16+
Аналитика
14.05.2021
Нижегородская область неслучайно оказалась в числе получателей инфраструктурных кредитов.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
13.05.2021
Отработавший целый год на посту мэра Юрий Шалабаев делает акцент на хозяйственную жизнь города.
30.04.2021
Поездка Никитина по Уралу открывает новые возможности для нижегородской промышленности.
28.04.2021
А чтобы развивать наземный электротранспорт, Нижний должен распоряжаться большей долей заработанных средств.
27.04.2021
Не только в славном прошлом побед, но и в кровавых страницах, написанных Сталиным.
23.04.2021
Эти акции организуются лишь с целью создавать видимость массовой поддержки Навального населением.
22.04.2021
Численность вчерашних митингов – показатель истинного рейтинга Навального.
22.04.2021
На призыв поддержать Навального вышли только сторонники его как лидера.
21.04.2021
Заявление президента показывает, что политическое решение по развитию метро в Нижнем Новгороде уже принято.
20.04.2021
Нацеленность определенных сил на уничтожение российского государства становятся все более очевидными.
19.04.2021
Но не станет ли вход на территорию кремля после ремонта платным для горожан? Ответа пока нет.
21 Ноября 2012 года
284 просмотра

Недодуманные истины

В отношениях власти и литературы за последние двадцать лет произошли
глобальные изменения. Художественное слово утратило общественную
значимость — оно стало красивым и невесомым. Сегодня власть книг не читает, и
поэтому, возможно, больше книг в обществе не боятся. Сама возможность
быть услышанным и сказать нечто общественно значимое у писателя
сегодня практически отсутствует. Много
ли читателей, например, у полной социальной ярости и боли «Серой
слизи» Гарроса и Евдокимова?

Попытки современных художников
слова обрести социальную почву под ногами выглядят очень
неубедительно, слишком театрально.

Очевидно
и печально, но уход из жизни Бориса Натановича Стругацкого –
это еще один знак завершения большой литературной эпохи. Она
заканчивается, конечно, не в один день и, наверное, нет одной
личности, которая бы в себе эту эпоху воплотила целиком – в
отличие, например, от пушкинской. Но действительно уходит эпоха, и
событие это бесконечно печальное и грандиозное одновременно.

Сейчас,
оглядываясь назад и пытаясь оценить роль и место творчества
Стругацких, как и вообще роль и место русской литературы второй
половины ХХ века в общественной жизни, приходишь порой к выводам
достаточно неоднозначным, а может быть, даже и
парадоксальным.

Сравнивая
эпоху 1960-х, 1970-х и 1980-х годов и современность, со всей
очевидностью видишь, что определение места и роли художника, ставшее
почти банальностью благодаря Евгению Евтушенко – «поэт
в России больше чем поэт» —
перестает быть истиной.
Вопрос: а была ли она когда-нибудь верна?

Эта
формула никогда не казалась верной лично мне, потому что всегда
трактовалась предвзято. Вырванная из контекста, она притягивала своей
недоговоренностью, в этой недосказанности и была ее сила. Но вспомним
происхождение данной
формулы. Это вступление к
поэме «Братская ГЭС», где после знакомых слов дается
вполне конкретный ответ, каким должен быть поэт.

В
трактовке молодого Евтушенко истинный поэт должен взять от всех
русских лириков что-то хорошее. В итоге получается очень эклектичный
портрет, некий вариант поэтического Франкенштейна, почти поэтический
уродец, лишенный даже самой малой надежды то, что он оживет.

Следуя
логике Евтушенко, получается, что сочетать и Пушкина, и Некрасова, и
Есенина в одном образе очень легко. Получается поэтический ГМО
(генно-модифицированный продукт).
Выходит,
что формула и аксиома «поэт
в России больше, чем поэт» превратилась в одну из недодуманных
истин, провозглашенных современной культурой, которой легче всего
повторять многократно сказанное. Евтушенко в поэме пытается эту
формулу конкретизировать:

«Поэт
в России – больше, чем поэт.

В
ней суждено поэтами рождаться

лишь
тем, в ком бродит гордый дух гражданства,

кому
уюта нет»


и
так далее.

На
самом деле — это вариант шестидесятнический, шестидесятническое
понимание того, какой может быть поэзия. Причем понимание, которое не
соответствует тому, какой она была в те же 1960-е годы.
И
если вернутся к главному вопросу – что же было в русской
литературе ранее и что же исчезло из русской литературы сегодня — мне
кажется, что в наши дни поэт в системе социальных ценностей и в
системе социальных коммуникаций значит очень немного. А может быть,
практически ничего.

Власть,
которая не читает книг, перестает их бояться. Сегодня книгу и
печатное слово не боится никто. Можно написать что угодно и это не
будет иметь никакого отклика, никакого отзыва ни наверху, ни в
обществе. Коммуникативный коллапс.

То
есть сегодня сама возможность быть услышанным и сказать нечто
общественно значимое у писателя практически отсутствует. Ее нет, этой
возможности (причины этого разнообразны и сложны, и, конечно, не
сводятся к культурному уровню власть предержащих), просто нет –
и это факт.

Если
же говорить о русской литературе как о служении, то здесь, наверное,
нужно различать два явления.

Первое
– это когда писатель свою жизнь сознательно превращает в некий
духовный подвиг. Когда писатель не разрывает свое творчество и свою
жизнь. Первой попыткой такого рода в русской культуре была жизнь и
творчество Николая Гоголя – трагическая попытка соединить жизнь
и творчество. Для Пушкина, например, это было не свойственно –
Пушкин четко разделял бытовую жизнь и жизнь писателя. Гоголь первым
попытался спаять воедино слово и жизнь, и финал был трагичен.

Но
затем эта традиция в русской культуре окрепла, отчасти питаемая и
другой традицией, идущей от протопопа Аввакума. И в 1960-е годы,
когда начало складываться творчество братьев Аркадия и Бориса
Стругацких
в зрелом его виде, мы видим ярчайшие проявления этой традиции.
Например,
в жизни и творчестве Юлия Даниэля, где действительно и творчество, и
жизнь стали единым целым. Это, бесспорно,
выстраданная, в 90-е
годы уже осмеянная, позиция Александра Солженицына.

А
вот творчество Стругацких – это пример некоего иного
существования, когда сочиняя, не совершая каких-то программных,
общественно значимых поступков, они нашли форму, позволяющую видеть
настоящее и будущее, при этом никого не пугая власть, но давая очень
точную картину настоящего и будущего.

При
этом речь не идет о каком-то обмане цензуры или сервилизме. Просто
в их таланте, в отношении к миру изначально присутствовало нечто
светлое и оптимистичное, что в принципе власти нравилось. И это
светлое и оптимистическое, бесспорно, идет от веры в коммунистическую
идею.

Практически
во всех текстах этот изначальный оптимизм – кроме самых
последних произведений 1990-х годов, когда и проблема цензуры,
кстати, уже перестала существовать, — это светлое начало доминировало
у них везде и всегда.

Поэтому
Стругацкие и были так эмоционально глубоко воспринимаемы, что они не
просто демонстрировали несовершенство настоящего или прогнозировали
будущее. Они, рисуя картину настоящего, порой очень остро
сатирическую и точную, оставляли для читателей ощущение присутствия
за всем этим очень мощного светлого тона, связанного с изначальной
верой в построение справедливого, коммунистического по своей сути
общества.

Обыгрывая,
анализируя в своих лучших повестях и романах ситуации, в которых
может оказаться общество и человек, до последних лет своего
совместного творчества, Стругацкие не теряли веру в созидательные
способности человека, понедельник которого всегда начинается в
субботу.

Мне
кажется, что великая заслуга Стругацких именно в этом. Они создали
мир, способный объединить тысячи читателей. Реализованный в романах и
повестях пафос единения тысяч читателей – вот одно из важнейших
общественных деяний братьев Стругацких.

По теме
19.04.2021
А те, кто свою выгоду ставит выше интересов государства.
16.04.2021
Было бы странно, если бы в год 800-летия Нижнего Новгорода он старался быть незаметным.
15.04.2021
Будет ли иметь продолжение попытка создания космодрома в Нижегородской области?
14.04.2021
НОЦ – инструмент реализации научного потенциала нижегородских вузов.