16+
Аналитика
28.07.2020
Причина недовольства нижегородцев благоустройством города – в профнепригодности чиновников.
06.08.2020
Недееспособность власти, которую мы видим в Нижнем Новгороде, – предвестник серьезных политических потрясений.
21.07.2020
Совершенствование дорожной сети предполагает временные неудобства.
21.07.2020
Крупные проекты приходится осуществлять в живом теле города, но нельзя забывать и о комфорте жителей.
21.07.2020
К процессу обновления дорожной инфраструктуры Нижнего Новгорода я отношусь с пониманием.
16.07.2020
Правительство Нижегородской области заинтересовано в эффективности и прозрачности закупочных процедур.
15.07.2020
«Нижегородский водоканал» пытался подогнать условия конкурса под заранее определенного подрядчика.
15.07.2020
Гордума должна проверить аффилированность их руководителей с победителями торгов.
10.07.2020
Работа с рейтингами в Нижегородской области поставлена на эффективную основу.
08.07.2020
Мэрия Нижнего Новгорода демонстрирует отсутствие эффективной системы управления.
07.07.2020
Нижегородцам не пришлось рисковать здоровьем, чтобы выразить свое мнение относительно поправок к Конституции.
07.07.2020
Дистанционный формат пришелся по душе нижегородцам, а подготовка голосования в регионе была эффективной.
18 Января 2011 года
174 просмотра

Охота на спецсубъекта (часть I)

Кто подставил мэра Смоленска Эдуарда Качановского?

12 января
открылся судебный процесс по делу отстраненного от должности мэра Смоленска
Эдуарда Качановского. В настоящее время судья Нина Васильева приступила к
опросу свидетелей обвинения.

Напомним, экс-мэр обвиняется в превышении должностных полномочий и
покушении на вымогательство взятки в крупном размере. Дело рассматривается
судом присяжных, которые должны будут дать ответ на главный вопрос: виновен ли подсудимый
в инкриминируемом деянии?

А вот здесь как раз далеко не все так гладко, как хотелось бы
обвинителям и судье. Поскольку в материалах следствия, равно как и в
сопутствующих ему обстоятельствах, можно обнаружить немало странностей и
нестыковок. Что позволяет, с большой долей уверенности, говорить о заказном
характере громкого смоленского дела.

Преступление,
которого не было?

Эдуард
Качановский и его заместитель по ЖКХ и градостроительной политике Валерий
Осипов были задержаны вечером 26 февраля 2010 г. сотрудниками областного УФСБ
по подозрению в коррупционном преступлении. Буквально часом раньше задержали
охранника градоначальника – Романа Максимова, подозреваемого в пособничестве
предполагаемым коррупционерам.

Надо
отметить, «брали»
мэра, как матерого рецидивиста.
По свидетельству очевидцев, когда около 16.30 мэр вышел из зала заседаний после
совещания, его окружили более десятка человек в штатском. Один из них предложил
проследовать за ним. Никаких документов, в нарушение закона, он при этом не
предъявил.

Затем
Качановский был доставлен в здание областной прокуратуры, откуда через
некоторое время его увезли на микроавтобусе, принадлежащем местному управлению
ФСБ. Одновременно в здании городской администрации проводился обыск и выемка
документов – также без каких-либо объяснений со стороны правоохранительных
органов.

По
версии следствия, Качановский, Осипов и Максимов вымогали у директора ООО «ЦентрСмоленскСтрой» (далее, для краткости, – ЦСС) взятку в
виде трехкомнатной квартиры в новом доме, стоимостью свыше 2,2 млн. руб.

Взамен
они якобы предлагали «помощь»
в получении разрешений на ввод
в эксплуатацию этого дома и торгового центра, построенного той же организацией,
поскольку ее руководство не представило полного пакета документов, предусмотренных
Градостроительным кодексом РФ.

 Если верить показаниям директора ЦСС
Инны Ковалевой, поначалу она «согласилась
на незаконное требование», так
как опасалась серьезных убытков из-за просрочки ввода жилого дома в
эксплуатацию. При этом все переговоры с мэром и его заместителем Ковалева
уполномочила вести представителя фирмы Сергея Шепелева, будто бы взявшегося ей
помочь «на безвозмездной
основе».

По
странному совпадению, в ходе следствия выяснилось, что «бескорыстному» Шепелеву принадлежит большая часть полезных
площадей в недостроенном торговом центре, а его сын Александр Могилевец состоит
в числе учредителей ЦСС. Тем не менее, следователь СКП при прокуратуре РФ по
Смоленской области Сергей Кузнеченко указанные факты попросту проигнорировал.

Дальнейшие
события, по официальной версии, развивались следующим образом.

30.12.09 Шепелев
при встрече с мэром изложил ему просьбу директора ЦСС Инны Ковалевой о выдаче
разрешительных документов в обход закона. Качановский, будто бы «желая минимизировать свое личное участие
в преступных действиях по вымогательству взятки, решил привлечь Осипова в
качестве пособника в совершении преступления». Точнее, вызвал заместителя к себе в кабинет, где вдруг
заявил «требование о
передаче взятки Шепелеву в присутствии Осипова, лично, путем вымогательства в
крупном размере в виде трехкомнатной квартиры за незаконное действие»…

14.01.10 Осипов
«задним числом» подписал разрешение на ввод в
эксплуатацию дома №9 по ул. 25 Сентября, датированное 31.12.09. Однако решения
о здании торгового центра, «энергоснабжение
которого неразрывно связано с энергоснабжением дома №9», Осипов так и не принял. А без этого
разрешение на ввод в эксплуатацию жилого дома оказалось не стоящим и выеденного
яйца.

Все
эти сомнительные игры г-на Осипова (за спиной шефа) почему-то дали следствию
повод заподозрить, будто бы «решение
принято не было в связи с отсутствием прямого указания Качановского,
намеревавшегося дать такое указание только после оформления права собственности
на предмет взятки – трехкомнатную квартиру на подконтрольное ему лицо».

Вернемся
к анализу официальной версии. Г-н Шепелев, не получив желаемого, упорно осаждал
мэрию неправомерными просьбами. Согласно его показаниям, 02.02.10 он в
очередной раз напросился на встречу с Качановским, и тот, подозвав к себе
охранника Максимова, якобы подсказал Шепелеву оформить квартиру-взятку на имя
секьюрити.

В
итоге на имя Максимова юристом ЦСС Антоном Туровым был подготовлен договор
долевого участия в строительстве жилья (датированный 30.09.09). Стоимость квартиры,
общей площадью 76,2 кв. м, была определена в 2 млн. 212 тыс. 800 руб. Максимов
подписал договор 08.02.10, но никаких денег в бухгалтерию ЦСС не передавал.
После чего, совместно с юристом, продолжил участие в процедуре оформления
квартиры.

А что
же произошло потом? Цитата из обвинительного заключения по уголовному делу
№45105 (здесь и далее цитаты приводятся в сокращении):

«Под
давлением сложившихся обстоятельств директор ЦСС Ковалева была вынуждена
подписать справку об отсутствии финансовых претензий к контрагенту (дольщику),
примерно 15 или 16 февраля.

Свои
сомнения в законности осуществляемых действий она высказала Шепелеву. Вместе
они пришли к единому мнению, что данную историю следует заканчивать и решили
обратиться с официальным заявлением в УФСБ по Смоленской области.

В
заявлении от 26.02.10 (хорошо запомним эту дату! – прим. автора) она
изложила обстоятельства вымогательства взятки за выдачу разрешения на ввод в
эксплуатацию жилого дома со стороны главы Смоленска Качановского, его заместителя
Осипова, и человека, который является доверенным лицом Качановского, его
фамилия Максимов. Копию паспорта именно этого человека ей приносил Шепелев и
пояснял, что на него нужно оформить договор долевого участия в строительстве»…

На
основании заявления Инны Ковалевой 26.02.10 и был задержан, а затем помещен под
стражу Эдуард Качановский.

Обратим
внимание: у г-жи Ковалевой нет никаких доказательств его вины, кроме никем не
подтвержденных слов ее компаньона Шепелева. Но и это еще далеко не все «странности» обвинения.

Следственный
фальсификат

Читая
обвинительное заключение по делу Качановского, нельзя не прийти к выводу о
явной ангажированности и вопиющем непрофессионализме следствия. Цитата, что
называется, «навскидку»:

«11.01.10 Шепелев прибыл в служебный кабинет
Качановского, где Качановский умышленно, из корыстных побуждений, с целью
незаконного обогащения, совершил действия, выходящие за пределы его полномочий,
а именно: в присутствии Шепелева в завуалированной форме дал незаконное
указание Осипову выдать разрешение на ввод в эксплуатацию дома №9 по ул. 25
Сентября»

Что
означает фраза «дал
указание в завуалированной форме» – полнейшая
загадка. Наверное, мэр подал какой-нибудь тайный масонский знак, который
следствие почему-то и приняло за некие «преступные
действия»…

Вообще, на
основании слов г-на Шепелева строятся не только показания директора ЦСС Инны
Ковалевой, но и практически все первоначальное обвинение. При этом в материалах
уголовного дела нет ни единого (!) доказательства того, что Качановский лично
требовал взятку. Все подобные измышления, опять же, исходят со слов г-на
Шепелева.

 Изумляет и крайне нелогичное
поведение охранника Качановского, сотрудника ЧОП «Кайман» Романа Максимова. Цитата:

«Максимов,
не имея корыстной и иной заинтересованности, не будучи осведомленным о
преступных намерениях Качановского и о причине оформления на него квартиры,
подал в управление Федеральной регистрационной службы по Смоленской области
необходимые документы»

Согласитесь,
трудно представить, чтобы взрослый женатый мужчина, работающий на брутальной
должности, позволил обвести себя вокруг пальца, как сопливый мальчишка, и не
осведомился, с какой стати на его имя оформляют дорогостоящую недвижимость. Это
удивительно тем больше, что в наше криминальное время повышенную бдительность
проявляют даже запуганные разгулом преступности пенсионерки…

Подозрение
вызывает и тот факт, что Максимова отпустили домой к жене, без предъявления
обвинений (!), спустя двое суток – после того, как он предоставил «признательные показания» против Качановского.

И,
конечно, неплохо было бы установить истинную роль в этой скандальной истории
Валерия Осипова. Ведь заместитель мэра повел себя, как минимум странно.
Поначалу он все отрицал, но позднее свалил всю вину на Качановского. В результате,
Осипов заключил сделку с правосудием, и 18.08.10 был приговорен к 2,5 годам
заключения условно.

Разумеется,
все «доказательства»
вины Качановского, на сей раз,
строились исключительно на «признаниях»
Осипова, в достоверности
которых убедиться нет абсолютно никакой возможности. При этом Осипов постоянно
путался в показаниях:

«Вторая
встреча была после новогодних праздников, 11-12 января 2010 г. Глава города
пригласил его к себе в кабинет. Когда он зашел, там находились Качановский и
Шепелев, они о чем-то разговаривали между собой. Он мог данные встречи
перепутать по времени, они могли иметь место в обратной последовательности»

«Не помню,
когда была встреча», «не
помню, о чем говорили» и
т.д. «Содержательные»
признания, нечего сказать.

Но, быть может,
г-ну Осипову отшибли память продолжительные новогодние загулы? А вот это вряд
ли. Любопытная деталь: Осипов обладал правом подписи разрешительных документов
на строительство и без санкции мэра. Так что разрешение вышестоящего начальника
ему было ни к чему.

К тому же,
не было секретом, почему Качановский отказывает Шепелеву в случае с торговым
центром. Прекрасно знал об этом и Осипов, и поэтому вряд ли решился бы на
самодеятельность. Ведь здание магазина напротив дома №9 по ул. 25 Сентября
возводилось с огромными нарушениями.

Так, в
отказе на выдачу разрешительной документации неоднократно фиксировалось
(дословно): «объект не
закончен, не выполнена система дымоудаления, не установлена система
противопожарной сигнализации и оповещения, электроснабжение осуществляется по
временной схеме (не смонтировано оборудование)».

То есть,
нарушений было отмечено столько, что в случае чего, печально знаменитая «Хромая лошадь» показалась бы уютно натопленной
банькой. И ни один чиновник, ни под каким предлогом, не имел ни права, ни
желания выдавать разрешение на открытие столь пожароопасного объекта. Карьера
дороже.

Впрочем,
г-н Осипов наверняка не догадывался, что его, мягко сказать, неосмотрительность
в общении с назойливым посетителем (Шепелевым) была использована в интересах
совсем других людей. А Эдуард Качановский стал жертвой тщательно спланированной
провокации.

Федеральная
служба безобразности

Из обвинительного заключения по
уголовному делу №45105:

«Качановский показал следующее:

Обстоятельства, указанные в
постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, не имели места в
действительности. Свою вину он не признает. Преступлений, в которых его
обвиняют, не совершал. Корыстных умыслов не имел. Считает, что Шепелев
намеренно его оговорил.

Действия
Шепелева расценивает как провокацию, направленную на подрыв его авторитета как
мэра Смоленска, незаконное привлечение его к уголовной ответственности с целью
дискредитации и отстранения от должности.

В
конце декабря 2009 г. к нему на прием пришел Шепелев и обратился с жалобой о
затягивании вопроса с выдачей разрешения на ввод в эксплуатацию его (Шепелева)
дома. За помощь и возможное ускорение Шепелев предложил однокомнатную квартиру
администрации Смоленска.

Качановский
ответил, что на данный момент есть необходимость в предоставлении трехкомнатной
квартиры для семьи Романенковых, в которой родилась тройня, заверив, что в
случае решения вопроса он официально через СМИ поблагодарит Шепелева, что
необходимо Шепелеву, так как тот занимался предвыборной кампанией.

Спустя
какое-то время Шепелев сообщил, что подобрал квартиру, и что срочно требуется «
вменяемый» человек, на которого необходимо ее
оформить. Он (Качановский) и Шепелев вышли из кабинета в коридор, где он
попросил своего охранника Максимова сделать и отдать Шепелеву копию паспорта»

В
целом, показания Качановского полностью опровергают версию следствия. И вряд ли
здесь идет речь о банальных попытках выдать желаемое за действительное.
Поскольку показания экс-мэра подтверждены десятками свидетелей. Читаем дальше:

«…Шепелев начал его (Качановского)
одолевать различными просьбами: по каким-то земельным участкам, зданиям,
другими коммерческими предложениями. В какой-то момент ему показалось, что
Шепелев его шантажирует. Поведение Шепелева показалось ему подозрительным…

Кроме
того, он опасался, что Шепелев квартиру может отдать кому-то еще, а он уже
сообщил Романенковой, что вопрос решен. Максимовым он был информирован о том,
что Шепелев ускоряет вопросы с подготовкой документов и сдачей их в
регистрационную палату. Поэтому он принял решение выкупить и оплатить квартиру
самостоятельно, так как опасался провокации. Он не считал Шепелева порядочным
человеком»

Как показало развитие событий, г-на
Шепелева и впрямь весьма затруднительно считать тем, кем не считал его
смоленский мэр. И вот по какой причине.

Вспомним, заявление в местное
управление ФСБ о «вымогательстве
взятки» директор ООО «ЦентрСмоленскСтрой» Инна Ковалева подала 26.02.10 –
точь-в-точь в день задержания Эдуарда Качановского.

Показательный штрих: из материалов
уголовного дела следует, что «прослушка»
разговоров Качановского и
Осипова, включая телефонные переговоры, велась практически с первой встречи
мэра с Сергеем Шепелевым – с 30.12.09. Причем, все аудиозаписи были
представлены следствию сотрудниками УФСБ по Смоленской области (как указано в
протоколе осмотра и прослушивания фонограммы от 11.03.10).

Это
недвусмысленно означает, что Шепелев, в тесной связке с сотрудниками УФСБ, с
самого начала сознательно провоцировал городских чиновников на «получение взятки», пытаясь содействовать «раскрытию» несуществующего преступления. Между
тем, провокация взятки российским законодательством запрещена, а
доказательства, добытые при ее использовании, к рассмотрению судом не
принимаются.

Более того, статья 304 УК РФ предусматривает
ответственность за провокацию взятки или коммерческого подкупа. Исключает
провокацию и Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», в статье 5 которого
органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскные мероприятия,
запрещается «подстрекать,
склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных
действий».

Несмотря на этот категорический
запрет, сотрудники смоленского УФСБ грубейшим образом нарушили закон, безо
всяких на то оснований (почти за 2 месяца до подачи официального заявления о «покушении на вымогательство»!),
самочинно приступив к «разработке» дутой версии о причастности мэра
Смоленска к преступлениям коррупционной направленности.

Но и при таком раскладе г-н Шепелев и
его «кураторы», в полицейском рвении пытаясь выдать
акт благотворительности за тяжкое преступление, крупно прокололись.

О многочисленных нестыковках и
натяжках в показаниях свидетелей обвинения, позволяющих говорить о полной
невиновности обвиняемого, уже упоминалось выше. А вот что запротоколировано
экспертом
(заключение №389 от
29.04.10), исследовавшим записи незаконных «прослушек»:

«При проведении сравнительного
исследования реплик лиц на фонограммах и образцов устной речи Качановского Э.А.
по ряду характеристик голоса и речи (высоте голоса, темпу речи и длительности
пауз, просодическим характеристикам речи, особенностям фонации гласных и
согласных звуков) установлено сходство устной речи Качановского с устной речью
лица «
М4» на спорной фонограмме №3 (файл «31
BSWMUW53104», компакт-диск 121/3/16-1654с). Однако
идентифицировать речь лица «
М4»
как речь Качановского не
представилось возможным»

Интересно,
чей же голос записал на «конторский»
диктофон г-н Шепелев? Неужели
свой собственный, после бурных новогодних возлияний? Или казенная аппаратура,
покраснев от стыда, в результате не сработала?

Как бы то
ни было, факт остается фактом: очередное «доказательство»
«вины» Эдуарда Качановского обернулось
примитивной, шитой белыми нитками «липой».

Теперь
осталось разобраться, кому именно понадобилось устранять Качановского с
должности топорными методами 37-го года.

Как пишут
«Скандалы.Ру»
, инициаторами политического заказа являются
высокопоставленные силовики и функционеры местного отделения «Единой России», в списке которых фигурирует
заместитель начальника УФСБ Александр Станьков, бывший (до Качановского) мэр
Владислав Халецкий, председатель смоленского горсовета Сергей Лебедев и другие
заметные в области фигуры – по большей части, «авторитетные» бизнесмены
и «оборотни в погонах»
из окружения отставного
губернатора Смоленщины Виктора Маслова.

Поговаривают,
не обошлось и без «ингушской
мафии» – в лице одного
из лидеров смоленских ОПГ (по оперативным данным) Дауда Евлоева. Словом, все «свои» собрались, и у каждого – старые счеты с Эдуардом
Качановским.

И, видимо,
отнюдь не случайно дело Качановского «доверили»
рассматривать судье смоленского
областного суда Нине Васильевой, скандально прославившейся в апреле 2009 г.
вынесением оправдательного приговора «чисто
конкретному» главе
Вяземского района Смоленщины Игорю Зуеву (этакому вяземскому Цапку, но без
доказанной «мокрухи»).

Кстати, по
слухам, шокирующий общественность приговор был вынесен далеко не из чувства
голого альтруизма…

(Продолжение
следует).

Примечание.
Спецсубъект (в
узко-юридическом смысле) – лицо, которое в силу профессии либо занимаемой
должности обладает определенными властными или контролирующими полномочиями.

По теме
06.07.2020
Уровень явки и поддержки изменений Конституции в Нижегородской области связан с работой губернатора.
06.07.2020
Электронное голосование в Нижегородской области прошло на очень высоком уровне.
06.07.2020
Голосование показало, что не только молодежь в Нижегородской области знакома с азами компьютерной грамотности.
03.07.2020
Результаты голосования в регионе по поправкам к Конституции укрепляют позиции губернатора.