16+
Аналитика
12.07.2019
Изменение принципов формирования Общественной палаты Нижнего Новгорода – грубейшая ошибка.
10.07.2019
РПЦ претендует на имущество, которое должно быть доступно всем.
12.07.2019
При сохранении политического монополизма коррупцию победить нельзя.
12.07.2019
Общественная палата стала институтом развития человеческого капитала в Нижнем Новгороде.
11.07.2019
Задача снижения числа бедных и крайне бедных решаема и в архаичной экономике.
11.07.2019
Общественная палата Нижнего Новгорода не сумела стать центром городской модерации.
10.07.2019
Передача РПЦ Нижегородского острога у многих вызовет недовольство.
09.07.2019
Мнениям о проекте нижегородского низконапорного гидроузла не хватает просчитанной доказательной базы.
09.07.2019
Рост обеспеченности нижегородцев жильем обеспечен несколькими факторами.
09.07.2019
Пока не даны четкие ответы на вопросы нижегородцев, строить низконапорный гидроузел нельзя.
08.07.2019
Задача возвращения нормального судоходства на Волге требует компромиссов.
08.07.2019
Дзержинску необходима хорошая система канализации и водоочистки.
28 Декабря 2018
2080 просмотров

Допустимо ли такое давление?

Артем Фоменков
доктор исторических наук, доцент кафедры теории политики и коммуникации Университета Лобачевского
Допустимо ли такое давление?

Недавно младшему сыну экс-главы Нижнего Новгорода Олега Сорокина, процесс по делу которого продолжается в Нижегородском районном суде, Даниле было отказано в свидании с отцом. Впрочем, можно, конечно, указать, что он не единственный, кто не получил разрешения на это – свидания не дали и Еве Меркачевой – между прочим, члену Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека.

Главный вопрос тут в следующем: насколько отказ сыну в свидании с отцом-подсудимым является законным. Как следует из Приказа от 22 ноября 2005 года N 950 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», «Подозреваемому или обвиняемому свидания с родственниками и иными лицами предоставляются на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, но не более двух свиданий в месяц продолжительностью до трёх часов каждое. Разрешение действительно только на одно свидание» (п. 135). То есть, сами по себе свидания с подсудимым родственникам разрешены. Впрочем, обязательность таковых в этом приказе не прописана.

В статье кандидата юридических наук Александра Шигурова из Саранска под названием «Проблемы реализации права обвиняемого (подозреваемого), содержащегося под стражей, на свидание с родственниками», опубликованной в 2016 году в научном журнале «Адвокатская практика» (№ 4. С. 24-28) указывается, что «…из решений Конституционного Суда РФ следует вывод о том, что отказ обвиняемому в предоставлении свидания с родственниками ограничивает его конституционные права, влечёт за собой последствия, выходящие за рамки собственно уголовно-процессуальных отношений, способен причинить ущерб, восполнение которого в дальнейшем окажется неосуществимым…». Такой подход вполне вписывается в логику отечественного законодательства.

Разумеется, и в прошлом неоднократно имели место и отказы на свидание родственников с подсудимыми. Упомянутый уже выше Шигуров в той же статье писал следующее: «В следственной практике в качестве оснований для отказа в предоставлении свиданий, например, указываются следующие обстоятельства: обвиняемый отказывается сотрудничать со следствием, отказывается давать показания, воспользовался ст. 51 Конституции РФ; от начальника криминальной милиции РОВД поступила информация, что предоставление обвиняемому свиданий с родственниками может негативно отразиться на ходе расследования…; следователь полагала нецелесообразными свидания обвиняемого с матерью во время следствия, так как это могло отрицательно повлиять на ход расследования, привести к разглашению ценной информации и сокрытию следов преступления…; при проведении следствия для обеспечения прав и законных интересов потерпевших необходимо соблюдение конфиденциальности…; обвиняемый может использовать свидания для передачи и получения сведений, которые могут препятствовать установлению истины по уголовному делу…; это может воспрепятствовать осуществлению целей и задач, предусмотренных УПК и УК…».

Перечень этот относительно немалый, однако Олег Сорокин показания вроде как давал, так и продолжает это делать, а его сын Даниил вряд ли в состоянии скрыть улики или же передавать сведения, способные повлиять на ход расследования. Да и что в сущности может сообщить принципиального по уголовного делу сыну Сорокин, чего он ещё не сказал своим адвокатам?

То есть аргументация «против» свидания весьма расплывчата и не позволяет в полной мере понять, каким же образом свидание с сыном может изменить участь Сорокина как подсудимого или, шире, поменять ход процесса в целом.

Важно также отметить, что, по мнению Шигурова, «… отказ в предоставлении свидания с супругом (супругой), детьми, родителями означает вмешательство государства в семейные отношения, посягательство на важнейшие семейные права: право (обязанность) родителей по воспитанию детей; право ребенка на общение с родителями и другими родственниками; право супругов на участие в решении внутрисемейных вопросов материнства, отцовства, воспитания, образования детей и других (ст. 63, 55, 31 Семейного кодекса РФ). Таким образом, запрет за свидание с членами семьи может приводить к ограничению конституционных прав человека на участие в заботе о детях и их воспитании (ч. 2 ст. 38 Конституции РФ) и посягать на семью, семейные отношения - ценность, охраняемую в ч. 1 ст. 38 Конституции РФ». С этим тезисом никак нельзя не согласиться, хотя и следует признать, что обязательности двух свиданий в месяц с родственниками для подсудимых закон также не предусматривает.

Таким образом, логика запрета, как кажется со стороны, вполне вписывается в тактику давления на подсудимых и, прежде всего, на Сорокина – вспомним не только про отказ Меркачевой на проведение очного интервью с экс-главой города, но и про отказ в предоставлении писателю, члену Центрального штаба ОНФ Захару Прилепину допустить его к участию в процессе в качестве общественного защитника. При этом вполне себе провластная позиция и члена совета по развитию гражданского общества и правам человека, и всемирно известного писателя никак на решение суда не повлияли. Сам же отказ сыну в свидании с отцом видится по-человечески весьма несправедливым. 

По теме
08.07.2019
Нужна ли очередная болевая точка на карте общественного напряжения?
05.07.2019
Сокращение импорта говорит о снижении потребностей нижегородцев. Или о снижении возможностей.
05.07.2019
Низконапорный гидроузел – большой плюс для экономики Нижегородской области.
05.07.2019
В проекте Росморречфлота заложены многочисленные нарушения федерального законодательства.