16+
Аналитика
19.02.2021
В результате внедрения системы ЕГЭ общая грамотность неуклонно падает.
19.02.2021
Претензии прокуратуры по вопросу контроля исполнения компанией своих обязательств вполне обоснованы.
16.02.2021
Однако не менее важно задать для отрасли правильные цели.
11.02.2021
Я вполне разделяю опасения тех, кто сомневается в целесообразности соглашения с «Мегафоном».
01.02.2021
Молодежи не хватает картины будущего, в котором она хотела бы жить.
29.01.2021
Не уйдет ли все финансирование консорциума «Вернадский – Нижегородская область» на содержание аппарата?
28.01.2021
Эффективность инвестиционного соглашения Нижнего Новгорода с «Мегафоном» крайне низка.
27.01.2021
Задача протестных акций состоит вовсе не в решении конкретных проблем.
26.01.2021
Не стоит оценивать значение протестных выступлений только по количеству участников.
26.01.2021
Протестные настроения растут по всему миру, экономический кризис начинался еще до пандемии, она его лишь усилила.
25.01.2021
На что будет сделан акцент при объединении «Справедливой России» и «За правду»?
6 Октября 2014 года
185 просмотров

Медиа-рынок на осадном положении

В последние месяцы число инициатив, способных заметно изменить
медиа-отрасль, значительно возросло. Госдума одобрила в первом чтении
законопроект, запрещающий владение иностранцами более 20% СМИ. ЛДПР предлагает
другое ограничение: ввести для СМИ категории специализации, что сделает
невозможным писать на «непрофильные» темы. Минфин разработал правила
регистрации агентств Reuters и Bloomberg как «операторов критичной
инфраструктуры». Наблюдается и заметная политизация СМИ.

В последнее время на рынке СМИ фиксируется несколько трендов.
Тренд первый – вытеснение иностранных инвесторов. Финский медиахолдинг Sanoma с
октября 2013 года ведет переговоры о продаже российского бизнеса Sanoma
Independent Media (издает Cosmopolitan, Esquire, Harper’s Bazaar, «Ведомости» и
другие издания). Периодически появляется информация о достижении
предварительных договоренностей о сделке. Среди претендентов рассматривались
ОНЭКСИМ (владелец холдинга РБК), интерес проявили американский бизнесмен,
основатель «СТС Медиа» Питер Герви, инвестор телеканала «Дождь» Александр
Винокуров и акционер платежной системы Qiwi Борис Ким. Ранее на активы
претендовали ИД Hearst Shkulev Media и владелец Dow Jones и FT Group. В
качестве возможных покупателей активов называлась также немецкая Bauer.

Sanoma продает свой бизнес в России по финансовым причинам:
холдинг решил избавиться от недостаточно значимых для него активов,
сосредоточившись на цифровых СМИ. Однако сделка обретает неизбежный
политический смысл с учетом той роли, которую играют в России медиа. Каждая
крупная сделка проходит с санкции Кремля, а значит и выбор покупателя будет
внимательно отслеживаться. Именно поэтому появились опасения, что крупнейшее
деловое издание «Ведомости», известное своими часто критичными редакционными
статьями и колонками, а также весьма независимой редакционной политикой,
перейдет под контроль близких к Путину бизнесменов. Смена собственника из чисто
рыночных оснований может затягиваться из-за наличия политического контекста.

Однако теперь Sanoma придется в любом случае искать способ
избавиться от «Ведомостей» и других медиа-активов с учетом недавно принятого
Госдумой закона, ограничивающего участие иностранцев в учреждении СМИ 20%-ой
долей. Причем их не удастся продать другим иностранным инвесторам. Еще одно
деловое издание Forbes, которое также вызывает раздражение у представителей
власти и околовластных кругов (достаточно вспомнить судебные процессы Игоря
Сечина против издания), также рискует попасть под удар. С политической точки
зрения наибольший ущерб новый закон может нанести деловым печатным изданиям,
что рождало версию, что Кремль принял решение сделать деловые издания более
«суверенными» и независимыми от Запада, обвиняемого неоднократно в попытках
дестабилизировать ситуацию в России изнутри.

Однако в неполитической сфере доминирующей стала другая
версия: речь идет о глянцевых журналах. Елена Мясникова, вице-президент
медиагруппы РБК, бывший генеральный директор холдинга Independent Media в
интервью Colta.ru заявила: «У меня есть ощущение, что даже бедные, несчастные,
попавшие под раздачу глянцевые СМИ — Cosmopolitan, Vogue и прочие – были очень
популярны и соответствовали идеологическому моменту пятнадцать лет назад, когда
консюмеризм был отчасти даже государственной политикой… Сейчас происходит явный
сдвиг идеологического акцента с открытости Западу и потребления как блага и как
нового достижения новой власти — на духовные скрепы. Поэтому, на самом деле, и
глянцевые журналы сейчас тоже не очень в струе. И мыслями на тему «о боже, что
же будет с Cosmopolitan, Vogue, GQ» никто не задается». А медиаобозреватель
Forbes Елизавета Сурганова написала в Facebook, что «более вероятной» версией
ей кажется версия о том, что «глянец попал под раздачу с законом об иностранных
СМИ из-за интервью бывшей жены [Дмитрия] Пескова в Tatler». 3 октября в
«Российской газете» была опубликована статья, направленная против «глянца» и
создаваемых им кумиров, которые, по мнению автора, лишены российского
патриотизма. В числе объектов критики оказалась, в частности, Мирослава Дума,
ведущая модный и престижный блог. «Многие модные персонажи, ставшие звездами
для глянцевых журналов, зажжены глянцем же. Вот только эти звезды светят не для
России», — говорится в статье.

Действительно, глянец может восприниматься властью как продукт
для «среднего класса», выходящего на Болотную и Сахарова в периоды массовых
протестов, как чтиво для «партии пармезана». Появившееся в 2012 году первое
осторожное идеологическое противопоставление России Западу и резко усилившееся
в 2014 году неизбежно поставило вопрос о соответствии «глянца» и несущих им
ценностей политическому моменту.

Подтверждением этого может стать еще одна инициатива. Тот же
Вадим Деньгин от ЛДПР подготовил новый пакет поправок в закон «О СМИ», который
призван запретить журналистам писать на темы, не относящиеся к специализации
издания, где они работают, сообщал Znak.com. «Я считаю ненормальным в эпоху
информационной войны, когда на страну идет массированная информационная атака,
что люди, которые специализируются на развлекательных СМИ, начинают скупать
общественно-политические СМИ или перестраивать развлекательные СМИ под
общественно-политические, как это делает, к примеру, ИД Hearst Shkulev Media»,
– пояснил Деньгин. Бывший главный редактор Esquire Дмитрий Голубовский в
комментарии «Слону» заявил, что «глянец в России очень давно пишет про
политику. Какой-нибудь Esquire делал это чаще, Maxim – реже, но смешнее. Просто
когда вокруг происходит то, что происходит, от политики никуда не деться. Кто
именно стал раздражителем на этот раз – Esquire, Maxim, Tatler или кто-нибудь
еще, – думаю, станет понятно довольно скоро».

Депутаты Госдумы откровенно говорили «Ведомостям», что
ограничение участия иностранных инвесторов в российских СМИ обусловлено
«войной»: нельзя допустить влияние иностранцев на формирование антироссийских
взглядов в обществе. «Чем же провинились журналы, рассказывающие, как
соблазнить мужчину или как ему получить восемь кубиков на прессе? Эти еще хуже,
заявили депутаты: они тайно работают на «пятую колонну», — писали «Ведомости».
«Медиа во многом определяют предпочтения граждан и формируют общественное
мнение, — заявил «единоросс» Сергей Железняк, — а контроль иностранцев над СМИ
— один из способов скрытого воздействия на страну и принимаемые решения».

Еще одна версия связана с бизнес-интересами. Екатерина Шульман
в своей колонке на «Ведомостях» написала, что депутаты анонимно уверяют, что
принятие закона об ограничении в 20% связано с тем, что «просто владелец медиахолдинга
решил скупить доли своих иностранных партнеров подешевле. А заодно прикрыть
«Ведомости» и Forbes Russia. «Никакой политики — просто бизнес», — цитирует она
свои источники.

Ключевой особенностью третьего срока Владимира Путина является
нарастающая политизация медийной отрасли, которой становится все сложнее
функционировать по традиционным бизнес-моделям. В этом есть своя логика:
финансовая независимость является обязательным условием независимости
политической. Поэтому помимо прямых законодательных ограничений власть сужает
для независимых СМИ и возможности зарабатывать: самый яркий пример – принятие
запрета на размещение рекламы на кабельных телеканалах. Закон о 20% также
окажет свое влияние на медиа как бизнес. CTC Media, единственная публичная компания
России, будет вынуждена уйти с биржи. Ее акции рухнули на четверть после
принятия поправок к закону о СМИ.

Собственно, в этом специфика регулирования политически
значимых отраслей: Кремль не торопится «национализировать» компании, лишь
создавая условия для смены собственников и ключевых кадров в пользу более
«патриотично» настроенных фигур. Большой резонанс вызвало назначение Алины
Кабаевой главой совета директоров НМГ, контролирующей блокпакет «Первого
канала», медиахолдинг «РЕН ТВ», телерадиокомпанию «Петербург — Пятый канал»,
газету «Известия», радиостанцию «Русская служба новостей». Структурам банка
«Россия» также принадлежит доля в крупнейшем в РФ продавце телерекламы «Видео
интернешнл». Алина Кабаева никогда не имела опыта управления медийными структурами,
поэтому ее назначение было воспринято как политическое решение, особенно с
учетом ее достаточно резких заявлений в отношении оппозиции и акций протеста.

Примечателен и комментарий Кабаевой «Первому каналу». В
интервью она заявила, что «медиабизнес — это не обычный бизнес. И здесь нужно
думать не только о прибыли, но и об интересах всего общества». Очевидно, что
между соблюдение общественно-политических приоритетов и зарабатыванием прибыли
баланс будет сильно смещен в пользу первого.

Тем временем, к новой ситуации адаптируется и либеральная
общественность. По сути, происходит нарастающее размежевание между независимыми
журналистами и блогерами, с одной стороны, и прокремлевскими журналистами, с
другой. Это важно анализировать с точки зрения рынка труда: первые работают в
часто еле окупаемых изданиях, вынужденных вводить платную подписку и
ориентироваться на все более узкие, но состоятельные слои общества, готовые
платить за качество информации и анализа. Однако число «рабочих мест»
стремительно сокращается. «Звезды» в журналисткой среде вымываются из
«системных» изданий. Показательно, что недавно произошла смена главреда
интернет-сайта «Русская планета» (финансируется компанией «Мортон»). В сентября
там сменился главный редактор: на смену Павлу Пряникову пришел глава
пиар-агентства «Медиа-шторм» Александр Исаев. Журналисты сразу пожаловались на
введение цензуры. Причем аналогичный скандал имел место весной этого года,
когда пять журналистов покинули издание в знак протеста против цензуры в
отношении их материалов, касающихся войны на Украине и Крыма. Тогда речь шла
лишь о попытке самоцензуры. Теперь, вероятно, контроль станет еще жестче.
Человек, ранее работавший в «Русской планете», сообщил изданию Йод, что вместе
с Исаевым будут работать два редактора, которые будут контролировать
редакционную политику издания. Собеседник уточнил, что они будут «из среды
православия и народности».

Учитывая, что поле для творческой самореализации и
зарабатывания денег для независимых от государства журналистов и СМИ существенно
сокращается, новые проекты стали появляться за рубежом. Прежде всего, это
финансируемый Михаилом Ходорковским проект «Открытая Россия», который станет не
только инструментом сетевой мобилизации протеста, но и информационной,
экспертной площадкой. Новым опытом стал запуск проекта «Медуза» Галины
Тимченко, бывшего главного редактора «Лента.ру». Проект начал работу в Латвии,
запуск ресурса ожидается 15 октября. «Собрать такую картину, упаковать ее и
дать читателю, чтобы он понял, что вообще происходит, — это серьезная история.
За последние полгода этого, к сожалению, сделать не смог никто. Если нам это
удастся, мы будем большие молодцы. Если мы при этом раздадим трафик и
предоставим площадку людям, которых без нас бы никто не услышал, мы будем еще большие
молодцы. Ну а уж сколько там будет нашего контента — посмотрим. Он обязательно
будет, потому что есть темы, на которые точно, кроме нас, никто писать не
будет», — заявила она в интервью «Colta.ru», добавив, что «на рынке проблемы с
общественно-политической информацией: все, кто мог качественно создавать и
описывать картину дня, в последнее время волшебным образом сконцентрировались
на бизнесе и экономике. А вот взвешенно, безэмоционально, но очень внятно
рассказать о том, что происходит, как-то пока никто не может».

Сегодня делать в России качественное общественно-политическое
или деловое издание (интернет-СМИ или печатное издание) как успешный
бизнес-проект становится все сложнее: возможности привлекать иностранных
инвесторов сводятся на нет, появляются организационные трудности (как у «Дождя»
с «Красным октябрем», откуда телеканал попросили съехать, или у «Эха Москвы»,
совет директоров которого неожиданно отказал в переселении редакции в новое
помещение, что может поставить под вопрос существование радиостанции),
затрудняется процесс привлечения рекламодателей, появляются трудности доступа к
первым лицам и ньюсмейкерам для получения информации и комментариев из первых
рук. Российская власть, действуя в логике военного времени и информационной
войны с Западом, идет на существенную политизацию оставшихся СМИ, для которых
идеологизация новостей становится одной из ключевых форм подачи информации. В
такой ситуации выделение независимых СМИ за пределы России может стать в уже
краткосрочной перспективе более массовым, а не исключительным явлением, что
лишит государство всех рычагов влияния на «несогласных». Однако в такой
ситуации резко повысится другой соблазн – соблазн фильтрации и цензурирования
российского интернета, что может в ближайшие годы стать новой медийной
реальностью России.

Оригинал материала опубликован на ПОЛИТКОМ.

По теме
21.01.2021
Платными парковками должен заниматься МУП, чтобы все деньги поступали в бюджет Нижнего Новгорода.
20.01.2021
Оправдано ли для города экономически концессионное соглашение мэрии Нижнего Новгорода с «МегаФоном»?
20.01.2021
Гриневич неспособна заменить Бочкарева – его потеря оказалась для регионального отделения «Справедливой России» невосполнимой.
20.01.2021
Гриневич оказалась в депутатах только потому, что сумела договориться.