там же РОСАТОМ  хочет
воткнуть совершенно никому не нужную АЭС. Об этом
«ЯБЛОКО» много раз высказывалось, мне довелось и на центральном телевидении об этом
говорить, что не так часто происходит. Мы считаем, что все проекты, которые
связаны с построением АЭС, являются авантюрными. Для нашего общества и страны
это прибыльно исключительно для одной организации, которая называется РОСАТОМ.
К руководству этой организацией пришли коммерсанты, там нет уже ни
профессионалов ядерщиков, ни энергетиков. Эта организация занимается только
бизнесом. Это второй по прибыльности вид бизнеса в нашей стране, после продажи
сырьевых ресурсов, называется  «освоение
бюджетных средств». На каждый энергоблок РОСАТОМ получает из бюджета минимум 3
миллиарда долларов. Эта сумма постоянно растет: себестоимость энергоблоков в
других странах в 2 раза меньше. Все эти проекты являются затратными,
финансируются они за счет бюджета. Та прибыли, которую они получают, идет в
карманы владельцев. После этого на государство возложена обязанность заниматься утилизацией радиоактивных отходов, это тоже
деньги. Я считаю, что этот проект в нашей стране является не просто
коррумпированным, он является мафиозным. Вместо того,
чтобы эти деньги направить на ликвидацию дефицита пенсионного фонда, они даются
РОСАТОМУ, чтобы они их просто распиливали, под предлогом развития энергетики.
Восполнения энергетического дефицита надо добиваться другими способами, которые
называются повышением энергоэффективности, по
параметрам которой Россия отстает опять-таки 
от всех остальных стран катастрофически. Газпром не
хочет модернизировать наши допотопные газовые станции, но если перейти с
паросиловых установок на парогазовые, то поднимется эффективность газовой
установки в два раза. Это сделает 
излишними планы по строительству 20 новых атомных энергоблоков по всей
стране, которые вынашивает Кириенко . Мы не просто
против строительства этой АЭС в Муроме, мы против строительства АЭС вообще. Они
не нужны. Еще мы строим за границей их, за свои деньги, но это не бизнес. Мы
вкладываем эти деньги и говорим: через 20 лет они начнут окупаться, а пока мы
всё это раздаем. Но наше государство, оказывается, может себе всё позволить. А планы
Росатома понятны: чем больше проектов, тем больше
получаются деньги на строительство, на геодезию. Это же в планах, утвержденных
правительством. Они и питаются за счет этих денег. Достаточно подойти к
министерству этому, вернее, к госкорпорации — это
инвестиции за счет государства, прибыль себе в карман. Подойти туда и
посмотреть, какие там машины стоят, и посмотреть ведомости официальных зарплат.
Зарплаты очень скромные, а иномарки стоят дорогие. России нужна модернизация
традиционной энергетики и развитие альтернативных источников энергии, в чем мы
тоже катастрофически от всего мира отстаем. За счет этого можно предупредить энергодефицит на сотни лет вперед. Но не нужно развивать из
этого опасную, как мы видим по Фукусиме, и
экономически не выгодную отрасль, которая является тупиковой ветвью, с моей
точки зрения, технического прогресса. А что касается Монаковской
станции, мы договорились об том с экологическим активом города Мурома, надеюсь,
что и в Нижегородской области будет соответствующая реакция. Последняя тема,
которую я хотел затронуть, это подъем Чебоксарского
водохранилища. Это тоже очередная экологическая авантюра, на них власть сейчас
очень плодовита. Чем авантюрнее идея, тем она легче и благодарнее
принимается нашим политическим руководством. Ясно, что проект по поднятию этого
водохранилища приведет к чудовищным последствиям. Всем прекрасно известна эта
тема. Хочу сказать о наших действиях в данном направлении. Сейчас, когда у нас
произошло обновление руководства, мы ставим работу над этой проблемой на новый
уровень. Мы решили организовать в Москве серию акций, это будет зависеть от
интереса Московских СМИ (они региональными темами не очень интересуются).Мы  готовы провести
акции у офиса РОСГИДРО  и конференцию по
этой проблеме в Нижнем Новгороде. Вопрос: откликнуться ли чиновники? Насколько мне
известно, окончательное решение будет принято в декабре по этому проекту, до
этого срока нужно предпринять максимум усилий для отмены этого проекта.

Александр Судаков: Спасибо
за ваше мнение по поводу тех проблем, которые существуют в Нижегородской
области. Мне бы хотелось расширить тему. Хотелось бы знать, насколько
внепарламентская оппозиция способна сейчас решать эти проблемы.

Сергей Митрохин: Часто
спрашивают нас, что вы можете? У нас встречный вопрос: а что могут те партии,
которые сидят в Государственной Думе? — Да ничего они не могут. В отношении
влияния на принятие решений государственных мы равны: и КПРФ, и ЛДПР, и СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ. С Единой Россией уже другой разговор.
Единая Россия за всё голосует, но она сама ничего не решает, а просто
транслирует те решения, которые принимает исполнительная власть. А как они в
этом одинаковом положении работают и чего добиваются — это уже конкретный
разговор, и я готов его вести. Кто больше делает для нашей страны, для блага
наших граждан?- Я считаю, что мы делаем многое. На нашем
сайте опубликованы отчеты о наших действиях, мы этим занимаемся каждый год. Наш
отчет за прошлый год называется «20 дел партии «ЯБЛОКО». Причем делами мы
не называем, например, пикет по проблеме подъема Чебоксарского
водохранилища, так как оно не завершено. Мы еще этого не добились. В числе
наших дел только те, которые уже сделаны. Я, конечно, все 20- перечислять не
буду, но, в качестве примера: мы занимались расследованием прозрачности
тарифов. Как известно, наши тарифы постоянно катастрофически растут, с
невероятным превышением инфляций. Мы считаем, что одной из главных причин здесь
является непрозрачность этих тарифов. Никто не знает, как они начисляются.
Появляются какие-то энергетические комиссии, чья деятельность практически
засекречена, которые разрабатывают эти тарифы. Мы разработали пакет законов,
направленных на обеспечение прозрачности тарифов. Это не просто идеи,
концепции, программы, это конкретные поправки. Шесть федеральных законов,
ключевой из которых — Закон о коммерческой тайне. Произошла интересная вещь:
реформа энергетики и реформа ЖКХ. Старт им был дан в 2002 году. Реформа
электроэнергетики по Чубайсу и реформа ЖКХ по Немцову, вашему бывшему
губернатору. Он  является автором этой
реформы еще с 1997 года. Мы с этими реформами боролись жестко и бескомпромиссно
с начала «ЯБЛОКА». Мы говорили, что и та, и другая будут вести к росту тарифов,
который будет очень плохо сдерживаться, хотя качество коммунальных услуг будет
падать. У нас была фракция в Госдуме, но не очень большая. Не удалось нам их
остановить, потому что за них голосовали все: и Единство(на тот момент), и СПС,
и другие… Не голосовали только коммунисты и
«ЯБЛОКО». Сейчас говорят: тарифы растут, Путин виноват, допустим. Конечно, он
виноват, он тогда был президентом и вносил эти законы, но тогда еще была куча
других организаций, которые несли за это ответственность. Эту программу тогда
утверждал Касьянов, премьер-министр. Теперь мы плоды пожинаем. А все сейчас
удивляются: почему такие чудовищные тарифы на электроэнергию? Как будто у людей
полностью память отсутствует, какой-то политический склероз. Кто за это несет
прямую ответственность? Мы отвечаем. Еще одна интересная вещь: в2004 году был
принят закон о коммерческой тайне. До этого был указ об этом. В этом законе
расширили перечень видов информации, которая может утаиваться, то есть не
подлежит раскрытию. И мало того, не сделали исключений для монополий. И
монополии, и Газпром, и все эти энергетические монстры, и коммунальные
поставщики: все могут всё засекретить. Смысл наших поправок заключался в том,
что не надо засекречивать. У них нет никаких конкурентов, кроме наших
кошельков, раскройте и обяжите всех раскрывать в интернете
информацию. Я этот пакет вручил президенту, когда у нас была встреча в июне
позапрошлого года. Результат определенный был, но не во всем: коммерческую
тайну не сняли, но, тем не менее, обязали всех в своих постановлениях
раскрывать информацию естественных монополий. И сейчас они все обязаны
раскрывать. Вот конкретный результат работы оппозиционной партии. Конечно, в
некотором смысле нора родила мышь, и все испугались. Газпром не раскрывает свою
информацию, хотя с него начинается рост всех тарифов в стране. Это конкретный
пример, я могу привести и другие. Приведу еще один: борьба с коррупцией. Ведь
все против коррупции? Все кричат: мы боремся с коррупцией. Хорошо, есть такая
организация, называется TRANSPARENCY INTERNATIONAL. Они реально доказали свою
эффективность в борьбе с коррупцией по всему миру. Российское отделение у них
есть. Они пришли к нам и сказали: каждая политическая партия имеет право делать
запросы о проверке чиновников и депутатов, которые намухлевали со своими декларациями. Мы нашли
нестыковки в декларациях Грызлова и еще целого ряда депутатов разных партий и
фракций. Все отказались делать этот запрос, а мы согласились. И сейчас делаем
по губернаторам, я сделал по Ткачеву, по губернатору Брянской области, который
имеет проблемы в декларации. И больше этой проблемой никто не занимается. Даже
в нынешнем скользком законодательстве, касающемся политических партий, есть
определенные реальные права, которыми никто не пользуется, кроме нас. Надеюсь,
ответил на вопрос.

Александр Судаков: Я
знаю, у вас достаточно сильное экологическое направление. Та же самая Чебоксарская ГЭС. Эта проблема действительно сейчас висит
на повестке дня в Нижегородской области. Расскажите про это направление
деятельности. Или Асхат Каюмов
сможет более подробно дополнить?

Сергей Митрохин: Что касается Чебоксарской
ГЭС, я могу раздать то заявление, которое мы уже делали 4 апреля. Оно на столах
уже есть. Проблема всем ясна, действия авантюрные, влекущие за собой
колоссальный ущерб гражданам: затопление, сырость, затопление не только угодий,
пастбищ, лесов, но и городов тоже. Угроза вполне реальная, а наводнения
сегодня-повседневность, мы о них слышим постоянно в той или иной точке мира.
Причем часто они происходят в таких местах, где их никто не ожидал. И в этих
условиях взять и поднять на 6-5
метров уровень воды. Это просто безумие, которое кроме
как геноцидом, больше никак назвать невозможно. Мы с этим будем однозначно
бороться. Это не тот вопрос, где должны фигурировать какие-то различия между
партиями, здесь все должны объединиться. Что касается «ЯБЛОКА», я гарантирую, что
мы сделаем максимально возможное, чтобы этого не допустить, включая
активность  в Москве тоже, где находится
и правительство, принявшее это решение, и головной офис компании РОСГИДРО.Это я вам гарантирую.

Александр Рожков: А
чем позиция ЯБЛОКА отличается от позиции Нижегородского правительства?

Сергей Митрохин: В вашем вопросе есть подвох. Мы не ставим себе это в число
заслуг, потому что их пока нет. Когда добьемся вместе с правительством
Нижегородской области остановки процесса. И мы намерены сотрудничать с правительством
Нижегородской области, и со всеми общественными объединениями, партиями. Но у
каждой организации, включая правительство, есть свой коридор возможностей, и
надо объединить эти коридоры, чтобы не допустить строительства этого проекта.
Если у меня появится возможность поговорить об этом с президентом, то я намерен
поставить перед ним этот вопрос.

Александр Судаков: Я
бы все же предложил Асхату Каюмову,
как представителю экологической организации, взять слово и продолжить дискуссию
на тему Чебоксарского водохранилища, чтобы окружающие
могли понимать, что и как там происходит.

Асхат Каюмов: Да, правительство сейчас очень несогласно,
пытается доказать, что это всё очень дорого. Если попытаться посчитать все
затраты, то мы убедимся, что это сотни, а то и тысячи миллиардов. Но есть
другая сторона: называется РОСГИДРО. Сейчас существует проект, программы
РОСГИДРО на ближайшие 3 года. И там всё так честно
написано, что Росгидро оценивает своё участие в этом
проекте в 10.5 миллиардов рублей. Все остальные затраты они брать на себя не собираются.Это ваши проблемы,
ищите инвесторов. Выбьете вы финансы на этот проект, не выбьете — это ваши
проблемы. Это классическая позиция Росгидро, потому
что, когда речь идет о затратах таких, они говорят, это государственная программа,
пусть бюджет и расплачивается. Вот такая ситуация на сегодня, такое состояние
экономики. К примеру, город Дзержинск, по самым
скромным подсчетам нуждается в 132 миллиардах на защиту. По Нижнему Новгороду
сумма будет в разы больше, потому что там только на дренажную систему нужно не
менее 50 миллиардов. А есть только 10.5 миллиардов рублей, всё остальное — наша
с вами проблема. Но они это не скрывают, все честно.

Сергей Митрохин: Как
я понял, правительство области категорически против этого проекта, никаких
денег им не надо, они не собираются их выделять. Сейчас проводят ряд
мероприятий, которые доказывают нецелесообразность этого проекта.

Асхат Каюмов: В этой области очень тяжело сотрудничать. Ведь
сейчас они категорически против, а завтра будут категорически за. А если проект
стоит 800 миллиардов рублей, то это вообще страшное дело. В таких случаях
действует фраза: этот проект слишком дешевый, чтобы представлять
из себя какой-то интерес. Как это ни грусто,
но Чебоксарское водохранилище — это проблема с
30летней историей. Выросло целое поколение тех, кто не вкусил плоды первого
подъема. Поэтому мы специально подготовили два издания, одно из них — при
поддержке партии «ЯБЛОКО», другое — при поддержке коалиции внеправительственных организаций. Всё подробно расписано в
цифрах, деталях. Заречная часть Нижнего Новгорода — 39 % заселенной территории
непригодно.

Александр Судаков: Хотелось
бы вернуться в сферу политическую, ведь надвигаются выборы. Как партия «ЯБЛОКО»
оценивает свои шансы в предстоящем выборном сезоне?

Сергей Митрохин: Мы не удовлетворены
работой регионального ЯБЛОКА и то, что «Яблоко» не смогло выдвинуть список в
Нижегородской области — это минус, одна из причин, по которой произошла смена
руководства. Да, мы безусловно пойдем на эти выборы, если  даже теоретически представить наше неучастие
в выборах,это означает наше
политическое самоубийство. По нашему законодательству, партия, не участвующая в
выборах более 5 лет распускается, снимается с регистрации. Мы намерены
участвовать в выборах,но у
этого вопроса есть другая сторона. Вопрос есть ли у нас вообще выборы? На этот
вопрос существуют разные точки зрения.Я
достаточно жестко высказываюсь по этому вопросу и считаю, что у нас нет никаких
выборов. То, что у нас происходит, выборами не является. Даже когда мы говорим ЧЕСТНЫЕ-НЕЧЕСТНЫЕ, это является эвфемизмом. Это вакханалия
каких-то каруселей, административных ресурсов, в результате которых происходит
не выбор депутатов неселением, а их фактическое
назначение под видом выборов. Поэтому, мы в сложном положении. Хотя с другой
стороны, мы знаем, что нынешний режим у нас в стране не является
демократическим. А если он не демократический, то откуда выборы-то? Если нет
демократии в стране, то нет и выборов, так же, как нет и судебной системы. Это
лишь одно название. И поэтому мы не обижаемся и не впадаем в истерику по этому
вопросу, мы понимаем, что у нас такой режим и боремся с ним. В 60-70 годы
прошлого века оппозиция существовала в таких условиях, что каждый день могли
посадить. А сейчас у нас не тоталитарный режим, он у нас такой жесткий
авторитаризм, местами мягкий, не сверхконсолидированный,
слегка размытый. И сейчас для оппозиции другие проблемы: тогда могли посадить
любого и надолго, а у нас вам нарисуют такой процент на выборах, чтобы
показать, что вас никто не поддерживает. А как рисуют, мы прекрасно знаем, я
это многократно видел и своими глазами и слышал от тех, кто этим занимается. Это
огромный фактологический материал. Что в этих
условиях делать? Сказать, что это не выборы, мы в них участвовать не будем — невозможно.
Потому что для демократической политической партии, которая проповедует
гражданские идеалы, невозможно неучастие в выборах, невозможен бойкот.Если  вы отказываетесь от этой процедуры, то вы
теряете свою политическую суть. Вы должны участвовать в этом, вы должны делать
всё, чтобы постепенно выборы появлялись, хоть какие-то островки сначала.
Островки появляются у нас. В марте этого года в Кольчугинском
районе Владимирской области были закрыты наблюдателями все участки. В маленьком
районе это возможно. Проблема была в выборах во Владимире, где нас сняли,
потому что мы могли там набрать хорошие проценты. Поэтому руки не дошли у
«Единой России», у руководства. Вот результат: 20.6 % у партии «ЯБЛОКО» на
выборах в Кольчугинском районе. Кстати, ЕДИНАЯ РОССИЯ
на втором месте после ЛДПР, мы на третьем. Вот пример честных выборов, в силу
стечения разных факторов. На честных выборах ЕДИНАЯ РОССИЯ не побеждает. Или
побеждает, но с очень небольшим преимуществом. Например, в другом районе, в
Псковской области, на октябрьских выборах прошлого года, там тоже у ЯБЛОКА 20.5
% получилось. Конечно, в масштабах страны это очень мало. Пока существует этот
авторитарный режим, это очень тяжелая задача, но отказаться от этого, в силу её
тяжести, мы себе как партия позволить не можем.

Николай Николаев: Почему
вы не хотите найти компромисс с партиями хотя бы в теме подсчета голосов?

Сергей Митрохин: Что вы называете компромиссом? Мы
готовы. Мы неоднократно заявляли на разных выборах о готовности взаимодействия
со всеми партиями, кроме «Единой России», разумеется. На самом деле, никто не
отказывается, все говорят:  да, мы
готовы, давайте это делать. Но когда доходит до действия, активных и энергичных
действий что-то не видно. Я могу сказать по результатам московских выборов, где
были тотальные фальсификации. Мы обратились ко всем: давайте вместе подавать
судебные иски, давайте объединим все протоколы наших наблюдателей, создадим
какую-то координационную группу. Но никто ничего не дал. Единственная партия,
которая подала примерно 20 исков и где-то 300 жалоб на избирательные комиссии,
это «Яблоко». Все остальные только трясли каким-то пачками из протоколов,
говорили: мы понесем их сейчас в суды. А дальше — как ватная стена, ничего не
получается. Этот вопрос уже не к нам. Получается, выборы у нас, так называемые
выборы (это слово всё-таки приходится употреблять), они все олицетворяют
договоренность партии с властью. Поэтому тем парламентские партиям, которые
пролетели на этих выборах в Москве, им сказли: да, на
этих выборах не получалось. Прокол всегда возникает, когда этим партиям,
типа  «Справедливой России» и ЛДПР,
обещают, что они пройдут, а они не проходят. Потому что «Единая Россия» в
панике, что она наберет маленький процент, поэтому потом повышают явку,
одновременно с процентом «Единой России». А все опускаются дальше. Нас так
опустили в  2003 году. В Москве
получилось так, что опустили еще и ЛДПР, и Справедливую Россию. А все кричали,
возникали, потом с ними происходил тихий разговор в кабинете: да, произошел
прокол, но вы же хотите на следующих выборах мандат получить. Тогда сидите и не
пикайте. Поэтому все эти объединительные процессы об этот тихий разговор
разбиваются, как волна о скалу. Это кажется только теоретически возможным.

Александр Судаков: Да,
мы приглашали все политические партии на это заседание Пресс-клуба.

Сергей Митрохин: Понимаете, в чем проблема
межпартийного диалога? На выборах все партии за себя, и для себя они готовы
сделать все, что угодно. Я не буду нас хвалить, мы тоже не идеальная партия,
думаем о своих интересах. Но у нас есть один ограничитель: мы за мандаты не
продаемся. С нами такой разговор невозможен. Если бы он был возможен, мы бы
давно сидели в госдуме, были бы приятны и полезны
власти во всех отношениях. Но в чем тогда заключался бы смысл нашего существования?

Николай Николаев: Вы
называете себя оппозиционной партией. Собственно, тема  разговора об этом. С кем вы готовы
сотрудничать в Нижегородском регионе? С какими партиями, общественными
движениями? Возможно, с «Парнасом», «Солидарностью».

Сергей Митрохин: Мы давно уже плодотворно
сотрудничаем с движением «Дронт». Экологические, политические объединения —
здесь грань очень зыбкая. Пять лет, назад создавалась экологическая партия
«Зеленая Россия», но не получилось набрать эту странную норму численности, по
которой Россия должна быть зачислена в «Книгу рекордов Гиннеса». Ни в одной
стране такого нет: планки численности для политических
партий. Они вошли в «Яблоко», создали активную фракцию с тем же названием.
Сейчас мы вместе с ними делаем очень серьезные вещи в Краснодарском крае, где
мы расследуем, как застраивается Черноморское побережье дворцами Путина,
Медведева, патриарха Кирилла, Ткачева. Людей сажают на сутки за это я,
возможно, сейчас кого-то обижу, но ни одна из экологических организаций сейчас
себе такого позволить не может. А они могут, не боятся, ведь всё-таки есть
поддержка федеральной партии. Они знают, что мы им поможем. Я бы не сказал, что
это не политическая деятельность. По поводу «Парнаса», я не стану пока говорить
о «Солидарности», это отдельная тема. Парнас — это партия, которая не
зарегистрирована, но хочет зарегистрироваться. У нас довольно сложные отношения
с людьми, которые возглавили эту партию. Вопрос об объединении с этими отдельно
взятыми политиками и с теми движениями, которые они возглавляли и возглавляют,
долго и давно обсуждался. Мы были готовы пойти на такое объединение, но мы
считали исчитаем, что это объединение должно
осуществляться на какой-то принципиальной основе. Они не просто должны в кучу
собраться и кричать о том, что они за свободные выборы. За свободные
выборы-все: и фашисты тоже. А как иначе они себя проявят и пройдут в
парламенты? Только на этом объединяться нельзя. Мы знаем, что у развития  нашей страны была очень сложная история.
Целый ряд политиков, которые сегодня входят в руководство этой самой партией
«Парнас». Они сыграли крайне неоднозначную роль: они под руководством своих
духовных идеологических лидеров, таких, как Чубайс, Гайдар, построили в стране
олигархию, под  прикрытием
демократических лозунгов. Они отдали все национальные богатства в руки гослюдей, которые сейчас называются олигархами. Тем самым,
они создали предпосылки для непоявления демократии
вообще, потому что олигархический строй может защитить себя только
авторитарными методами, иначе его сметет волна народного гнева. Причем это мы
говорим не сейчас, с высоты исторического взгляда, мы тогда это говорили, тогда
мы были противниками, потому что «ЯБЛОКО» всегда выступала в оппозиции по
отношению к Ельцину, их политическому лидеру на тот период, Гайдару, Чубайсу,
их действиям. К тому, как они довели страну до дефолта. Мы прогнозировали такое
развитие событий. Это — первое, а второе: все эти люди, которые входят в
руководство Парнаса, выполняли операцию прикрытия под демократическим флером не
только строительства олигархии, но и ту самую операцию по приводу Путина к
власти. Они все его поддерживали, называли его опять же демократом. Они несут
прямую ответственность за приход к власти Путина: они привели его. Партия
«ЯБЛОКО» была против Путина с
самого начала, мы голосовали еще в Госдуме против его назначения на пост
премьер-министра. Мы относились подозрительно с самого начала к его
политическому социальному происхождению, его профессии. Единственным, кто
проголосовал тогда за Путина, был Явлинский. Но по
одной личной причине: ему стало известно, что Примков,
будучи тогда еще премьер-министром, просил Путина, тогда еще руководителя  ФСБ, установить за ним слежку, и Путин
отказался. На выборах мы выдвигали своего 
кандидата, мы боролись. Мы крутили ролик и нам тогда его сняли, в 2000
году. Там изображались два политзэка, которые сидят в
тюрьме и говорят: надо было голосовать за Григория. Такой диалог был с
Немцовым, с Гозманом. Они говорили: он демократ, мы
его будем защищать от коммунистов, это наш настоящий лидер. Вот у вас лежит
брошюра о разгроме НТВ. Какую роль тогда играло СПС? СПС играло очень хитрую
роль: с одной стороны они говорили про свободу слова, а с другой — что это спор
хозяйствующих субъектов. Но мы люди не злопамятные. Когда нам говорят: давайте
объединяться — мы готовы объединяться. Но вы сначала признайте свою
ответственность за все то, что вы натворили. За то, что вы построили олигархию
вместо демократии, что вы привели к власти Путина, что вы несете за это
политическую ответственность. Мы даже были готовы и свои ошибки признать, что
мы не так активно с этим боролись, как могли бы. Они не хотят признавать. Тогда
что это за объединение будет? Кого с кем и ради чего? Если они все это делали,
они считают это правильным. Придумали термин «ранний Путин». При раннем Путине вообще был прогресс: демократия развивалась,
реформы шли. Но его тогда обслуживал Касьянов, он считал, что это были
гениальные реформы, хотя я вам сказал уже об этом. Они все поддержали
разгром НТВ… Мы объединимся для того, чтобы свалить Путина? Ну, свалим,
и что? Они дальше будут продолжать делать то же самое? Их цели вернуться в допутинское состояние: олигархия допутинского
образца. С Каспаровым мы готовы вести диалог, конечно, он за это не несет
ответственности, хотя он Ельцина тоже поддерживал. Но мы готовы, я, поэтому
отделяю «Парнас» от «Солидарности».

Константин
Барановский:
Яблоку тоже можно многое вспомнить. Например, соглашение о
разделе продукции, по которому Сахалин и прочие недра были отданы американским монополиям.
У меня вопрос к господину Терехову: до выборов в Государственную Думу осталось
примерно 7 месяцев. Как вы собираетесь улучшить ситуацию с партией «ЯБЛОКО» в
Нижегородском регионе? Есть ли у вас какие — либо ходы, шаги, задумки, финансы?

Валерий Терехов: Я не буду рассказывать много о том,
что есть ходы, программа. Давайте будем придерживаться того принципа, что «сказал-делай». Я бы хотел это и в
жизни воплотить, и в политических начинаниях. В субботу была выборная
конференция, к субботе мы готовились не так долго, потому что бизнес не дает
возможности уделять этому столько времени, сколько хотелось бы. Тем не менее,
тот региональный совет, который сегодня есть, сейчас уже работает, и я думаю,
что на первом заседании регионального совета, который будет в Нижнем Новгороде
с 6 по 9 число, у нас будет выработана конкретная программа. С той целью, чтобы
поддержать те конструктивные предложения, которые сегодня есть, но по какой-то
причине им нет хода. С другой стороны, можно красивые фотографии показать из Выксунского района, где все сделано, но, как только капнешь
глубже, окажется вот такая ситуация. Поэтому мы выработаем конкретную программу
действий, сделаем то, чего нет сегодня: обнародуем информацию о том, что делает
партия «ЯБЛОКО» не только в Нижегородской области, но в рамках всей страны, в
том числе. Это не открытый чистый пикет, хотя это тоже важно, а конкретные
действия.

Игорь Зайцев: Хотелось
бы добавить. Вчера мы с Сергеем
Митрохиным побывали в поселке Верхняя Верея Выксунского
района, мы пригласили людей на встречу с нами. Мы сами не ожидали, что такое
количество недостатков при строительстве домов для погорельцев мы обнаружим.
Поверьте, мы совершенно выбились на час из графика, потому что нас люди повели
по домам. Мы увидели столько растерянных этим отношением людей. Ведь власть
говорит, что мы для вас всё сделаем, а с другой стороны жить в этих домах очень
сложно. Нам говорят, что внешне всё хорошо, только жить не хочется, невозможно.
Жить хотелось бы нормально, не думая, о коммунальных проблемах, о канализации,
а на улицу вышел, там ручей снес всё благоустройство. В огородах сажать ничего
невозможно. Они оказались в какой-то резервации. Какое-то странное ощущение
возникло после осмотра этих домов: все замечательно, но у них нет центральной канализации.
С одной стороны мы вроде оппозиция, мы пытаемся что-то об этом рассказать, но
почему власть так болезненно к этому относится, почему она не хочется ничего
делать? Казалось бы, в её интересах откликнуться на первые звонки, поехать туда
и разобраться. Нужно проконтролировать своих исполнителей, которые реально
занимаются этими проектами, реализовывали строительство каждого дома, а до
этого руки не доходят почему-то.  Такая
ситуация сейчас, буквально 21 апреля, руководители территориального комитета
Фас опубликовали на сайте, что найдено 639 нарушений при оформлении договоров,
связанных с ликвидацией последствий пожаров и лесовосстановлений.  Куда делись деньги, как они распределялись
—  вот это интересный вопрос. С другой
стороны, может быть, это были только ошибки при оформлении договоров. Один
договор был потрясающий: 22 октября начали тушить лес, на момент заключения
договоров закончили. Деньги ушли. Что это: небрежность, коррупция? мы не можем
это оценивать, мы не специалисты из правоохранительных органов. Пусть те люди,
которые должны это оценить, разбираются в этом.

Сергей Митрохин: Несколько слов скажу о СРП. Мы
знаем, много обывательских мифов создано было специально, чтобы
дискредитировать партию «Яблоко», в связи с СРП. Очень коротко отвечаю:
соглашения об СРП, в основе которых производились все те операции, о которых вы
говорите, были приняты Ельциным. «Яблоко» к этому никакого отношения не имеет,
«Яблоко» пыталось всё это изменить и исправить, путем принятия соответствующего
закона, которым были ликвидированы все проколы. Мы этого добились. Во-вторых,
уже сегодня официально признано, что проект СРП привлек больше половины всех
инвестиций этого самого периода, с тех пор, как у нас вообще появились
иностранные инвестиции. Другие проекты не привлекли ничего. Проект СРП оставил
после себя уже сейчас абсолютно весомую вещь, завод по
переработке газа, который построен по самой современной технологии. Те нефтяные
деньги, которые у нас уходят за границу не через проект СРП, не оставили в
стране ничего, кроме части доходов, которые идут в бюджет. Ничего осязаемого
нефтяные олигархи, которые боролись с 
этим проектом, кстати, Юкос с ним боролся, не
оставили. Все олигархи боролись, потому что у них отбирался хлеб. Поэтому так
мощно проплатили эту кампанию, что даже в ваших
мозгах усела эта глупость. Наши политические оппоненты, Путин и Медведев,
сказали, что это лучшее, что было создано в России в промышленности за 20 лет.
И от деятельности наших нефтяных олигархов не создано ни одного нового НПЗ. Да,
частично мы расплачиваемся нефтью за это. Ну и что? Лучше, когда нефть просто
уходит, и мы получаем лишь незначительную часть денег от этого? Чем это лучше?
Если бы не затормозили проекты СРП, импульс развития в других регионах был
существенно больше сейчас. Это один из локомотивов развития экономики. Конечно,
есть издержки, мы их осуждаем. Это делается в нарушение того закона, который мы
приняли. Это плохо, я с этим согласен.

Александр Рожков: я
услышал много по поводу вашего недовольства деятельностью регионального
отделения. Это может значить, что вы будете участвовать и в региональных
выборах?

Сергей Митрохин: Да. Вообще, мы ориентируем все наши
региональные отделения на участие в выборах. Конечно, в таком стратегически
важном регионе, как Нижний Новгород, выборы — это исключительно важно. До
выборов региональных далеко — есть время на подготовку. Поэтому я уверен, что
мы будем в них участвовать, и с хорошим результатом, я надеюсь.

Николай Николаев: Скажите,
вы как оппозиционная партия в рамках тех региональных коалиций можете принять
участие в акциях 31 числа в региональном отделении? Или это категорически для
вас неприемлемо?

Сергей Митрохин: Вы знаете, каждая организация
работает по своей стратегии в решении тех или иных вопросов. По поводу 31
числа. Мне, честно говоря, их стратегия непонятна. Я не знаю, как это
происходит у вас, но то, что происходит в Москве превратилось
в полный идиотизм, что мы и предсказывали с самого начала. Потому что мы
изначально были против участия в одной акции с «лимоновцами»
— это национал-большевики. От этой самоидентификации
они не отказываются, для них это органично. Они и есть большевики по своей
психологии.  У нас есть партийное решение
о том, что участие в каких — либо акциях с ними для нас неприемлемо и невозможно,
потому что мы не хотим быть полезными буржуазными идиотами,
о которых говорил Ленин, которые помогали большевикам приходить к власти.
Во-вторых, для меня просто не понятна цель того, что это происходит именно на
Триумфальной площади именно 31. Им дали эту возможность, но это привело к тому,
что разрешили всеобщую свободу митингов и демонстраций? — Конечно, нет. ЯБЛОКУ
в половине акций для проведения в Москве отказывают. В чем была их цель? Я не
знаю про Нижний Новгород, вам виднее. Но это общефедеральная акция, то, что
происходит в Москве, транслируется во все регионы. Мне это не понятно. Мне
понятно, когда партия «ЯБЛОКО» проводит пикеты против расширения полномочий
ФСБ, вопреки задержаниям, избиениям… Почему-то, никто,
кроме Людмилы Алексеевой, на эти акции не приходит. А я считаю, что это гораздо
важнее для демократии. А требовать, чтоб нам на Триумфальной
дали 31 число и больше ничего — этого не понимаю.

Стенограмму подготовила Фая Галямутинова

По теме
14.01.2021
Но регион добился бы бо́льших результатов, если бы не пандемия коронавируса.
14.01.2021
Но справились с задачей возвращения на Родину заблокированных за рубежом нижегородцев.
13.01.2021
Как скоро мы вернемся к нормальной жизни, зависит от всех нижегородцев.
13.01.2021
Однако факторы, тормозившие развитие экономики и до пандемии, никуда не денутся.