16+
Аналитика
19.02.2021
Претензии прокуратуры по вопросу контроля исполнения компанией своих обязательств вполне обоснованы.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
19.02.2021
В результате внедрения системы ЕГЭ общая грамотность неуклонно падает.
16.02.2021
Однако не менее важно задать для отрасли правильные цели.
11.02.2021
Я вполне разделяю опасения тех, кто сомневается в целесообразности соглашения с «Мегафоном».
01.02.2021
Молодежи не хватает картины будущего, в котором она хотела бы жить.
29.01.2021
Не уйдет ли все финансирование консорциума «Вернадский – Нижегородская область» на содержание аппарата?
28.01.2021
Эффективность инвестиционного соглашения Нижнего Новгорода с «Мегафоном» крайне низка.
27.01.2021
Задача протестных акций состоит вовсе не в решении конкретных проблем.
26.01.2021
Не стоит оценивать значение протестных выступлений только по количеству участников.
26.01.2021
Протестные настроения растут по всему миру, экономический кризис начинался еще до пандемии, она его лишь усилила.
8 Апреля 2013 года
246 просмотров

Пенсионный фонд — способ экономии

Все проведенные в
последние время реформы пенсионного обеспечения возлагавшихся на них
задач не решили, а сама идея накопительной системы оказалась только
концептуально необоснованной – но и плохо рассчитанной.

Концептуально ее
порочность была в том, что само право на достойную пенсию, записанное
в Конституции из ПРАВА, то есть обязанности обществ и государева
обеспечить достойный завершающий этап жизни человеку, достойно
проведшему свою трудовую жизнь – превратилось в его обязанность
копить самому себе средства на то время, когда ему окажется трудно
работать.

Сама по себе эта
идея – по сути лицемерна: потому что права копить деньги –
и так отнять достаточно сложно. Процент же, который в пенсионной
системе человек может получить от накопления – по исходным
правилам меньше, чем процент, который он может получить от тех же
накоплений, помещенных в банк. С той разницей, что каким бы ни был
его «белый доход» и сколько бы его фонд накопления не
составил – он не может получать пенсию больше заранее
определенной суммы – на сегодняшний день около 12 000
рублей. То есть, в советском измерении – примерно 60 рублей
того времени, примерно два раза меньше, чем мог получить пенсионер
70-80-х гг.

При этом, как
признался Медведев, оказалось, что человек, попавший по году своего
рождения в накопительную систему – получает пенсию меньше, чем
в нее не попавший. А Пенсионный фонд живет с нарастающим дефицитом.
На сегодня речь идет о масштабе последнего примерно в один триллион
рублей.

С точки зрения
нормальной логики, субъект, которому не хватает средств для
выполнения своих финансовых обязательств – ищет пути их
заработать. То есть – что-то произвести и реализовать,
обеспечив возрастание стоимости. Люди, осуществляющие экономическую
власть в России – в принципе категориями «произвести»
не мыслят. Они мыслят категориями: «распродать»,
«занять», отобрать» и «поделить». И
особенно категорией «сократить расходы».

Но официальная
государственная политика требует социальные выплаты, в том числе
пенсии – повышать.

Тогда, при
существующей ущербной логике экономических властей. Нужно либо больше
денег у кого либо собрать, либо выплаты на одного человека –
повысить, но число тех, кому их нужно выплачивать – сокращать.
Отсюда, в частности – идея повышения пенсионного возраста:
платить меньшему количеству людей и в течении на практике меньшего
периода времени, и кроме того – пока они будут работать –
с них собирать налоги.

Пока – это
сделать не удается. Но сокращать расходы – хочется. Встает
вопрос, как официально ничего не пересматривая – сократить
число тех. кому нужно платить. Сократить число пенсионеров по
возрасту – не удается. Но есть категория пенсионеров по
инвалидности. В Москве, например, таких по имеющимся данным –
1 200 тысяч человек. Москва — это десять процентов населения
страны. Тогда по стране порядка 12 миллионов.

При пенсии, условно
скажем, в 10 000, это уже составляет сумму в 120 миллиардов.
Кроме того инвалид имеет право на бесплатные лекарства, бесплатный
проезд в транспорте, санаторное обеспечение, льготы по коммунальным
платежам. Вместе это дает сумму, сопоставимую с суммой самой пенсии.

Уменьшение числа
инвалидов хотя бы на 10 % — это уже под 20 миллиардов рублей в год.
Еще на 10 % — еще на 20 миллиардов.

Лишить человека
пенсии по возрасту – невозможно. Лишить человека пенсии по
инвалидности – можно, если объявить его здоровым.

Четких критериев
предоставления инвалидности – нет. Формально их три:
ограничения способности выполнять трудовую деятельность, ограничения
способности к передвижению, ограничения способности самообслуживания.

Есть у человека
объективно такие ограничения в результате его заболевания или нет —
решают Бюро медико-социальной экспертизы. Формально система
трехуровневая: местное Бюро, Главное Бюро по субъекту федерации,
федеральное бюро.

В бюро работают
эксперты, формально считающиеся врачами. Но сегодня это не врачи,
профессионально связанные с лечением и обладающие компетенцией оценки
здоровья. Большая часть из них не связана с медицинской практикой, и
они вообще сейчас не имеют отношения к здравоохранению и самому
министерству здравоохранения – это чиновники Министерства
труда, профессионально – и навыками. И бюрократической
дисциплиной связанные с процессом «определения
трудоспособности»: в ситуации когда нет однозначных критериев
ее определения – возможно, они и не могут существовать –
решать должен врач, понимающий каково состояние здоровья пациента и
как данная болезнь может сказываться на ограничениях его
жизнедеятельности.

Но в Бюро не может
быть полсотни экспертов. В результате, человек, защитивший
диссертацию на тему «Социально-гигиенические и
клинико-функциональные основы решения проблем инвалидности,
медико-социальной экспертизы и реабилитации инвалидов с последствиями
переломов нижних конечностей» — оценивает степени
трудоспособности кардиологического больного. А человек, защитивший
диссертацию, скажем по теме «К механизму изменения содержания
катехоламинов в слизистой оболочке пищевода и желудка при удалении
главных слюнных желез и стрессе» – принимает решение о
предоставлении инвалидности перенесшему инсульт.

Врачебных
обязательств перед больными и лечащим учреждением они не имеют. Но
они имеют служебные обязательства перед начальством. Состояние
больного их не волнует потому. что если врач отвечает за результаты
лечения – они за него не отвечают. Станет хуже больному после
их заключения или нет. Погибнет он в результате их заключения –
скажем, будучи вынужден после двух инсультов уйти водителем
большегрузной машины в дальний рейс или просто упадет на рельсы в
метро, добираясь на работу, произойдет с ним гипертонический криз во
время лекции если он преподаватель – они не несут за это
ответственности в принципе.

Зато они могут
произнести замечательную фразу: заболевания у Вас есть. И их
несколько. И они тяжелые – но ограничений трудоспособности мы у
Вас не находим».

Потому что это их
право: решить, есть она или нет – просто на основании их
экспертного мнения. И вполне естественно, что более честные из них –
могут принять благоприятное решение, менее честные – выполнят
требования идущие от начальства. А поскольку задача их начальства –
экономить средства. Указания начальства, которые официально не
оформляются, и наличия которых никто не подтвердит, но о которых все
знают – экономить. То есть – по возможности новых
инвалидов инвалидами не признавать, у старых инвалидность либо
снимать вообще, либо снижать группу инвалидности – что тоже
несколько экономит средства бюджета и пенсионного фонда.

В Москве, скажем,
этот процесс контролирует главный эксперт Главного Бюро по городу
Москве – Лапшина Галина Васильевна, за данный вид деятельности
даже заслужившая звание заслуженного врача РФ.

В низовых Бюро –
которые в городе нумеруются трехзначными номерами как минимум до Бюро
номер 196 – другие назначенцы. Почему-то последнее время среди
них стали появляться выходцы из Тюмени. Имя при этом может быть
вполне славянским – скажем. Вероника Матвеева – но
внешность не напоминающая ни славянскую, ни кавказскую.

При этом
освидетельствование низовых бюро вообще проходит своеобразно.
Человек, обратившийся за освидетельствованием – приходит в
назначенный ему день, перед этим пройдя осмотр врачей своей
поликлиники, и представив заключение стационара, если он проходил в
нем лечение.

На этом этапе его
смотрят именно профильные для его заболеваний специалисты, дающие
заключения, касающиеся его здоровья. Но окончательное решение о
предоставлении или подтверждении инвалидности – ее нужно
подтверждать каждый год в течении пяти лет после первого
предоставления – окончательное решение принимает данное Бюро
МСЭ.

Формально оно
состоит из нескольких человек, которые должны вместе произвести
осмотр, ознакомиться с имеющимися заключениями лечебных учреждений и
вынести свое решение.

На самом деле все
иначе. Первое – осмотр они могут и не производить, если
произвести – то ничего не значащий. Человек придет после
операции ан почке – у него померяют давление. Но если оно
окажется повышенным – скажет: «Ничего, переволновались».

Второе –
никакой комиссии может и не быть – освидетельствование проведет
председатель Бюро, который позже подпишет свой акт у не
присутствовавших на осмотре членов комиссии.

Третье – все
принесенные заключения лечебных учреждений – вообще не будут
играть особой роли: чтобы там не было написано: инсульт, инфаркт,
почечная недостаточность – «эксперт» с усмешкой
имеет право заявить: Я ограничений в жизнедеятельности не нахожу. А
лечащие врачи устанавливать ее некомпетентны».

Можно вынести за
скобки, то, что перед освидетельствованием один из работников бюро
отведет вас расположенное по соседству подсобное помещение, закроется
и будет вести длительный выжидательный разговор на странные темы –
например, предложит купить у него котенка – можно и не
говорить. Но когда вы на предложение о котенке не отреагируете –
вас выпустят и вы — получите отказ в предоставлении инвалидности

Формально имеется
право обжаловать его решение – вам тут же по вашему желанию
выдадут бланк и в течение трех дней дело вместе с апелляцией будет
передано в Главное Бюро по той же Москве.

Но здесь начинается
работа Главного Бюро и его руководителя Г.В.Лапшиной – их
профессиональная задача, соблюдая все необходимые процедуры —
постараться подтвердить заключение низового Бюро, и оправдать его
председателя.

И здесь все будет
пристойнее: в отличие от низового Бюро откровенно хамить никто не
будет. Осмотр действительно проведут несколько врачей. Хотя кончено,
сделают все, чтобы обелить своих низовых коллег.

Если вы уже
пользуетесь тростью – постараются добиться от вас слов о том,
что на улице скользко и удовлетворенно заявят что вы ей пользуетесь
только потому, что скользко. Если вы скажете, какая у вас была
операция – постараются выжать из вас слова, что теперь вам
лучше – то есть вы вылечены. Если вы пожалуетесь на одышку и
головокружение при ходьбе – примирительно заявят, что это
вполне естественно – у всех, кто испытывает нагрузки бывает
одышка и учащение сердцебиения, — и так далее.

Одна деталь: при
работе экспертов в белых халатах будет присутствовать молодой человек
в штатском. Который, если спросить – представится юристом, — но
который будет сдержанно, но начальственно обрывать экспертов, если
они попытаются признать, что все же с трудоспособностью у пациента
есть проблемы. Он, конечно, не будет напоминать сотрудника МВД –
скорее фининспектора, контролирующего расход средств.

Здесь тоже можно
обжаловать решение – тут же выдадут бланк и сами отвезут в три
дня дело в Федеральное Бюро МСЭ… Но система понятна –
экономия будет обеспечена.

Правительство
требует сократить число поручающих социальные выплаты – Бюро
исполняют требования власти.

И в любом случае
самое замечательное это то. что инвалид человек или нет –
определяют не те, кто его лечат и несет перед ним ответственность –
а сотрудники абсолютно иного ведомства – те. чья задача не
лечить – а экономить. Апеллировать к их совести или врачебной
этике – значит, их просто смешить. Можно на них подать в суд.
Но в современной России суды никогда не защищают человека, если
правительство требует другого.

Только потом все
будут удивляться, почему вдруг однажды в такое гуманное заведение,
как Бюро медико-социальной экспертизы придет доведенный до истерики
очередной «русский Брейвик».

Оригинал
этого материала опубликован на ленте АПН.

По теме
25.01.2021
На что будет сделан акцент при объединении «Справедливой России» и «За правду»?
21.01.2021
Платными парковками должен заниматься МУП, чтобы все деньги поступали в бюджет Нижнего Новгорода.
20.01.2021
Оправдано ли для города экономически концессионное соглашение мэрии Нижнего Новгорода с «МегаФоном»?
20.01.2021
Гриневич неспособна заменить Бочкарева – его потеря оказалась для регионального отделения «Справедливой России» невосполнимой.