16+
Аналитика
26.11.2021
Буду рад, если производство ноутбуков в Арзамасе окажется успешным. Но опыт говорит, что шансов почти нет.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
21.07.2021
Что и нашло свое отражение в оценке вице-премьером реформ в Нижегородской области.
25.11.2021
Где смельчаки, которые прекратят безумную практику проверки QR-кодов?
22.11.2021
Пока разрушения устраняют за счет бюджета Нижнего Новгорода, ситуация не изменится.  
19.11.2021
Стратегия развития российского высшего образования еще не определена.
19.11.2021
Чтобы пенсии были действительно достойными, нужны радикальные шаги. А для них требуется политическая воля.
16.11.2021
У городских властей есть выбор: надежно сохранить Почаинский овраг на десятилетия вперед или же потерять.
11.11.2021
Новый законопроект закрепляет сокращение характеристик, свойственных федеративному государственному устройству.
10.11.2021
Если при не очень высоком уровне лояльности к власти еще и ввести обязательную вакцинацию…
03.11.2021
Губернатору не позавидуешь – ему нужно заботиться и о здоровье населения, и о выживании бизнеса.
29.10.2021
Открытое письмо – лишь один из механизмов спасения конкретной отрасли в регионе.
27.10.2021
Чтобы удвоить число вакцинированных за две-три недели, нужно, чтобы население было к этому готово.
30 Мая 2012 года
407 просмотров

Небоскреб надзора

Кампания vs. инструмент

В прокуратуре создается орган
своего рода компенсации и обращений по поводу нарушения прав предпринимателей,
судя по озвученным предписанным обязательствам нового специального управления.
Но те, кто когда-нибудь сталкивался с органами контроля и надзора, согласятся,
что иногда следование букве законодательных актов и норм в этой сфере часто
расходится со здравым смыслом.

Метод ручного управления — то есть
когда идет прямое реагирование на сложности ведения бизнеса или какие-то
социальные проблемы — почти всегда применяется в масштабах кампании. Поэтому
ряд изначально предвыборных, а теперь уже переведенных на уровень президентских
указов, тезисов приобретают характер механизмов. И сама идея создания нового управления
по защите прав предпринимателей в прокуратуре нас радует, и мы вроде бы
пребываем в ожидании улучшений. Но вместе с тем у меня возникает две мысли. Первую
можно описать расхожим «благими намерениями выстлана дорога в ад». Вторая
состоит в том, что доля и мощность надзорных органов за последнее время резко
выросла. Думаю, если вы зададите прямой и честный вопрос самим предпринимателям,
они вам ответят примерно одно и то же: «Только не мешайте». Они всегда так
отвечают.

Почему «благие намерения»? Мне
кажется, реализация новой идеи закончится еще большими сложностями при всей
простоте собственно предпринимательских инициатив.

Развернута кампания. С высокой
степенью интенсивности, как это обычно бывает со стартапами. Пройдет какое-то
время — и ситуация войдет в системные рамки балансов и противовесов.

Если говорить о новом управлении
как об инструменте, то я не очень верю в его эффективность. Хотя, само собой,
нужен какой-то период апробации, отслеживание конкретных прецедентов, и
торопиться ставить какие-то окончательные диагнозы я бы не стал. Но сейчас я
могу описать свое отношение как не в полной мере доверие.

Мы часто умудряемся выхолостить и воплотить
хорошую идею в излишне сложных формах. Я сторонник большей свободы. Безо всяких
контрольно-надзорных надстроек. Есть простые принципы, которые позволяют
предпринимателям не испытывать давление и не нуждаться в третейской защите.

Контроль vs. поддержка

В свое время мне довелось довольно подробно
изучать методы государственной поддержки предпринимателей и в Европе, и в
Соединенных Штатах, и в Японии. Главное, что там есть, — исходная
доброжелательность. Когда предпринимательство изначально наделяется презумпцией
виновности и негативной аурой своей деятельности, тогда это, естественно,
вызывает перекосы в организации контроля. То есть вы изначально виноваты.
Отсюда — массированные проверки, хозяйственные судебные процессы, когда разводится
конкурентная борьба не на экономическом соревновании, а не уровне правового
давления. Тогда и возникают потребности в «третьем этаже» — прокурорской опеке.

Может, не надо этого многоэтажного
здания? Может, не стоит строить небоскреб надзора? А то мы же любим строить
многоведомственные пирамиды, в которых все получают плановые задания и отчеты
пишут. Можно же еще и орган ФСБ над новым спецуправлением прокуратуры поставить.
А предприниматели в это время не имеют попросту доброго отношения к себе. Нет позитивного
общественного признания.

Политика по развитию и поддержке
предпринимательства — сейчас главное течение политэкономики. Особенно в условиях
конкуренции в ВТО. Так вот я бы строил эту политику по принципу свободы.

Представьте себе ситуацию. Я,
предприниматель, был кем-то обижен. Начинаю писать в специально для этого
созданное управление по защите прав предпринимателей в прокуратуре. У
сотрудников управления накапливаются материалы дела. Начинается процедура, идет
документооборот. Естественно, прокуратура сама не исполняет некоторые решения. Необходимо
привлекать какие-то следственные управления. И вся эта машинерия начинает
работать в полную мощь ведомственных противоречий.

В тех странах, опыт которых мне
довелось изучать, ищутся не способы ущемить, защитить или найти ошибки, а вырабатываются
решения по двум ключевым проблемам: как повысить доверие и как помочь
развиваться быстрее. Речь не о контрольно-надзорных методах, а о позитивном
содействии. Это абсолютно разные вектора.

Предпринимательство развивает не там,
где ведется защита, а там, где оказывается помощь. Все поле смыслов должно быть
перевернуто на содействие. Каким бы флером защиты ни был наделен
контрольно-надзорный метод.

Надзор vs. либеральный рынок

Можно вспомнить эволюцию «девяностых»
— как проходили волны становления предпринимательства. Вначале это были криминально-уголовные
формы накопления капитала при довольно слабой правовой защищенности итогов этого
накопления. Потом силу получили контрольные органы, позже подключились
надзорные органы. Сила власти и окончательных решений в этот период сместилась
в сторону государства, но при этом начались злоупотребления со стороны самих правовых
органов, представляющих собственно государство.

Прокуратура в архитектуре судебно-следственно-защищающих
органов всегда была активной инстанцией: она возбуждает дела, принимает
ключевые решения. Это даже не уровне генетики зашито в наше сознание. В
советское время фраза «я прокурору напишу» была апелляцией к высшему рычагу
силового воздействия в быте. И потом это было внесено в бизнес-среду.

Безусловно, есть ситуации, когда целевая
работа прокуратуры может быть полезна. Рейдерские захваты тому пример. Но опять
же возникает вопрос масштабов, а также опасности возникновения сговоров среди
силовиков, которые, в общем-то, «одной крови», и этим все сказано.

Понимаете, контрольно-надзорная
функция — это не функция свободного, либерального рынка. Это ближе к
архитектуре власти полицейского типа. А когда мы говорим «полицейское
государство», о позитивном характере этого государства речь не идет, ведь правда
же?

Постоянный пригляд возвращает нас к
разговору о презумпции виновности, которую, на мой взгляд, нужно устранить. Тогда
не будет ни наездов, ни необходимости защищать от этих наездов.

Сообщество vs. государство

Если мы вернемся к истории развития
предпринимательства, то можно вспомнить разные формы третейских судов — суды
чести и, например, более демократичный институт мировых судей. Обычно эти суды
формировались из той же среды. Согласитесь, если мы начнем продумывать
современные формы такой конструкции, мы упремся в авторитетность и
достаточность мнений представителей профессионального сообщества. «Деловая Россия»,
«Опора России», Торгово-промышленная палата, Российский союз промышленников и
предпринимателей — в тот период, когда создавались эти организации и структуры,
бывший тогда президентом Владимир Путин декларировал принцип деления и
самоорганизации бизнеса по принципу «трех эшелонов»: крупный бизнес — РСПП, средний
— «Деловая Россия» и малый — «Опора России».

Я много раз бывал на съездах «Деловой
России», входил в состав экспертов РСПП. Их деятельность построена на причастности
к каким-то кланам, влиятельным финансово-промышленным группам. Круг мифов,
идеалов, понятий в таких сообществах может оказаться более сильным методом
поддержки, нежели само государство. Его превосходит внутренняя сила. Но вопрос,
есть ли такая сила внутри российского бизнес-сообщества, способная и регулировать
отношения, и оберегать от чрезмерного вмешательства в нормально развивающийся
здоровый бизнес? Если мы признаем, что такой силы нет, тогда нужны новые
надзорные органы и новые институты контроля.

Подытоживая, скажу честно.

Думаю, если сейчас провести
референдум среди предпринимателей по поводу создания нового прокурорского управления,
мы вряд ли получим позитивную суммарную оценку.

По теме
26.10.2021
Жесткие ограничения вряд ли продержатся до 80-процентного охвата населения вакцинацией.
22.10.2021
Нежелание нижегородцев вакцинироваться – результат проваленной информационной кампании.
19.10.2021
Хотя формально вариант переписи населения через портал Госуслуг ничем не отличается от традиционного.
18.10.2021
Много ли многодетных семей нуждаются в праве на бесплатную парковку в Нижнем Новгороде?