16+
Аналитика
25.06.2019
Нижегородская программа привлечения инвесторов более привлекательна, чем московская.
21.06.2019
Выплата огромных дивидендов в МРСК Центра и Приволжья может привести к росту тарифов.
25.06.2019
«Справедливая Россия» не сможет удержать свой электорат в Нижегородской области.
24.06.2019
При смелом политтехнологическом подходе нижегородские эсеры могут быстро вернуть утерянные позиции.
24.06.2019
Важно, чтобы остающихся средств хватало на модернизацию активов.
21.06.2019
Гриневич – самый подходящий человек на пост временного руководителя НРО «Справедливой России».
20.06.2019
Качественно отреставрировать ОКН к 800-летию Нижнего Новгорода нельзя.
20.06.2019
Я вижу на посту главы НРО «Справедливой России» Александра Разумовского.
19.06.2019
Рейтинг Нижегородской области подтвержден, но отмечен и нулевой рост доходов.
19.06.2019
От выбранного сценария будет зависеть, кто возглавит НРО «Справедливой России».
18.06.2019
Наличие научной школы создает предпосылки для роста будущих поколений ученых.
18.06.2019
Нижегородцы никогда не будут готовы к раздельному собору мусора на сто процентов.
22 Сентября 2008
61 просмотр

Повезло?

России повезло. Финансовый кризис отечественного масштаба
погашен в результате энергичных действий правительства и изменения ситуации на
мировых рынках. «Медвежьи» настроения на рынке сменяются «бычьими». Видимо,
несколько банков и компаний по итогам кризиса поменяют своих владельцев, но
общество просто этого не заметит, так как речь будет идти о финансовых
институтах не первого ряда. Кажется, что проблемы носят локальный характер и
после окончания кризиса можно вздохнуть спокойно. Пережили дефолт 98-го,
пережили банковский кризис 2004-го, переживем и кризис нынешний.

Разумеется, переживем. Только последствия могут оказаться куда более
тяжелыми, причем последствия не только экономические, но и
социально-политические. Мировой финансовый кризис может привести к
существенному снижению инвестиционной активности и, следовательно, к рецессии,
которая, в свою очередь, будет способствовать снижению цен на нефть (они и без
того существенно упали в последнее время). Это вариант не стопроцентный, но
вполне вероятный, серьезно обсуждаемый авторитетными экспертами, вспоминающими
об аналогичном советском опыте середины 80-х годов. Кроме того, возникает
вопрос о степени устойчивости российских хозяйственных структур, многие из
которых недостаточно укоренены в рыночной экономике и слишком зависимы от
государства. Когда рушится одна авиакомпания, то это создает проблемы тысячам
пассажиров, вынужденных сутками ждать задержанных рейсов в аэропортах по всей
стране. Когда сходные проблемы возникают у десятков компаний, речь может идти
уже о проблемах как минимум десятков и сотен тысяч людей.

При этом ни бизнес, ни государство, ни общество в настоящее время не готовы
не только к масштабному долговременному кризису, но и к длительной рецессии.
Бизнес привык к спокойной и относительно размеренной жизни, непохожей на бурные
и авантюрные 90-е годы, когда предпринимательская элита проходила жесткий
естественный отбор — и многие фирмы выстояли в хаотических условиях 98-го года.
Сейчас для предпринимателя важнее быть умеренным и аккуратным (обычно такие
качества свойственны чиновникам), не проявлять политической активности
(исключая предписанную сверху) и поддерживать позитивные отношения с
влиятельными «государственными людьми». Бизнес привык действовать в
благоприятной макроэкономической ситуации, длящейся уже почти десятилетие.
Предпринимательский дух выветривается, уступая место бюрократическому подходу.
Добавим к этому, что значительная часть экономики контролируется
государственными компаниями, которые по определению менее гибко реагируют на
возникающие риски, чем частный бизнес, способный к более быстрым изменениям.

Государство привыкло жить широко, особенно после 2006 года. Постоянно растут
бюджетные расходы, а министру финансов Алексею Кудрину все сложнее сдерживать
натиск лоббистов. Только на прошлой неделе фракция «Справедливой России»
потребовала его отставки — сразу же после того, как удалось выправить ситуацию
на фондовом рынке (ничего подобного сейчас не предпринимает американская
политическая элита, несмотря на то, что президентская избирательная кампания
входит в решающую фазу). Война на Южном Кавказе «подкрепляет» требования тех,
кто настаивает на росте оборонных расходов, способном вовлечь страну в новую
гонку вооружений. Но и гражданские группы влияния требуют денег не менее
настойчиво. Вспомним также и о таких престижных — и, разумеется, затратных —
проектах, как саммит АТЭС во Владивостоке (2012 год) и, особенно, сочинская
Олимпиада-2014. Многие решения принимаются исходя из того, что высокие нефтяные
цены и экономический рост будут иметь место еще долгие годы. Вспомним, что в
начале 80-х годов эксперты пророчили еще пару десятилетий благоприятной ценовой
конъюнктуры—– реальность вызвала эффект холодного душа.

Еще сложнее дело обстоит с обществом. Если бизнесмен еще может вспомнить о
былых годах и хотя бы частично восстановить прежнюю «хватку», то общество
расслабилось еще больше, причем речь идет обо всех его слоях. Пенсионеры
привыкли, что им вовремя — день в день — платят пенсии, а за «монетизированные»
льготы — еще и компенсации (что в значительной степени примирило их с
утраченными привилегиями). Бюджетники считают само собой разумеющимся, что им
возмещают потери от растущей инфляции. Молодые образованные, но лишенные
практического опыта выпускники вузов рассчитывают не просто на работу, а на
высокий стартовый заработок, который в 90-е годы был предметом мечтаний для
куда более квалифицированных сотрудников. И так далее. Многие россияне начали
привыкать планировать свою жизнь на длительное время, брать кредиты на более
или менее крупные покупки, начиная от бытовой техники и заканчивая квартирами.
Обучение детей в платных детских садах и школах стало для средних слоев
населения обыденным явлением.

Более того, действует хорошо известный в политологии «закон Токвиля»,
названный в честь французского политического мыслителя и дипломата позапрошлого
столетия. Он означает, что сильная социальная напряженность возникает не в
период полного экономического краха (тогда люди заняты элементарным физическим
выживанием), а когда наступает улучшение и растут запросы граждан к власти, которые
она не всегда может удовлетворить. Кстати, в России этот закон работает еще не
столь отчетливо, как в ряде других стран (в той же предреволюционной Франции,
изучением истории которой занимался Токвиль) — россияне высоко ценят
стабильность и желают лишь медленных эволюционных изменений к лучшему. Однако
изменения к худшему, представляющие угрозу выстраданной стабильности, могут
привести к сильному стрессу — даже если они будут лишь немного напоминать 90-е
годы, к которым уже прикрепили эпитет «лихие».

Поэтому пока явно преждевременно говорить о «везении», которое постигло
Россию. Уже в ближайшее время и государству, и бизнесу, и обществу, вполне
вероятно, придется столкнуться с проблемами, требующими быстрого реагирования и
принятия непопулярных решений, от которых все уже отвыкли.

Оригинал этого материала
опубликован в Ежедневном Журнале.

По теме
17.06.2019
Научный потенциал Нижегородской области за последние десятилетия существенно ослаб.
17.06.2019
Фабрика «Холомская роспись» сохранила душу и дождалась возможности развиваться на новом уровне.
17.06.2019
В этом году мы представили коллекцию ретро – и попали в точку.
17.06.2019
В следующем году фестиваль будет стопроцентно гарантированно еще круче.
Подборка