16+
Аналитика
08.04.2021
Участившиеся задержания нижегородских коррупционеров – не уникальная для России ситуация.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
07.04.2021
Узбекистан – очень интересное направление внешнеэкономической деятельности нижегородских предприятий.
02.04.2021
Руководство Бора смотрит на проблему стелы как на какую-то временную, случайную.
01.04.2021
Программа развития Нижегородской агломерации презентована на самом высоком уровне
01.04.2021
Ретро-трамваи – хорошо, но гораздо важнее создать единую транспортную систему.
29.03.2021
«Единой России» необходимо приложить серьезные усилия, чтобы заинтересовать большую часть нижегородцев.
19.02.2021
Претензии прокуратуры по вопросу контроля исполнения компанией своих обязательств вполне обоснованы.
19.02.2021
В результате внедрения системы ЕГЭ общая грамотность неуклонно падает.
16.02.2021
Однако не менее важно задать для отрасли правильные цели.
11.02.2021
Я вполне разделяю опасения тех, кто сомневается в целесообразности соглашения с «Мегафоном».
01.02.2021
Молодежи не хватает картины будущего, в котором она хотела бы жить.
1 Сентября 2010 года
320 просмотров

Напряженная неопределенность

31 августа в конференц-зале агентства «Биржа
плюс» состоялось очередное заседание «Нижегородского эксперт-клуба», где
обсуждались результаты социологического исследования «Общественно-политическая
ситуация в Нижегородской области», проведенного фондом «Открытая социология». Предлагаем
вашему вниманию фрагмент одного из выступлений.

Андрей Макарычев, политолог,
профессор ВВАГС:

Обсуждаемая нами ситуация интересна
тем, что она показывает процесс постепенного разрушения двух мифов, которые
существовали в нашем общественном сознании: о «вертикали власти», и о единстве
в партии, в названии которой это слово фигурирует.

Вообще мне кажется, что «вертикаль
власти» при ближайшем рассмотрении, и результаты исследования это показывают,
распадается на отдельные сегменты. Это очень интересный процесс с
исследовательской точки зрения. Здесь я выделю два сегмента – федеральный и
региональный. Оба сегмента, на самом деле, характеризуются очень большой
динамикой, и, честно сказать, мне очень сложно вычленить какие-то тенденции,
которые были бы устойчивыми, потому что получается, что каждая тенденция имеет
контртенденцию, которая характеризуется обратным развитием событий.

Начнем с федерального уровня,
который, естественно, находится под структурным воздействием дуализма между
двумя первыми лицами в государстве. Такая же структура дуализма удивительным
образом и на региональном уровне, правда, совсем в другом формате, но
просматривается.

Если судить по таблице «Как Вы
считаете, в чьих руках находится сейчас реальная власть в стране?», казалось
бы, тенденция очевидна. Процент респондентов, считающих, что реальная власть
находится в руках Медведева, в последние полтора года растет, и процент
считающих, что реальная власть в руках Путина – падает. Можно предположить, что
в какой-то точке эти показатели в определенный момент сойдутся, и относиться к
этому как к некому тренду.

Но на самом деле все значительно
сложней, на четвертой странице мы видим, что число респондентов, на вопрос
«какая система власти складывается в нашей стране?» отвечающих, что Медведев со
временем сосредоточит власть в своих руках, идет по ниспадающей. Но и процент
полагающих, что Путин сосредоточит власть в своих руках, также падает.

В следующей таблице мы видим еще
одну интересную деталь. Путин оказывается единственным политиком федерального
уровня, соотношение оценок работы которого по борьбе с пожарами – в пользу
«отлично». У Медведева это соотношение шесть к десяти, про региональных я не
буду говорить – там «двойки» преобладают в разы. А у Путина – двенадцать на
восемь.

Но закончу это жонглирование
цифрами, для меня интересней вопрос о невыраженности органов власти. Я вчера
смотрел интервью президента Сергею Брилеву («Вести»), разговор, естественно, казался
ситуации с пожарами. И эта невыраженность оказалась, простите за каламбур,
выражена просто с потрясающей точностью. Например, президент сказал: «не важно,
как избирают, главное, чтобы работали». Он совершенно определенно отрицал
наличие причинно-следственной связи между способом избрания и результатами
работы руководителей. Для меня подобного рода вещи совершенно непонятны. Я могу
впервые сказать, что я не понял, о чем говорил президент. Он сказал, что
губернаторы «такие, какие они есть». Но это ложь! Они не такие, какие они есть,
а такие, какими вы их назначили.

Теперь о трендах регионального
уровня. В одной из таблиц исследования, казалось бы, прослеживается очевидная
тенденция падения положительных и нарастания отрицательных оценок деятельности
Шанцева. Но является ли эта тенденция стабильной, прослеживается ли она на
какой-то долгосрочной перспективе? Не знаю.

Например, большая часть
респондентов считает, что Шанцев выиграл информационную войну у Булавинова. В
то же время тенденция отношения к Булавинову улучшилась. Я вижу здесь очень
противоречивую картину, в которой есть противостоящие тенденции.

Но интересней другое. Интересней
то, что рейтинг «Единой России» достаточно сильно отличается внутри себя – мы
видим сорок процентов при ответе на вопрос: «За какую партию вы проголосовали
бы сегодня?» на выборах в думу Нижнего Новгорода. Как это сопоставить с
шестнадцатью с половиной процентами при ответе на аналогичный вопрос в
Дзержинске?

Это очень сложный баланс – в одном
регионе мы получаем совершенно разные картины потенциальных позиций одной и той
же партии. Это тенденция, и если разрыв будет увеличиваться, то с медицинской
точки зрения можно будет сказать, что здесь есть какая-то проблема.

Среди сторонников «Единой России» больше
тридцати процентов считают ошибкой назначение Шанцева. Это проблема касается уже
того, как партия строит взаимоотношения со своим электоратом.

Далее. «За лидеров каких партийных
списков вы бы проголосовали?» – все личности получили цифры значительно выше,
чем соответствующие партии. Особенно это видно в отношении «Справедливой
России» и «Правого дела» — здесь цифры отличаются в разы. Из этого я делаю
осторожный вывод, что наша политическая жизнь структурируется скорей, все-таки,
вокруг личностей и тех групп интересов, которые они представляют, чем вокруг
политических партий в строгом смысле этого слова в европейском понимании.

И последнее. Между федеральным и
региональным уровнем есть какая-то напряженная неопределенность, которая для
меня является интересной темой для обсуждения. По мнению респондентов, то, что
касается трагических событий, связанных с пожарами, это, все же, проблема
местного уровня. Они не стали сваливать ответственность на федеральный центр (я
понимаю, что многие не разбираются, кому принадлежит одно ведомство, кому
другое, — это все понятно, здесь и специалисты могут не разобраться). В
общественном сознании это воспринимается как наше, местное. 

И в каком-то смысле, мне кажется,
это хорошо. Конечно, это плохо для местных властей, но хорошо, что люди
понимают, что местные дела должны решаться на местном уровне.

Локальные проблемы должны решаться
за счет мобилизации местных ресурсов, а не в результате блиц-визитов политиков
федерального уровня, которые, на самом деле, превращаются либо в «говорящие
головы» (я имею в виду президента), либо в путешествующих между Читой и
Хабаровском лиц, которые толи рекламируют плохие машины, толи проводят таким
образом отпуск.

«Желтая машина и человек, который
ей управляет», — это яркий образ из телеэкрана, но большая часть населения
понимает, что федеральный центр местные проблемы не решит. И если эта тенденция
будет нарастать, то это мощный сигнал, который показывает значимость любых
выборов регионального и муниципального уровня. Может быть, даже по сравнению с
выборами федеральными.

По теме
29.01.2021
Не уйдет ли все финансирование консорциума «Вернадский – Нижегородская область» на содержание аппарата?
28.01.2021
Эффективность инвестиционного соглашения Нижнего Новгорода с «Мегафоном» крайне низка.
27.01.2021
Для Нижнего Новгорода и для всего региона 2021 год – особенный.
27.01.2021
Задача протестных акций состоит вовсе не в решении конкретных проблем.