16+
Аналитика
10.12.2019
Все агломерации выстраивают организацию общественного транспорта по сетевому принципу.
09.12.2019
Тарасова увидела что-то такое в документах ЕЦМЗ, и решила вовремя уйти в отставку.
09.12.2019
ЕЦМЗ – монополист, а при монополии негативные последствия неизбежны.
06.12.2019
Повышение стоимости проезда до 35 рублей не так сильно бьет по нижегородцам, как отсутствие единого проездного.
05.12.2019
Почему «Единая Россия» отказывается выполнять закон Нижегородской области?
05.12.2019
Мэрия Нижнего Новгорода намерена избавиться от части подвалов в многоквартирных домах.
04.12.2019
В ситуации, когда городская власть не держит слово, повышение стоимости проезда вполне оправдано.
04.12.2019
Отказ повышать выплаты пенсионерам на проезд не уменьшит поддержку «Единой России» в Нижегородской области.
03.12.2019
Хочется думать, что результаты Нижегородской области по нацпроектам в конце года будут значительно выше, чем 1 июля.
03.12.2019
Никитину стоит принять управленческие решения в связи с двукратным увеличением строительства ледовой арены.
02.12.2019
Главы муниципалитетов – специально назначенные мальчики для битья, в том числе за неисполнение нацпроектов.
02.12.2019
Внутрипартийные назначения Никитина не связаны с успешностью реализации нацпроектов в регионе.
25 Августа 2005
97 просмотров

Future USSR

Ленин оставил нам великое государство, а мы его про…!

И. Сталин

Суверенитет, который мы потеряли

Существование СССР — это не просто факт новейшей истории, скорее это самый важный факт истории ХХ века. И это не просто история, а что-то по ту сторону истории и даже по ту сторону ее «конца». Существование «первого государства рабочих и крестьян» есть факт исторического значения, собственно, потому, что целиком несводим к истории.

Есть науки, которые надолго переживают существование собственного объекта. Советология из их числа. Стихийная советология начинается с детских наивных вопросов вроде того, почему, если, как говорят по радио и телевидению, у нас все лучше всех на свете, к нам не переезжают жить? Или почему УССР входит в СССР, а ЧССР — нет?

Сегодня советология оказывается в двусмысленном положении: если она должна описывать ностальгию по СССР как объект исследования, то только так, чтобы быть самой репрезентантом такой ностальгии. Если советология еще жива, то жив в какой-то мере и сам Советский Союз. Например, в виде ностальгии, которая захватила даже тех, для кого сентиментальный отлет олимпийского Мишки в 80-м по эмоциям сопоставим с утоплением Ди Каприо в «Титанике». Ностальгии тех, кто, представляясь, вместо » Russia , former USSR » в   анкете пишут » future USSR » и становятся «партизанами СССР».

Распад СССР — это не просто гибель империи. Часто аналогом СНГ выставляют Британское содружество, распад СССР уподобляют распаду Британской империи. Однако это не так. Ни один британец в результате этого события не потерял родину: Британия так и осталась Британией. А СССР остался Россией. И шутка Бодрийяра о том, что «социализм — это высший социальный строй, поскольку в состоянии отменить сам себя», не выглядит уже только шуткой. О том, что СССР больше нет, поняли не 19-21 августа 1991-го, а когда с новым 1992 годом нас вышел поздравлять человек, который читал «СССР» как «Чи-Чи-Чи-Пи». Тихий конец великой истории, по длительности сопоставимой с одной жизнью человека (1917-1991).

Лукавство известной фразы Сталина про «просранное государство» заключается в том, что то, что должен был оставить Ленин, — это совсем не государство. Советский суверенитет стал итогом компромиссов и отказа от логики третьего — в стиле Троцкого: «Ни войны, ни мира, а штык в землю». Ни государства, ни анархии, а мировая революция! «Есть у революции начало, нет у революции конца». Суверенитет CCC Р в итоге оказался «предельным» суверенитетом. Парадоксальная вещь: если «русским» было куда отступать — позади бескрайняя Сибирь, то они кричали «Ни шагу назад!», а французы, хотя им идти-то особенно некуда, легко сдаются и ждут, когда добрые дяди придут их освобождать. Советский суверенитет обеспечивался только ресурсами самого Советского Союза, если не считать эфемерной поддержки Интернационала. В конечном итоге вся надежда, если что, не дай бог, была только на себя. И на будущее, когда «мы всех похороним».

Советский суверенитет не был суверенитетом в собственном смысле слова, скорее это был эффект самого существования СССР, с которым приходилось как-то мириться. К тому же с «взрослением» суверенитет Страны Советов модифицировался; скорее можно говорить о суверенитете по-сталински, по-ленински, по-хрущевски и по-брежневски. Сувеверенитет на революции, на танках, на ядерной бомбе и на нефти.

Символика несуществующих государств

Однако такая сугубо «реальная» сторона суверенитета еще не все, что можно сказать об СССР. Если бы суверенитет был только таков, не было бы смысла о нем говорить как о чем-то особенном. СССР вошел в мировое сообщество, в «семью суверенитетов» через собственное идеологическое обеспечение, организовав себе проблемы в признании. Условием признания СССР оказалось некоторое неверие в саму идеологию, в то, что идеология советских вождей — это всегда меньше, чем нужно, это просто какое-то прикрытие реального империализма, риторика — не более. Суверенитет в такой ситуации — это безразмерный плащ, который скрывает знаки различия, безразмерный, но все-таки казавшийся поначалу слишком тесным.

Ведь знаки советского суверенитета — это открытые знаки. Советская символика в пределе была, да и до сих пор остается, знаками без реальных референтов, вернее, без полных, законченных референтов. То, что подразумевали эти знаки, символы, — это грядущее. В будущем эти знаки должны были бы быть исполнены и через это окончательное исполнение (как последнее исполнение гимна тогда, когда он более уже не гимн отдельного государства) отменены. Эти знаки и сейчас сопротивляются приватизации в языке исторической экономии. Кому-то кажется, что их время попросту еще не пришло.

В пьяном виде

Ельцинская эпоха формировала свой политический капитал на отличии России от former USSR . СССР больше нет, а есть новый субъект международных отношений — Российская Федерация. Правда, выпив, это забывали. Выпив, казалось, что время, когда можно быть дирижером мирового оркестра, еще не прошло. Что можно «вместе е…нуть по Тбилиси». С похмельными промежутками советский суверенитет воскресал в пьяном угаре: «У Советов своя собственная гордость».

«Мы родились в СССР!» — как будто Советский Союз просто вышел покурить и сейчас вернется, стоит только кликнуть. А те, для кого такое возвращение крайне нежелательно, в панике заколачивают все входы и выходы. У СССР оказался громадный инерционный ресурс, чтобы на десятилетие обеспечить существование целого ряда «независимых государств» как экономически, так и политически.

Сухой остаток

Нынешняя Россия, несмотря на нескончаемую рекламу пива, вроде бы поддерживает имидж более-менее трезвой. Но выстраивая оппозицию предыдущему политическому курсу и имиджу, она оказывается зависимой от него. Тем самым процессия трансформаций и оборачиваний все еще продолжается, даже в комических формах.

Конечно, ставший столь же модным, как ностальгия по СССР, национализм под лозунгами «Россия — для русских!», «Москва — для москвичей!» сильно отличается от реалий Советского Союза, где «Москва — для номенклатуры», а «Сибирь — для врагов народа». Однако что-то странным образом объединяет эти стратегии, часто совмещающиеся в головах соотечественников. Дискурс исторической реконструкции Руси, когда надо отказаться от исторического опыта вплоть до какой-то точки аутентичности, которая стерта то ли реформами Петра, то ли большевиками, то ли принятием христианства, то ли тем, что бабка Марья однажды провалилась в колодец; одновременно признает невозможность отказа от каких-то культурных форм вроде византийского низкопоклонства или русско-славянского дохристианского неумения самоуправляться.

Советский суверенитет, последний объект советологии, живет своим остатком, невозможным остатком, потерявшим плоть государства и кровь экономики, несводимый ни к памяти СССР, ни к надеждам на построение коммунизма. Он возвращается в мир призраков, но его визиты еще долго будут тревожить нас.

Оригинал этого материала опубликован в «Русском журнале».

По теме
29.11.2019
В центральном исполкоме «Единой России» он будет более полезен, чем на посту министра.
29.11.2019
Войдя в политическое поле, губернатор берет на себя ответственность за местные проблемы.
28.11.2019
За увеличением стоимости ледовой арены на Стрелке стоит личная заинтересованность чиновников.
28.11.2019
Министерство внутренней политики должно более предметно заниматься работой в муниципалитетах.
Подборка