16+
Аналитика
19.02.2021
Претензии прокуратуры по вопросу контроля исполнения компанией своих обязательств вполне обоснованы.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
19.02.2021
В результате внедрения системы ЕГЭ общая грамотность неуклонно падает.
16.02.2021
Однако не менее важно задать для отрасли правильные цели.
11.02.2021
Я вполне разделяю опасения тех, кто сомневается в целесообразности соглашения с «Мегафоном».
01.02.2021
Молодежи не хватает картины будущего, в котором она хотела бы жить.
29.01.2021
Не уйдет ли все финансирование консорциума «Вернадский – Нижегородская область» на содержание аппарата?
28.01.2021
Эффективность инвестиционного соглашения Нижнего Новгорода с «Мегафоном» крайне низка.
27.01.2021
Задача протестных акций состоит вовсе не в решении конкретных проблем.
26.01.2021
Не стоит оценивать значение протестных выступлений только по количеству участников.
26.01.2021
Протестные настроения растут по всему миру, экономический кризис начинался еще до пандемии, она его лишь усилила.
27 Февраля 2007 года
524 просмотра

Мюнхенский удар

"Во всякой войне одна сторона одерживает победу, другая же — терпит поражение"

Жизненная закономерность

"Россия — побежденная держава. Она проиграла титаническую борьбу. И говорить "это была не Россия, а Советский Союз" — значит бежать от реальности. Это была Россия, названная Советским Союзом. Она бросила вызов США. Она была побеждена. Сейчас не надо подпитывать иллюзии о великодержавности России. Нужно отбить охоту к такому образу мыслей"

Збигнев Бжезинский, американский политолог

Совсем недавно, президент России, впервые получивший приглашение принять участие в ежегодной и международной конференции, посвященной проблемам мировой безопасности, вернулся на хорошо знакомую ему немецкую землю. Сойдя с трапа самолета, обменявшись дежурными любезностями с баварским лидером, Владимир Путин отправился готовиться к пленарному заседанию, каковое должно было состояться несколько позднее.

Первые лица иных государств, министры различных правительств, эксперты, журналисты, ученые, оказавшиеся на том же мероприятии, с самого утра 10 февраля, трепетно ждали взрыва информационной бомбы. Сведущие организаторы прозрачно намекали им: "Путин приехал не просто так. Он собирается стать гвоздем программы". А американцы и вовсе, еще до момента начала путинского выступления, прониклись черной завистью, раздражением по отношению к российской делегации. Дело в том, что русским удалось опередить их и своевременно забронировать лучшие номера центральных отелей баварской столицы. В итоге несчастным представителям атлантического гиганта, по свидетельству обозревателя "The Wall Street Journal" Макса Бута, пришлось, глотая сопли и слюни унижения, со скорбными, снобистскими лицами, отправляться ночевать в гостиничные комнаты, базирующиеся на лишенных даже тени престижа задворках Мюнхена. Но пресловутый "жилищный вопрос" померк тогда, когда модератор конференции, господин Тельчик, предложил высказаться главе Российской Федерации.

То, что последовало после выхода Путина на трибуну, обсуждается уже более двух недель. Одни комментаторы сравнивают небывало решительные президентские откровения с Фултонской речью прародителя "холодной войны", Уинстона Черчилля, другие — проводят параллели с известным ООНовским эпатажем генсека Хрущева, позволявшим себе говорить любые жесткости в лицо враждебным США и умело прикрываться ядерным щитом. Я бы отмел оба надуманных сходства. Почему? Это мы выясним, резюмировав сказанное одушевленным гарантом российской Конституции.

Из всего потока слов, изреченных Владимиром Владимировичем, можно сделать компактную тезисную выжимку. Во-первых, он прямо обвинил Соединенные Штаты в намерениях учредить однополярное мироустрйоство и навязать свою волю всем несогласным, причем, преимущественно, силой оружия. Во-вторых, он отверг подобную систему миропорядка, заявив о намерении деятельно участвовать в построении многополярного сообщества стран. В-третьих, он подчеркнул, что любое крупное внешнеполитическое применение военной силы со стороны государств в глобальном, региональном либо локальном масштабе не может быть легитимным в случае его санкционирования военно-политическими структурами типа НАТО или Евросоюза, поскольку только ООН, правопреемница Лиги Наций и прототип мирового правительства, уполномочено справедливо, без ущемления заинтересованных лиц, с учетом всех имеющихся мнений разрешать подобные акции. В-четвертых, он выразил крайнее беспокойство в связи с приближением военной инфраструктуры Североатлантического альянса к границам России через установку ее объектов на территории Польши с Чехией и прямо спросил "Против кого проводится такое милитаристское расширение на Восток?" В-пятых, он призвал своих западных партнеров продолжать осуществлять программы всестороннего разоружения, атомного нераспространения и предотвращать проникновение любых видов оружия в космическое пространство.

Теперь, вдумавшись в приведенные слова и проанализировав их смысл, можно четко увидеть: ничего сверхнового и гипернеобычного Путин не произнес. Его речь полностью отразила реальное положение дел в мире, а отчасти и повторила содержание огромного множества статей, публиковавшихся в патриотически настроенной российской прессе с момента развала СССР, скопировала высказывания других, менее статусных политиков РФ, восседающих, по большей части, на депутатских креслах.

В чем же тогда состоит значение слов? Отчего к ним приковано столько внимания? Безусловно, разгадка кроется в значимости путинской фигуры. Он возглавляет российское государство и любое его высказывание, пусть совсем немного выходящее за рамки обычного, сложного для восприятия, максимально корректного, лишенного ярких красок и ораторского пафоса, набора протокольных слов, автоматически становится предметом обсуждения всех, кто способен замечать подобный "выход за рамки". Путин сознательно разрешил себе то, чего в основном избегал в течение обоих сроков руководства страной. Он публично озвучил замечания, какие в дипломатической практике, касающейся высшего межгосударственного уровня, не принято произносить вслух.

И что же собой являет основной посыл замечаний? Разве зовет Путин всех стратегических союзников объединить усилия в борьбе с Америкой, как Черчилль звал Запад выступить единым фронтом против Советского Союза? Разве обещает он жителям североамериканского континента похоронить их в дымящихся руинах разбомбленных городов, разве грозит им кулаком, как обещал и грозил Хрущев? Нет! Он всего лишь высказывается по теме конференции. Путина спрашивают: "Кто угрожает мировой безопасности?" Он честно отвечает: "Силы, провоцирующие большую часть современных войн, почти всегда оборачивающихся страданиями народов, кровью, голодом, разрушениями, гуманитарными катастрофами". У него снова спрашивают: "Как же зовутся упомянутые вами силы?" Он расшифровывает: "Соединенные Штаты Америки и отдельные их коллеги по НАТО". Его провокационно вопрошают: "Что же делать в сложившейся ситуации?" Он советует: "По возможности вести мирное сосуществование на общей планете, сотрудничая, взаимодействия цивилизованно, оставляя разрешение конфликтов методам, прописанным в Уставе ООН и никак иначе".

Где здесь воинственность? Где здесь перегиб палки? Где здесь настоящие, подлинные жесткость и резкость? Слова, прозвучавшие в Мюнхене, всего лишь обычная, не предусматривающая особых эмоций констатация очевидного. Что интересно, ничем, кроме оскорблений в адрес самого Путина и смехотворных придирок к его внутренней политике, непосредственные адресаты выступления отвечать не стали. Они пытаются разбить беспощадное зеркало, а у самих рожа — крива до умопомрачения. Подавляющее большинство путинских оппонентов, поднявших вой после мюнхенских событий —  взбешенные уроды, коим посмели указать на их вопиющее уродство.

Пусть лучше поблагодарят судьбу за то, что на месте Путина не оказалось более решительного человека. Такого, который прямо назвал бы замашки США имперской, экспансионистской тактикой, приносящей муки миллионам ни в чем не повинных людей, умерщвляющей их, превращающий их дома в развалины, их самих — в разлагающиеся трупы. Такого, который бы честно объявил Джорджа Буша-младшего величайшим политическим преступником последних лет, погубившим ради обладания нефтью и геополитическим влиянием, ради мондиалистских, глобализационных грез во много раз больше жизней, чем уничтоженные им Слободан Милошевич или Саддам Хусейн. Такого, который бы припомнил Госдепу и ЦРУ, вдохновляемым идеями неоконсервативной партии республиканцев, установку диктатуры Шаха в Иране, интервенцию и убийство Густава Арбенса в Гватемале, 4 миллиона уничтоженных жителей Юго-Восточной Азии, военный переворот Аугусто Пиночета в Чили, финансирование деспотического режима Сальвадора, оккупацию Панамы, выкармливание и обучение Усамы Бен Ладена в Афганистане, снабжение оружием самых одиозных ближневосточных режимов и сталкивание их в искусственно разжигаемых войнах, бомбардировки Судана, растерзанную Югославию, две иракские кампании и, конечно же, установку с помощью оранжевых технологий господства марионеточных элит на постсоветском пространстве.

Такого, который бы озвучив подобные претензии, принялся бы вещать о том, каким образом Штаты проводили во властные институты СССР предателей, формировали "пятую колонну", разжигали внутригосударственные национальные столкновения и добивались гибели своего антипода, своего противника, своего конкурента. Такого, который бы проклял звездно-полосатого монстра и продекларировал бы полный выход России из-под его идеологического контроля. Такого, который бы объявил свою Родину альтернативой США и, мобилизовывая имеющиеся ресурсы, вновь сколотил бы противоборствующий лагерь, ничем не уступающий западно-христианской цивилизационной модели. Такого, который бы покинул пределы Мюнхена подлинным, бесспорным триумфатором.

Правда, международные отношения — сложная сфера, не допускающая ни поспешности, ни непродуманности. Поэтому, возможно, Путин выбрал правильный, спокойный вариант, вписывающийся в текущую целесообразность и, при этом, не противоречащий общим замыслам, бьющий точно, наверняка. Принимая на вооружения действенные способы участия в мировых процессах, РФ осваивается в новой роли. Ее положение меняется в лучшую сторону, конкурентоспособность растет, топливно-энергетический комплекс и его военно-промышленный собрат получают импульсы серьезной модернизации, методов демонстрации восстанавливающейся мощи становится больше. От экспорта продуктов ВПК "проблемным государствам" типа Ирака и Венесуэлы до активного участия в работе Шанхайской Организации Сотрудничества (ШОС), от давления на недружественные режимы СНГ с помощью энергетических рычагов до дискуссий о начале процедур принятия в свой состав непризнанных территорий, от разработки стратегических доктрин, основывающихся на прагматичных началах до вербальных полемических выпадов, подобных мюнхенскому удару Путина.

Не замечать позитивных тенденций, значит выказывать полную слепоту. Видеть в них злой умысел, строить далекоидущие конспирологические версии происходящего, значит страдать ангажированной некими заказчиками паранойей. В то же время необходимо понимать: без должного форсирования зачатки позитивных изменений погибнут, планы останутся на бумаге, противник быстро оправится и перейдет в контратаку. Набирая темпы, их сбавлять уже нельзя. Иначе произойдет остановка, чреватая проигрышем общей гонки, всего состязания. Будем надеяться, вместо остановки последует нарастание скоростей настолько видимое, что многим недоброжелателям придется заткнуться.

В конце же хотелось бы привести параллель, упущенную всеми авторами, освещавшими речь Путина, чьи тексты мне приходилось читать. Еще в конце 90-х, вдохновленный сбрасыванием НАТОвских зарядов на мирных горожан сербского Белграда, полупьяный Ельцин прилетел в Китай и сказал на камеру до боли знакомые слова.

"Вчера Клинтон позволил себе надавить на Россию. Он, видимо, на несколько секунд забыл, что Россия владеет полным арсеналом ядерного оружия. Клинтон решил поиграть мускулами. Я хочу сказать Клинтону: пусть он не забывается, в каком мире он живет. Не было и не будет, чтобы он диктовал людям, как жить, отдыхать. Многополярный мир — вот основа всему. Будет так, как мы договорились с Цзян Цзэминем. Мы будем диктовать, как жить, а не он".

Как видно, заявления, когда-то произносившиеся лишь под воздействием уменьшающего страх алкогольного куража, затем стыдливо опровергавшиеся пресс-секретарями, вынужденными извиняться перед Западом за несдержанность шефа, теперь воспроизводятся в открытую и на трезвую голову. Значит, доросли.

По теме
25.01.2021
На что будет сделан акцент при объединении «Справедливой России» и «За правду»?
21.01.2021
Платными парковками должен заниматься МУП, чтобы все деньги поступали в бюджет Нижнего Новгорода.
20.01.2021
Оправдано ли для города экономически концессионное соглашение мэрии Нижнего Новгорода с «МегаФоном»?
20.01.2021
Гриневич неспособна заменить Бочкарева – его потеря оказалась для регионального отделения «Справедливой России» невосполнимой.