16+
Аналитика
28.02.2020
Кто-то положил в карман семь с лишним миллионов рублей, что-то сделал.
28.02.2020
Он довел здание гостиницы до состояния, когда восстановление невозможно.
27.02.2020
Чиновница администрации Нижнего Новгорода на ровном месте создала проблему.
27.02.2020
Нижегородские перевозчики могли формально избежать нарушения закона, просто перепечатав билеты.
26.02.2020
С реалистичностью разработанных администрацией Нижнего Новгорода программ не все ладно.
26.02.2020
Разница в стоимости проезда при наличном и безналичном расчете имеет положительные стороны, но это нарушение закона.
25.02.2020
Департамент образования не смог внятно рассказать о результатах исследования стоимостью 7,5 миллиона рублей.
25.02.2020
Обоснованность передачи Сормовского парка в концессию на 49 лет вызывает сомнения.
21.02.2020
Реставрация здания гостиницы «Россия» возможна, вопрос лишь в желании и капиталовложениях.
21.02.2020
Нужен целостный кадровый подход к обеспечению муниципальных органов власти сильными профессионалами.
20.02.2020
Ситуация в администрации Автозаводского района типична для России.
20.02.2020
Ни общественность, ни градозащитники не считают снос нижегородской гостиницы «Россия» потерей.
14 Мая 2007
118 просмотров

Посредник между Степью и Лесом

Помимо реформ экономических, Россия нуждается и в реформировании своей административно-территориальной системы, а именно: в упразднении различного рода имманентно тяготеющих к сепаратизму национально-государственных единиц (республик, областей, округов) и в организации более крупных, чем нынешние, субъектов Федерации – регионов. Отчасти и в очень ограниченном виде данная реформа осуществляется начиная с 2004/2005 гг.

Упразднение различного национально-государственных единиц необходимо потому, что принцип национально-территориального размежевания, осуществленный в годы Советской власти, как совершенно недвусмысленно показывает опыт последних полутора десятилетий, разрушает государственное единство России, служит питательной основой для кланового сепаратизма, дезинтегрирующего державу, а организация более крупных, чем нынешние, субъектов Федерации – регионов — потому, что:

а) Сложился вопиющий диспаритет в положении провинций и Центра. Москва как субъект Федерации, и экономически, и политически на полтора порядка сильнее любой из них, исключая, пожалуй, лишь Петербург, который один только может хоть в какой-то степени тягаться с Первопрестольной. За последние 10–15 лет Москва фактически превратилась в метрополию, так или иначе эксплуатирующую другие части страны, ставшие подобием некоей колониальной периферии. Существующие ныне субъекты Федерации слишком слабы для того, чтобы отстоять свои интересы перед столичным лобби. Именно поэтому области и края, близкие по географическому расположению, по характеру природных условий и ресурсов, по хозяйственной специализации, демографическим и историко-культурным параметрам и вследствие этого имеющие сходные проблемы и нужды, должны объединиться и образовать новый, региональный уровень административной власти, призванный укрепить Провинцию и защитить ее перед лицом Центра; с образованием таких укрупненных регионов субъекты Федерации станут более эквивалентны друг другу по политическому весу и экономической мощи.

б) Коррекция административно-территориальной системы России в соответствии с ее географической, хозяйственной и культурно-исторической структурой оптимизировала бы отечественную экономику, а также способствовала бы развитию провинциальной культуры. А культурно-экономическое развитие может «подтянуть» демографические показатели русской провинции. Кроме того, такого рода реформа должна помочь оздоровлению российского истеблишмента — малодееспособного, эгоистично-корыстного, коррумпированного и криминализованного.

***

Одним из множества новообразованных регионов должно стать и Центральное Черноземье. В природно-географическом отношении Центральное Черноземье можно определить как область преобладания особого типа лесостепных ландшафтов, сформировавшихся на черноземных почвах в условиях суббореального климата умеренной степени континентальности и неустойчивого увлажнения, располагающуюся в центре Великой Русской равнины.

Поэтому физической границей Центрального Черноземья является граница соответствующей ландшафтно-климатической области. На севере и северо-западе это — южный фронтир лесной зоны европейской части России, который примерно совпадает с линией Рыльск – Болхов – Тула – Рязань, а далее следует по долинам Оки и Мокши. Западный рубеж Черноземья — граница с более влажными и менее континентальными лесостепными регионами Украины, южный и юго-восточный — северная граница степной зоны, которую можно провести по линии Ровеньки – Богучар – Урюпинск – Балашов. И, наконец, восточная граница Черноземья – граница, отделяющая его от лесистого Приволжья. Она проходит по верховьям Хопра и Мокши. Данными контурами очерчивается ареал, в который входят земли Тамбовской, Липецкой, Белгородской области, львиная доля Курщины, Орловщины и Рязанщины, Воронежская область без некоторых южных ее районов, центр и юго-восток Тульщины, запад Мордовии, центральная и западная части Пензенской области, крайний запад Саратовщины, некоторые северо-западные районы области Волгоградской. Сколько-нибудь значительных внутренних барьеров на этой территории нет, она весьма однородна в плане не только природных, но и экономических условий, на базе которых сложилась единая хозяйственная специализация Центрального Черноземья, его территориально-производственный комплекс.

Последний выполняет роль одной из продовольственных баз России, является узлом сосредоточения многих жизненно важных коммуникаций, выделяется добычей железных руд, выплавкой и прокатом черных металлов, разнообразным (особенно металлоемким и высокотехнологичным) машиностроением (если учитывать экономические характеристики советского периода), рядом химических и нефтехимических производств, выработкой цемента и мела.

Центральное Черноземье представляет собой не только физико-географическую и экономическую, но и историко-культурную общность. Близость исторических судеб разных его частей отчетливо прослеживается археологически со времен едва ли не мезолита. В системе традиционной российской цивилизации — цивилизации континентально-евразийской, Центральное Черноземье выполняло роль посредника, связующего звена между двумя ее великими культурообразующими началами, двумя самобытными мирами — Лесом и Степью, российским Югом и Севером. Кроме того, историческая специфика этого края определяется и тем обстоятельством, что южная и западная его границы являют собой пределы распространения в российском мире элементов иноцивилизационных (европейских и исламских, “афразийских”) этнокультурных комплексов.

Таким образом, территория Центрального Черноземья, входящая в состав ядра Российской цивилизации, в сферу коренных российских земель, служит базой для обеспечения последней «линии обороны», стратегическим щитом, прикрывающим их от возможной угрозы с Юга и с Запада в пору их предельной экспансии. Эта функция Центрального Черноземья прослеживается уже со времен раннего средневековья. Река Дон и Подонье являются крайним восточным пределом встречаемости скандинавских археологических комплексов — своего рода крайним восточным ответвлением пути «из варяг в греки», здесь же существовал крупный центр торгово-экономических связей с арабо-мусульманским миром — Вантит.

В ХХ веке региональная функция последней «линии обороны» проявилась в годы Гражданской войны (период германо-австрийской оккупации, «гетманщины» в 1918 г.), и еще более, можно сказать — предельно отчетливо — в годы Великой Отечественной войны, когда Воронеж, подобно Сталинграду, стал крайним пунктом продвижения армий фашистского, «Срединно-Европейского», блока. Воронеж, «малый Сталинград», вместе со Сталинградом «большим», явился той «переломной точкой», от которой захватчики начали откатываться обратно, к предвоенным границам. Данная функция вновь, и совершенно, казалось бы, неожиданно, актуализировалась в последние полтора десятилетия, после распада СССР, приведшего к образованию "самостийной" Украины, заигрывающей с НАТО, и активизации антироссийских сил на Кавказе.

Культурное единство Центрального Черноземья определяется типологическим сходством местных вариантов общерусской культуры, в частности, этнографической близостью населения различных его частей, проявляющейся и в нынешнюю, урбанистическую эпоху, наличием у жителей данной области особого, специфического менталитета — в более широких рамках ментальности русской.

Центральное Черноземье относительно однородно и достаточно заметно отличается от соседних с ним регионов по степени освоенности его природных ресурсов и заселенности, то есть по плотности населения, здесь сложилась своеобразная форма его размещения, для которой характерны сравнительно разреженная сеть городов, преимущественно малых (среди них резко выделяются областные центры и еще несколько городских пунктов, имеющих более чем 100-тысячное население), наличие большого числа крупных, насчитывающих более 3-х тыс. жителей, сел, тяготеющих к речным долинам и балкам и нередко образующих многокилометровые полосы расселения.

Таким образом, существование Центрального Черноземья как целостности региональной, отличающейся от других, подобных ей целостностей, фиксируется по целому комплексу природно-физических, экономико-географических, историко-культурных и демографических параметров. Это позволяет ставить вопрос о формировании на составляющей его территории административного образования нового типа — Центрально-Черноземного региона как одного из представителей нового класса субъектов Российской Федерации — не «единиц», способных отделиться от общего состава государства Российского, а “органов”, принципиально неотъемлемых и неотделимых от него как от единого целого.

***

Отечественной истории Центральное Черноземье как региональная административно выделенная единица знакома уже давно. С 1708-го по 1779-й годы функционировала Азовская (Воронежская) губерния, а с 1779-го по 1824-й годы – Воронежское наместничество, территориальное ядро которых составляло именно Центральное Черноземье. В 1928–1934 гг. существовала Центрально-Черноземная область (ЦЧО), включавшая в себя основной массив земель этого региона. Организационно-политическим, хозяйственным и культурным центром всех вышеперечисленных единиц неизменно являлся город Воронеж. Он же на протяжении всего XIX столетия и начала века XX, когда Центральное Черноземье административно не выделялось, являлся фактическим центром черноземного сельскохозяйственного района.

Таким образом, Воронеж выступал лидером рассматриваемого региона на протяжении нескольких последних столетий. В своем развитии он опережает все другие города края, имеет наиболее многофункциональную структуру, представляет собой крупнейшую агломерацию, мощнейший административный, организационно-хозяйственный, культурный и научный центр Черноземья, а потому не исключено, что именно Воронеж должен будет стать его региональной столицей.

Оригинал этого материала опубликован на ленте АПН.

По теме
19.02.2020
Ничего противоречащего корпоративной этике глава Автозаводского района не совершил.
19.02.2020
Мэрия истратила 7,5 миллионов рублей – нижегородцы должны знать, на что.    
18.02.2020
Бедный Нагин. Такой он был весь из себя открытый – и на тебе.  
18.02.2020
Объемы выплат будущего концессионера Сормовского парка в бюджет города стоит пересмотреть.  
Подборка