16+
Аналитика
21.01.2020
Нижегородская область набирает вес и силу. Имеющийся потенциал может привести к серьезным положительным сдвигам.
26.12.2019
Градозащитному движению не хватает сил на спасение здания гостиницы «Россия».
20.01.2020
Губернатор Нижегородской области умеет решать противоречия, не доводя их до конфликтов.
20.01.2020
Нижегородская область в 2019 году удачно встраивалась в национальные проекты.
17.01.2020
Губернатор Никитин настроил слух региональных чиновников на голос народа.
17.01.2020
От расчистки рынка для «Нижегородпассажиравтотранса» страдают горожане.
16.01.2020
Некоторые тезисы послания президента вызвали растерянность у представителей истеблишмента.
16.01.2020
Почему соглашение с «Мегафоном» подписано, а никаких деталей нет? Это настораживает. Побоялись о них упомянуть?  
16.01.2020
2019 год в Нижегородской области с политической точки зрения был годом бессобытийным.
15.01.2020
В 2019 году Нижний Новгород столкнулся с проблемами в работе общественного транспорта, «Теплоэнерго» и «Водоканала».
15.01.2020
Назначение Инны Ванькиной директором ТЮЗа не повлияет на ее политические перспективы.
14.01.2020
Самыми яркими страницами политической жизни Нижегородской области стали два судебных процесса.
20 Декабря 2004
181 просмотр

Ни бог, ни царь и не герой

Нижегородец Юлиан Рябцев, принимавший участие в захвате приемной администрации президента 14 декабря, оказался отчислен из Нижегородской духовной семинарии. Причем заявление об этом распространила пресс-служба Нижегородской епархии в ответ на сообщение СМИ об участии Рябцева в акции НБП в Москве. Как говорится в заявлении пресс-службы епархии, Юлиан Рябцев был отчислен «за действия, несовместимые с высоким статусом учащегося духовной школы».

Казалось бы, шок! Церковь, приют всех скорбящих – и поспешное отчисление юноши, причем не совершившего никакого аморального проступка, а всего лишь выразившего протест против власти, причем власти как раз таки вполне аморальной. Не стыкуется, не сходится в нашей советской еще голове, привыкшей причислять Православную церковь если не к диссиденции, то уж, во всяком случае, не к столпам режима.

До чего, все же, наша левая оппозиция не понимает, не чувствует, что такое Русская Православная Церковь, что она есть такое, а чем она не является и никогда не будет.

Я нарочно не касаюсь вопросов веры. Это совсем-совсем другое. Но этого никогда не примут и никогда с этим не согласятся воцерковленные православные христиане, поскольку способ их веры (никак не сама вера, а именно способ служения Всевышнему) предполагает, что без Церкви нет спасения. То есть, веруя в Бога, веруешь и в Церковь, считающую себя «телом христовым» — вот бы удивился Иисус Христос, обнаружив у себя такой «многочлен» состоящий из всевозможной и далеко не всегда такой уж почтенной публики. И все же вера и Церковь – не одно и то же.

И когда Г.А.Зюганов пишет про «стратегический союз государства и церкви, направленный на духовно-нравственное воспитание человека», он, конечно, предполагает, что как государственник и патриот, борющийся с «антинародным режимом» за иное, справедливое государство, может рассчитывать на поддержку церкви. Но он должен понимать, что «стратегический союз церкви и государства» давно состоялся. Пусть и не с теми целями, которые видит для этого союза Г. Зюганов, но союз этот по определению заложен в догматическом строе Православия. А оппозиции, какая бы она ни была хорошая и правильная, места в этом союзе нет. И, если на то пошло, то союз государства и церкви направлен и против нас, против оппозиции.

Не стоит тут пересказывать определение цезарепапизма, данное Хергенрётером, тем более, что оно вполне правомерно критикуется православными авторами, но суть вопроса остается. С самого зарождения Православия в Византии, передавшей затем его на Русь вместе со всем грузом нажитых в империи наслоений, у Восточной церкви появляется центр в лице самого императора. Византийский император – не светский монарх, он духовное лицо, помазанник Божий. Патриарх – всего лишь первый епископ, и не более. В силу этого образом божеского порядка на земле является православное государство. Причем государство монархическое. Православию чуждо демократическое устройство, Православие постоянно дихотомирует мир на добро и зло, и если власть («всякая власть – от Бога») олицетворяет добро, «правое», то оппозиция власти – дьявола, «левое».

Православие делит власть на хорошую и плохую, но от бога исходит власть всякая. Антипод власти (и Богу) – безвластие, анархия, нелегитимная, самозваная (демократическая) власть.

Православная церковь охотно канонизирует добролюбивых властителей, но почитает она и властителей злых, даже свирепых, каковым был, например, Иоанн Грозный. Но и его почитает Церковь – как отца святого младенца-мученика царевича Димитрия. Грозный царь свиреп и кровав, но он – легитимный, законный царь. От Бога.

А вот Годуновых, избранных царей, Церковь не жалует. А Лжедмитрия Первого – помажет на царство. Да что там, церковь признает законных царей и вовсе неправославного обряда, даже басурман – ханов Золотой Орды. Плюется, но повторяет «всякая власть – от Бога» и держит в Сарае архиепископскую кафедру.

В силу этого абсолютно непонятен восторг при описании знаменитой ночной встречи иерархов церкви и Сталина в Кремле. Сталину приписываются шаги навстречу Церкви (действительно сделанные), но мотивация этих шагов навряд ли крылась в тайном православии вождя. Другое дело, что Сталин обладал церковным образованием, и достаточно тонко чувствовал, что после долгих лет революционной безвластной непонятности, которая воспринималась церковью однозначно как анархия и испытание дьявольское, установление его единоличной власти было для церкви знаком – пришла «власть от Бога». Пусть жестокая, пусть свирепая, но – законная, легитимная, божецкая. Сталину ничего не надо было говорить и делать на этой встрече – иерархи все сделали за него сами, они поддержали его уже тогда, когда их только везли к нему. Он был для них уже почти помазанник – таинство миропомазания было просто лишним в сложившейся системе отношений Сталина и Русской церкви.

Строго говоря, Русская церковь переживала с некоторой точки зрения куда более тяжкие времена – период, когда патриаршество было сменено на Священный Синод с обер-прокурором во главе. Но фактически церковь чувствовала во главе себя, конечно, не Синод и тем более не обер-прокурора, а Государя императора, помазанника. Это, собственно, и позволило церкви сохраниться. И, что интересно, с восторгом принять революцию, которая вернула ей старинный институт патриаршества. И если еще бы царь… С царем временно вышла незадача. И церковь достаточно долго не воспринимала Советскую власть. А потом «вдруг» признала. И никакого особенного значения не имеют тут гонения, которым подвергались священники и епископы – церковь процветает, когда бедствует. И в исповедальном плане гонения не были катастрофой. Катастрофой было отсутствие помазанника.

Строго говоря, Сталин на той памятной встрече вернул церкви исходный внутренний порядок, земную иерархию. Но не стоит в силу этого записывать Сталина в православные государи. Он не был ни тем, ни другим.

Явление Путина после долгих лет непонятности и безвременья, тоже требует оценки с этой, православно-иерархической позиции.

Горбачев, Ельцин с точки зрения Православия – самозванцы. Особенно Ельцин, фактически дважды узурпировавший высшую власть. Благовление к церкви, даже всевозможные приятные «мелочи» вроде беспошлинной торговли табаком и спиртным, возвращение храмов и умножение клира вовсе не делали этих властителей ближе к церкви. Церковь, если быть объективным, вполне неподкупна – церковь можно подкупать, но нельзя купить. Но Путину даже не пришлось ее покупать.

Владимир Путин получил власть, хоть и не по наследованию, но из рук прежнего властителя, преемственно. С точки зрения церкви именно факт передачи власти от Ельцина к Путину делал его помазанником, законным единоличным властителем. И церкви даже не пришлось формулировать никаких «стратегических союзов» — с воцарением Путина просто восстановилась иерархическая вертикаль Русской церкви, замкнутая на первое лицо в государстве.

С этой точки зрения совершенно непонятно, чего хочет от церкви оппозиция, чего она вообще может хотеть? Лидеры оппозиции как частные лица, как часть паствы могут иметь с церковью самые распрекрасные отношения. Могут не иметь никаких. Но в качестве оппозиции действующей власти им причитается только разве анафема. Ибо оппозиция покушается на незыблемость иерархической пирамиды, которая и есть церковь.

Поэтому церковь исторгает из себя и Глеба Якунина, и Юлиана Рябцева, хотя они находятся в совершенно разном положении. Но для церкви они – одно. Всякая власть – от Бога. Всякая оппозиция этой власти – от дьявола. И от «стратегического союза» государства и церкви для оппозиции, вне зависимости от того, правой или левой, полагается только осиновый кол.

Остается только помнить: «Никто не даст нам избавленья. Ни Бог, ни царь и не герой». Ни верующие, ни священство, ни иерархи не являются врагами оппозиции. Но сама Православная церковь с ее ориентацией на единоличную власть союзником оппозиции быть не может никак. По определению.

Оригинал этого материла опубликован в открытой электронной газете «Форум».

По теме
14.01.2020
В прошлом году мы купались в деньгах, но рискуем вновь вернуться к хлебу без соли.
13.01.2020
На повестке дня стоит вопрос повышения эффективности управления Нижним Новгородом.
31.12.2019
Отношение нижегородцев к мэру в 2019 году неуклонно ухудшалось.
30.12.2019
Рейтинг АПЭК не говорит об абсолютной неэффективности городского управления в Нижнем Новгороде.
Подборка