16+
Аналитика
21.07.2021
Что и нашло свое отражение в оценке вице-премьером реформ в Нижегородской области.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
19.07.2021
Нижегородская область неспроста включена в список пилотных регионов, которые получат инфраструктурные кредиты.
14.07.2021
Главной функцией канатной дороги, соединяющей «Заречную» и «Швейцарию», будет не транспортная.
12.07.2021
Все приуроченные к 800-летию работы надо сделать качественно. Можно даже сознательно сдвинуть сроки.
07.07.2021
Четвертое место в рейтинге Минпромторга дает Нижегородской области определенные преимущества.
06.07.2021
России предлагают добиваться успехов под предводительством одной правильной партии.
25.06.2021
Скорость вакцинации теперь будет нарастать даже без информационной поддержки на региональном уровне.
25.06.2021
Государство создало для микробизнеса возможность действовать в правовом поле, но это решает лишь часть проблемы.
23.06.2021
Если кто-то ставит выше всего личную свободу, а потом лечится за общий счет, я против этого.
18.06.2021
Возможно, старым партиям, привыкшим действовать прямолинейно, сделать это будет более сложно.
09.06.2021
Основные пункты в программе празднования 800-летия Нижнего Новгорода будут выполнены.
16 Октября 2006 года
202 просмотра

Логика кремлевских

Как известно, у нас есть три портрета власти, три типичных модели разговора о ней, получивших хождение в СМИ в последние годы — и две из них уже можно считать неудачными.

Первая — это собственно манера кремлевского начальства заказывать оды о себе, карикатурная и недоделанная пропаганда, категорически не дотягивающая до советского уровня. Наиболее точный образец ее — недавняя статья Третьякова в «Московских новостях» под названием «Франклин Делано Путин», посвященная величайшему творцу нацпроектов и практически основателю нового русского общества. Смех, да и только — ну какой из Путина Рузвельт, когда он и на Стресснера с Салазаром не тянет. Впрочем, стараниями Михаила Леонтьева и его многочисленных подражателей реформатор-Путин волшебным образом преображается из виртуального автора New Deal в этакого ангела мщения и реванша, царственного символа народной расправы и державного всесилия.

Увы, победительно-правая стилистика похвалы властям не работает так же, как и рузвельтовски-либеральная — ибо для того, чтобы много лет успешно приписывать начальству нечто исторически грандиозное, необходимо хоть что-то из воображаемого набора явить на практике. А вот с этим у агитаторов большие трудности — и социальное государство с «доступным жильем» у них почему-то никак не строится, и космические корабли упорно отказываются бороздить Большой Театр. Не боится Путина Госдепартамент, не растет у него «демократический» и «конкурентноспособный» кокос. Суверенитет — и тот, неровен час, отберут.

Не менее ущербна и противоположная метода рассуждения о власти, основанная на предположении о ее зловещей и кровавой природе. В рамках этой стилистики принято поминать КГБ СССР, Малюту Скуратова, а также «извечное русское рабство», куда без него. Особенно характерно обращение к этой модели всевозможных «советологов» и вашингтонских, убеленных сединами «специалистов» вроде Бжезинского, однако, и в России, на страницах либеральных изданий, достаточно верующих в то, что Путин и присные его только и мечтают о том, чтобы кроваво править Россией до скончания века, враждуя с прогрессивным Западом и братаясь с террористическим Востоком. Между тем, тоталитарная деспотия все никак не приступает к ожидаемым расправам — и даже грузинская «история», наделав много шуму, быстро сходит на нет и закончится, как назло, лишь скорейшим выводом войск РФ с места их остаточного квартирования. И уж тем более не спешат рушиться в пропасть отношения родного сатрапа с США — буквально на днях Кондолиза Райс, дерзко не соглашаясь с Сатаровым и Ко, заявила, что не видит решительно никаких оснований подозревать в убийстве Политковской кремлевских деятелей. Иными словами, либеральная страшилка не действует на умы, и вместо бегства из страны или вступления в ряды оппозиционных партий «целевая аудитория» речей про «чекиста-палача» предпочитает вести гламурный образ жизни, благо ни один палач еще не рвался запретить бутики и «торгово-развлекательные центры».

Но и есть и третий метод описания власти, стараниями Станислава Белковского и Владимира Голышева все более популярный в последние годы. Согласно этой концепции, Кремль — это просто жадная мафия, криминальная группировка, заинтересованная в одном: набрать побольше наличности и безналичности, затем перевести ее на Запад и, в нужный момент, отбыть на берега теплых морей, в ласковые шезлонги. В этой логике типичный наш начальник — попросту мелкий бандит, наделенный исключительно финансовой мотивацией. Бандит, способный, конечно, на многие злодейства, но только в рамках извлечения прибыли, и никогда — для государственной пользы. Надо сказать, что кардинальных возражений против такой трактовки как-то не находится — ибо власть наша за 6 лет правления ни разу так и не показала нам примеров самостоятельного поведения, не явила образцов державного могущества, дурного или созидательного. Все только отступала, уходила, капитулировала, предавала, торговала и приторговывала. Трусоватые коммивояжеры, да и то не самые успешные.

И все-таки образ безбрежного кремлевского гангстеризма представляется несколько неполным. Однотонным, я бы сказал. Не жульничеством единым жив наш начальник, и мне хотелось бы дополнить удручающую картину «ОПГ вместо государства», столь сильно действующую ныне на политизированные умы.

Дело в том, что далеко не у всех власть предержащих алчность и криминальное сознание являются главными, изначальными свойствами мятежной натуры. Было бы некоторым преувеличением думать, что российская власть на 100% состоит из одних Берлускони, по которым рано или поздно заплачут суды всех европейских столиц. Да, такие есть, но и не только такие. Случаются во власти люди и сравнительно честные, и «получестные», и даже совсем нечестные — все же скорее в силу растлевающих обстоятельств, нежели по изначальному карьерному замыслу. Главнейшей их психологической мотивацией служит все-таки не желание одной только наживы.

Проблема с ними заключается в предельно мещанских, обывательских, но ни секунды не государственных, не политических горизонтах их менталитета. Кремль — прежде всего царство компромисса, апофеоз цепляния за невыгодное, опостылевшее статус-кво.

Приходит господин средней руки во власть, которая ему банально не по росту. Там требуются пусть и не физические, но великаны — а он, извините, карлик, судьбой и Богом предназначенный быть менеджером в салоне подержанных японских автомобилей, и лучше если не в Москве, а в Канзасе. Возможно, он и рад был бы проявить себя «на поприще», и возможно, воровать — не единственное его желание. Но он приходит — и очень быстро выясняет, что движение в любую сторону ему чем-нибудь, да угрожает.

Основательная внешняя политика немыслима без прямых столкновений с Америкой. А как же можно ссориться с Америкой, — недоумевает горе-менеджер из Кремля. Они-то вон какие сильные, а нас и от плинтуса еле видать, им-то «все можно», а нам «ничего нельзя». Нет уж, мы тихонечко, мы не задаемся. Сил у нас мало, и не следует, дескать, высовываться, чтобы сразу не проиграть. Поэтому будем проигрывать медленно, печально и позорно.

Действительный, а не условно-договорной контроль над страной немыслим без свержения регионального феодализма, без победы над баронами, минтимерами, юношами в спортивных костюмах и стариками батуриными. Но говорить о «вертикали» одно, а как их тронешь на самом деле? Они же страшные, кусаются. Одно дело страшные волки местных бабайств, бессрочно сидящие на своих должностях — и совсем другое я, гладенький человечек в костюмчике, вместо 12-летних автомобилей торгующий скрипучей бричкой «РФ». Нет уж, лучше быть Королем Джоном и никого не трогать — ибо «львиных сердец» в Кремль в XXI веке как-то не завезли.

И та же логика — продолжается во всем. Армия? Да ведь хлопотно и опасно связываться с генералами, разгонять их. Пусть уж лучше «как-нибудь так». Националисты, скинхеды? Неприятно, конечно, да что поделаешь — мы ведь живем не в сталинские времена, всех не заарестуешь, «потерпим». Кремлевские человечки, кстати, очень гордятся своей терпимостью и гуманизмом — даром что никто вокруг не ценит этих праведных качеств. Образование? Все равно разворуют любую сумму, так что и вкладываться нечего. Петросяны на всех каналах? Что поделаешь, надо же платить телемафии за то, что она транслирует нашу «посевную». Сами мы телевизор не смотрим, а «те» — те как-нибудь потерпят.

И уж только в процессе бесконечных отступлений и «соглашений» как-то сами собой появляются у аккуратного человечка круглые суммы, откуда-то выплывает и нарядная вилла на Лазурном берегу… Ведь если все равно «ничего не поделаешь», то уж лучше провожать страну в забвение, не забыв о себе, нежели наоборот, не так ли?

Простая логика упадка. Все когда-нибудь кончится, в том числе Россия, и помешать этому невозможно — так сделаем же так, чтобы сами мы закончились несколько позднее.

Есть только одна ошибка в обывательском счастье и пораженческой логике «креативного менеджера», вместо подержанных автомобилей торгующего Россией. Продать автомобиль с отказавшими тормозами и, соответственно, не нуждаться в том, чтобы выскакивать из него на ходу — легко. А вот сделать то же самое в масштабах государственного управления — затруднительно. Что называется, «оно и вас ненароком зацепит». Кремлевский клерк может попросту не успеть уклониться от падающих на него неприятностей — тех самых, наступление коих он так долго пытался отсрочить. От неизбежности которых он так старался откупиться.

Мстительна и опасна Россия, и логика приторговывающего мещанина к ней не подходит.

Оригинал этого материала опубликован на ленте АПН.

По теме
07.06.2021
Идея паркограда «Нижний» укладывается в стратегию пространственного развития России.
07.06.2021
Система праймериз позволяет найти достойное применение способностям активных молодых людей.
04.06.2021
В этой процедуре сегодня участвует множество волонтеров и представителей общественных движений.
03.06.2021
На праймериз этого года была отмечена самая высокая конкуренция за время проведения этой процедуры.