16+
Аналитика
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
27.01.2022
Все говорит о том, что продление ветки до «Сенной» не станет долгостроем.
27.01.2022
Осуществлено множество проектов и идей, которые в других обстоятельствах не были бы реализованы.  
21.01.2022
Главным драйвером роста нижегородской экономики стала промышленность, в первую очередь, высокотехнологичная.
20.01.2022
Юбилей объединил усилия правительства Нижегородской области, предприятий и НКО.
19.01.2022
В следующие годы мы будем наблюдать реализацию потенциала, аккумулированного регионом в 2021 году.
17.01.2022
Введение QR-кодов в масштабах страны сегодня обернулось бы полным провалом.
17.01.2022
Инициатива «Единой России» о приостановке рассмотрения законопроекта о QR-кодах вполне разумна.
20 Января 2005 года
158 просмотров

Монетизация и новый стиль президента

По материалам круглого стола «АПН – Нижний Новгород».

Мы представляем вниманию наших читателей фрагмент стенограммы круглого стола, состоявшегося 14 января 2005 года в редакции «АПН – Нижний Новгород». Темой обсуждения стали последствия монетизации льгот. В обсуждении принимают участие политолог Иван Юдинцев, политолог, координатор «Нижегородского эксперт-клуба» Сергей Пименов, главный редактор АПН-НН Евгений Лавлинский и генеральный директор АПН-НН Дмитрий Елькин.

Начало здесь.

Иван Юдинцев: Я благодарен организаторам этой дискуссии, за то, что поставлен вопрос о реакции властей. У нас почему-то одно с другим не связывается, и может быть это правильно, что не связывается, но у меня создается ощущение, что изменение личного поведения президента связано с тем, что сейчас происходит.

Евгений Лавлинский: А в чем выражено изменение поведения?

Иван Юдинцев: Оно выражено в том, что Путин стал кричать. Я обратил внимание, что в одном из сюжетов, где президент ругает губернаторов, а может быть каких-то других чиновников за то, что они предварительно не прочитали какой-то закон, Путин кричит. Ну, может быть, не кричит, но говорит на повышенных тонах. Раньше с чекистом до мозга костей такого не случалось. На многих фотографиях Путин вообще лоб в лоб с другими людьми: он привык говорить тихо и часто даже шепотом. Повышение тона, на мой взгляд, показывает, что президент серьезно взволнован тем, что сейчас происходит, и он воспринимает происходящее – давайте так, чтобы не ставить плюс или минус – как очень серьезный сигнал.

Я не готов обсуждать, как он это оценивает, кого он в этом винит – себя, или своих политических и экономических советников, или министра какого-то конкретного, или чиновников, или каких-то конспираторов, которые стоят за этим, или народ. Таким Путина по телевизору еще никогда не показывали.

На мой взгляд, в стране, которая так завязана на своего президента, которому дала столько полномочий и так ему верит, — это очень серьезные перемены, на которые нельзя не обращать внимания. Я не готов сказать, что это значит, но я собираюсь наблюдать за двумя вещами – это случайная реакция или такие реакции повторятся, или теперь президент таким и станет, и второе – будут ли какие-то реальные последствия.

Если раньше те, кто отслеживал ситуацию в Советском Союзе говорили, что если мы видим, что кто-то выступает на повышенных тонах, надо посмотреть, последует реакция или нет. Потому, последует реакция или нет, судили, есть ли реальная власть у человека или нет. На мой взгляд, это очень интересный индикатор, хотя он неоднозначный. И я не настаиваю на его прямой связи с происходящими событиями. Я бы предпочел употребить старую одесскую формулу: «Это ничего не значит, но кое о чем говорит».

Сергей Пименов: Это серьезное испытание для действующих глав регионов. Большинство из них ждет переназначение, соответственно, за этот период они должны продемонстрировать способность изыскать где-то дополнительные средства и показать, что хотя бы в чем-то они способны выполнять свои предвыборные обещания.

Все мы знаем, что и в 2001 году, избравшись на пост губернатора, Геннадий Максимович Ходырев обещал льготы определенным категориям граждан. И Вадим Евгеньевич Булавинов в 2002 году, избравшись мэром, обещал какую-то новую концепцию управления городом, основанную на изыскании откуда-то дополнительных средств. Тем не менее, и в первом, и во втором случае все это осталось словами, неподкрепленными абсолютно ничем.

И сейчас местные власти – и мэры, и губернаторы должны продемонстрировать, на что они способны.

Дмитрий Елькин: То есть они должны урегулировать ситуацию, которая порождена действиями федерального центра? Это же федеральная реформа. Надо понимать, что проблема монетизации появилась после того, как ее поставил на повестку дня президент.

Сергей Пименов: А у федеральной власти сейчас нет другой возможности, кроме как списать всю эту проблему на местные органы. Потому что многие ведущие эксперты уже не раз высказывались о том, что у федерального центра не хватит средств для урегулирования этой ситуации по территории всей страны. Помощь будет оказана только самым бедным, дотационным регионам.

Дмитрий Елькин: У нас сейчас почти все регионы бедные. У нас же налоговая реформа прошла, перераспределены потоки финансовые. Сейчас у нас огромный стабилизационный фонд «лежит» в Москве…

Сергей Пименов: Я поправлю, скажу – стратегически важным регионам.

Дмитрий Елькин: Это Рязань или Татарстан?

Евгений Лавлинский: Фонд действительно больше, чем в Советском Союзе.

Дмитрий Елькин: Со стороны федерального центра совершенно не правильно перекладывать ответственность на регионы. Реформа федеральная и ответственность должен нести федеральный центр. И делать крайними регионы в данном случае – несправедливо. Речь тут идет не о конкретных губернаторах, а о том, что региональные элиты в целом будут отвечать за это, они откуда-то из своих источников будут все это финансировать, и они же еще и получат за это по голове.

Таким образом мы видим, что население утрачивает лояльность федеральной власти, региональные элиты утрачивают лояльность федеральной власти. Федеральная власть, имеется ввиду Путин и его команда, оказывается в изоляции. Она и так-то была не очень поддерживаема элитами, а теперь вообще оказалась в одиночестве.

В свете этого следующий большой вопрос. Не находимся ли мы сейчас в той исторической точке, когда вот этот маятник, который двигался в одну сторону, и в этот период Путин, пользующейся огромной поддержкой населения, просто поставил региональные элиты и прочие на колени, сейчас полетит в другую, и будет «сносить» уже федеральные власти? В частности, президент ИНС Станислав Белковский – вчера я прочитал где-то – говорит, что федеральные выборы 2007-2008 года состоятся досрочно. Не имеем ли мы сегодня ситуацию, когда все начинает рассыпаться? Не та ли это точка сопротивления, которая, очень вероятно, не будет преодолена действующей властью?

Я вот не вижу у Путина возможностей, которые позволят преодолеть ситуацию. Тем более, что есть огромное количество сил, заинтересованных в том, чтобы эту ситуацию нагнетать.

Иван Юдинцев: Позвольте мне вмешаться и ответить, поскольку я единственный очевидный адепт федерального центра…

Дмитрий Елькин: Я тоже адепт федерального центра…

Иван Юдинцев: На мой взгляд, социальная острота проблемы не столь высока. На мой взгляд, для решения этой проблемы, исходя из того менталитета, который у нас существует, достаточно каких-то средств на увеличение компенсации в два раза, например. Если это будет сделано публично, с окриками президента – это, вполне возможно, будет реальных ходом, который решит проблему.

Но что касается моральности власти, я должен оговориться, что власть в данном случае действует не морально, а законно, перекладывая это на субъекты Федерации. Это предусмотрено Конституцией РФ и по федеральному закону это отнесено к совместному ведению центра и регионов. Здесь все вполне законно – такая у нас Конституция.

Если не нравится, что губернаторы должны этим заниматься – не надо трудоустраиваться губернаторами. Можно трудоустраиваться в дворники и придется грести грязь. Хорошей работы нет, везде есть свои недостатки. Да, у нас губернаторы в таком положении, к сожалению или к счастью, но это так по закону.

Я еще хотел возразить по поводу ваших слов, о том, что мы видим, что элиты отворачиваются от центра. Я со своей точки этого не вижу. Я вижу, что элиты пытаются оправдаться перед федеральным центром, защитить свои позиции перед ним, убедить федеральный центр в своей нужности и полезности.

В этом смысле я поддерживаю Сергея Игоревича, только с другой стороны. Да, сейчас действительно экзамен для мэров и губернаторов на профессионализм и компетентность. Да, действительно сейчас мы посмотрим, кто и как сможет разрешить ситуацию. Да, действительно мы видели как Громов усиленно приближал свою область к Москве по уровню экономического развития и по уровню жизни, как он развивал спорт в Московской области. А вот сейчас мы посмотрим, сможет ли он разрешить другие проблемы, когда вдруг его область захотела жить как Москва.

И в этом смысле я думаю, что помощь будет оказана не стратегически важным регионам, ни тем более бедным регионам. Я думаю, что наибольшая помощь – и это логично – будет оказана тем регионам, где эта проблема будет наиболее остра. Как ни странно, наиболее остра она в тех регионах, где либо исторически, либо в последние 4-8 лет очень сильная государственная власть, сильные главы регионов, которые смогли наиболее последовательно реализовать принципы существовавшей политики, в том числе и социальной. Которые, грубо говоря, смогли дать своим людям наибольшее число реальных льгот. Главный пример – Московская область. Громов настолько сумел приучить людей к тому, что они живут как Москва, что теперь от него ждут, чтобы и дальше он делал как в Москве.

Также Башкортостан, Самара… Список регионов совпадает во многом с фамилиями известных политиков, кого, по социологическим опросам, знают простые люди. Их я и называю сильными региональными руководителями.

В этом смысле Нижегородская область, наверное, зависит больше не от Ходырева и не от Булавинова, а от Немцова и Кириенко – от прежних и, скажем так, неявных лидеров региона. В этом смысле в Нижегородской области Немцов раньше сделал гораздо больше, чем Ходырев и Булавинов сегодня. Поэтому Нижегородская область к регионам, где сильная государственная власть, не относится.

Сергей Пименов: Я думаю, что здесь возникает другая проблема. Мне кажется, в любом случае, возникнет своего рода региональный дисбаланс. Потому что сейчас мы видим в регионах, в которых лидеры своими силами пытаются решать эту проблему — Тулеев ее, по-моему, уже решил?..

Дмитрий Елькин: Я не знаю. Я знаю, что Волков пообещал сохранить льготу

Сергей Пименов: Я знаю, что в Кемеровской области и в тех регионах, где проблема решается и пенсионеры будут иметь право льготного проезда, люди будут не наравне с теми регионами, где пенсионеры лишатся этого права. Вот об этом дисбалансе региональном я и говорил. Соответственно вот эти дыры федеральному Правительству придется затыкать. И в этой связи опять же будет региональный дисбаланс, потому что если в одних регионах эти дыры заткнет федеральное Правительство, в других на латание дыр будут использованы местные средства. Я думаю, что у глав регионов может возникнуть вопрос – «Почему одним регионам не оказывается поддержка, а другим дает денег Федерация?» И не понятно, откуда брать дополнительные средства. Это опять будет испытание и для регионов, и для федеральной власти.

Иван Юдинцев: Абсолютно правильно, на мой взгляд, Сергей ставит вопрос, который в связи с этим возникнет. Это будет испытание еще и для федерального бюджета. И если все будет решаться таким путем, если действительно дыры будут лататься вот так бессистемно, то, что бы нам не говорили, уже очевидно, что затраты на покрытие этих дыр окажутся значительно больше, чем они планировались первоначально. И эти затраты, производимые так несимметрично, разными механизмами и путями, стихийно, они приведут к тому, что реально, скорее всего, эта реформа будет носить негативный характер, она не сэкономит бюджетные деньги. Она увеличит реальные расходы бюджета.

Хочется вспомнить слова про стабилизационный фонд. Мы ведь не знаем, какова будет динамика наших любимых цен на мировом рынке в перспективе. Даже если цена будет 18 долларов за баррель, от этого фонда довольно скоро ничего не останется.

Самая серьезная проблема – не протест, который, в моем ощущении, рано или поздно закончится. Монетизация может оказаться как неудачный ход при наступлении армии, что может привести к очень большим и серьезным финансовым проблемам государства. На мой взгляд, вот эта проблема очень тяжела. Это та проблема, которая может перечеркнуть все наши надежды на то, что удастся достичь серьезного прорыва в экономике.

Государство, которое много-много лет копило в себе силы и средства на рывок, сейчас может все их, в том числе силы моральные и кредит доверия президенту, потратить одномоментно на одну тяжелую акцию с серьезными социальными и политическими последствиями.

К сожалению, сейчас никто из законодателей или Правительства, по крайней мере, я не слышал, не говорит о том, как будет выглядеть структура бюджета после решения этих проблем. Все говорят только о том, что надо решить проблему, надо понять, почему так произошло и найти виновных.

Если бы вчера вызвали одновременно в «Единую Россию» Зурабова, Кудрина и всех прочих и стали бы обсуждать, не надо ли пересмотреть бюджет, не надо ли изменить его каким-то образом, я бы все понял. Но то, что сейчас решение этих проблем рассматривается вне связи с законом о бюджете на 2005 год, который получает очень серьезный и ощутимый удар, — удивительно. Мы должны сегодня четко сказать, что реализация бюджета уже идет вкривь и вкось с первых дней 2005 года.

То, что этот вопрос даже не ставится, может свидетельствовать только о том, что либо закон о бюджете на 2005 год не реален, или никто его не собирается выполнять, и все решают, как, скажем, в Советском Союзе, конкретные лица, в зависимости от текущей ситуации. Это очень печально. Либо этот закон будет реально выполнен, но с серьезными перекосами. Я не знаю, как бы это помягче сформулировать, чтобы это была не политическая мысль.

Это сугубо экономическая мысль. Это мысль на уровне домашнего хозяйства: там, где собирались сэкономить, туда бросаем в два раза больше денег. Значит, в отпуск не едем. У меня ощущение, что на уровне госбюджета происходит следующее – мы в отпуск не едем.

Это серьезный удар, который отразится и на самоощущении общества, и на социально-психологическом климате. Не произойдет что-то хорошее, чего мы долго ждали.

Евгений Лавлинский: Иван Васильевич сказал, что элиты стараются показать президенту свою лояльность. Они стараются, но внутри-то каждый из них злобу затаил, кого бы мы не взяли – финансовую элиту, губернаторский корпус, политические элиты, как выдворенные из Госдумы, как «Яблоко» и СПС, так и оставшиеся там. Поэтому и опираться-то ему особо не на кого, а после того, как он льготы отнял у товарищей милиционеров – с кем он будет пиночетить?

Дмитрий Елькин: И в итоге это все же может иметь такие последствия, о которых говорил Белковский? Сейчас мы будем негатив накапливать и при условии, что есть силы, заинтересованные в дестабилизации обстановки, все возможно в политической сфере в 2006-2007-2008 годах.

Иван Юдинцев: Я думаю, что Белковский очень информированный человек. Я менее его информирован, но, безусловно, согласен с его общей посылкой, которая здесь сейчас прозвучала, о том, что следующие выборы будут менее однозначными, чем они могли бы быть, если бы все получалось. Может быть, они будут досрочными – я не знаю, я менее информирован.

То, что произошло с монетизацией и со срывом выплат компенсаций, вот эта «маленькая победоносная война» нашей власти в социальной сфере, посредством которой мы решили приблизить к образцам демократических обществ, эта маленькая война, с таким треском проигранная, может иметь большие политические последствия, чем реальная война, которая планировалась как победоносная и оказалась проигранной.

Ту войну, как ни странно, люди видят по телевизору и смотрят ее как кино.

Я полностью согласен с тем, что политическая ситуация станет неоднозначной. Появится больше политических альтернатив. Я не знаю, к чему мы придем. Либо мы придем к более плюралистичным выборам, либо мы придем к форме правления подобной правлению Пиночета, которая тоже произошла в результате не очень удачных социальных реформ. Но то, что ситуация раскачивается, то что направление политического развития, казалось, уходит в перспективу и неизвестно чем закончится, может закончиться в ближайшие годы – я вполне допускаю.

По теме
14.01.2022
Намеченный курс по преображению Нижнего Новгорода не ограничится празднованием 800-летия.
13.01.2022
В Нижегородской области проведена очень серьезная работа по сохранению историко-культурной среды.
13.01.2022
И Глеб Никитин не намерен снижать темпов развития Нижегородской области.
13.01.2022
Удержать планку на поднятой в 2021 году высоте – это было бы круто.