16+
Аналитика
27.01.2022
Все говорит о том, что продление ветки до «Сенной» не станет долгостроем.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
27.01.2022
Осуществлено множество проектов и идей, которые в других обстоятельствах не были бы реализованы.  
21.01.2022
Главным драйвером роста нижегородской экономики стала промышленность, в первую очередь, высокотехнологичная.
20.01.2022
Юбилей объединил усилия правительства Нижегородской области, предприятий и НКО.
19.01.2022
В следующие годы мы будем наблюдать реализацию потенциала, аккумулированного регионом в 2021 году.
17.01.2022
Введение QR-кодов в масштабах страны сегодня обернулось бы полным провалом.
17.01.2022
Инициатива «Единой России» о приостановке рассмотрения законопроекта о QR-кодах вполне разумна.
24 Сентября 2009 года
201 просмотр

Правда о катастрофе

Катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС остро и ребром поставила вопросы
безопасности в российской энергетике. Старая концепция, которой десятилетия
придерживались гидроэнергетики, что крупные ГЭС абсолютно безопасны, была
повергнута в прах. Оказалось, что вовсе небезопасны, и на них может произойти
авария с крупными человеческими жертвами. Поскольку погибших не вернешь, стоит
вопрос, как в дальнейшем предотвратить подобные катастрофы.

Однако в этом деле практически с первого дня расследования причин аварии на
Саяно-Шушенской ГЭС начались процессы, которые очень сильно напоминают ход
расследования причин аварии на Чернобыльской АЭС.

Эту катастрофу быстро стали сопоставлять с Чернобылем. Но сходство двух
аварий намного ближе, чем можно представить на первых взгляд. Во-первых, в
обоих случаях до катастрофы господствовала концепция «абсолютной безопасности».
Во-вторых, огромные масштабы разрушений, с выведением крупного энергетического
объекта из строя, потеря генерации. В-третьих, постепенный вывод станции из
эксплуатации. Пока что говорят, что Саяно-Шушенская ГЭС будет восстановлена, но
лично я в этом сильно сомневаюсь, да и станция уже никогда не будет прежней.
В-четвертых, выраженное нежелание расследовать и широко опубликовать отчет о
причинах аварии. Ростехнадзор обещал 15 сентября представить заключение по
причинам катастрофы, но свое обещание не сдержал. Вместо этого было проведено
совещание, на котором во всем обвинили руководство станции, а публикация
заключения была отодвинута еще на 10 дней.

Выводы влияют на безопасность

Здесь стоит немного остановиться. Если расследование завершено, и причины
установлены, то почему бы их не обнародовать? Это успокоит общественность,
сделает доступным материалы расследования широкому кругу специалистов и
экспертов, и внесет свой вклад в обеспечение безопасности в энергетике.

С моей личной точки зрения основные причины аварии на ГЭС аналогичны с
причинами аварии на Чернобыльской АЭС: непрофессиональные действия персонала
станции. Однако все нюансы кроются в деталях, точно так же как было и на
Чернобыльской АЭС, и они вполне могут и не попасть в текст заключения.

В довольно большой и обстоятельной статье о причинах аварии на ЧАЭС «Чернобыльская
авария. Причины, хроника событий, выводы», которую написал Борис Горбачев из
Межотраслевого научно-технического центра «Укрытие» Национальной Академии Наук
Украины, хорошо показано, как две вполне себе научно-обоснованные причины аварии,
выдвинутые в августе 1986 года и в 1991 году, основывались по сути дела на
подтасованных данных, противоречащих ряду документов, показаниям свидетелей и
физике реакторов. Потребовалось много времени, прежде чем появилась новая
версия аварии, изложенная автором этой статьи. Из нее видно, что 4-й энергоблок
Чернобыльской АЭС довольно долгое время балансировал на грани «положительного
останова», то есть взрыва. Регламент был грубо проигнорирован, аварийная
ситуация возникла на первых секундах испытаний и через 10-20 секунд вышла
из-под контроля, со взрывом и разрушением реактора. Дальше персонал станции был
уже заложниками катастрофы. Аналогично ситуацию описывает Григорий Медведев в
своей книге «Чернобыльская тетрадь», где подчеркивает, что операторы энергоблока
были уверены, что реактор остался цел, несмотря на то, что вокруг станции уже
валялись куски графита и сборок, выброшенные взрывом из разрушенного реактора.
Они их видели, но отказывались признавать. Они же во многом ввели в заблуждение
членов правительственной комиссии.

Вероятнее всего, заключение Ростехнадзора по аварии на Саяно-Шушенской ГЭС
также предстанет перед нами в отредактированном виде, который в общем и целом
будет соответствовать характеру аварии (так же как и официальные заключения по
ЧАЭС), но из которого нельзя будет понять ни конкретные технические причины, ни
хронологию развития катастрофы. Специалисты будут опять десятилетиями ломать
копья, в попытках доискаться до истины. Здесь зазор между правдой и неправдой
настолько мал, что вряд ли сразу получится поймать комиссию Ростехнадзора за
руку.

Глава Ростехнадзора Николай Кутьин заявил, что автоматика вышла из строя, и
гидроагрегаты не управлялись, что и послужило технической причиной катастрофы.
Описание программно-технического комплекса (ПТК) «Апогей», на основе которого
создавалась единая АСУ ТП (автоматическая система управления технологическим
процессом) Саяно-Шушенской и Майнской ГЭС, данное на сайте
компании-производителя, говорит, что разработчики предусмотрели «возможность
вмешаться в алгоритмы работы АСУ ТП на любой стадии с возможностью возврата к
автоматическому управлению». То есть, система управления не исключает
вмешательства операторов. Дальше разброс возможных версий довольно велик. Это
может быть повреждение АСУ ТП по какой-либо причине, это может быть сбой или
ошибки в алгоритмах, этом может быть вмешательство операторов-технологов в
алгоритмы АСУ ТП, и даже отключение всей системы. Но определиться с версией
нельзя из-за недостатка информации.

Лично я склоняюсь к полной вине персонала станции, допустившего ошибки в
управлении гидроагрегатами, главным образом на основе того, что АСУ ТП на
основе ПТК «Апогей» работает не только в России и делается на японской
элементной базе, и до сих пор таких катастроф в ее послужном списке не было.

Имеет ли это отношение к безопасности энергетики? Имеет. Например, если бы
был сделан вывод, что полностью виноваты работники станции, то основная
ответственность ложится на «РусГидро», которое так готовило и подбирало кадры.
Но это еще не все. Это означает, что основная угроза идет от возможных
ошибочных действий персонала. Все электростанции и не только электростанции,
оборудованные подобной АСУ ТП, в таком случае находятся под угрозой, и на них
нужно немедленно экзаменовать и переаттестовывать сотрудников, в особенности
операторов-технологов.

Если же ответственность отнесут на долю поставщика системы, то возможно
будет заявить, что авария на Саяно-Шушенской ГЭС — случайность, из-за
поставщика оборудования, а все остальные ГЭС в полной безопасности. Что
называется, почувствуйте разницу. По этой же причине атомщики старались свалить
часть ответственности на разработчиков реактора, чтобы заявить, что РБМК — опасны,
тут будут приняты меры, но основная-то часть АЭС с реакторами типа ВВЭР —
безопасна, и беспокоиться не о чем. Опыт показал, что это не так.

Поэтому, выводы Ростехнадзора носят принципиальнейший характер в деле
обеспечения безопасности энергетических объектов, да и не только их.

«Славные традиции»

В дни, когда Ростехнадзор обещал рассказать народу «всю правду», мне
доводилось перечитывать книгу Григория Медведева «Чернобыльская тетрадь».

Надо сказать, что многое из того, что в ней было сказано, воспринималось
очень свежо в связи с катастрофой на Саяно-Шушенской ГЭС.

Например, вот это высказывание:

«Положение, когда аварии на атомных станциях скрывались от
общественности, стало нормой при министре энергетики и электрификации СССР П.
С. Непорожнем. Аварии скрывались не только от общественности и правительства,
но и от работников АЭС страны, что особенно опасно, ибо отсутствие информации о
негативном опыте всегда чревато непредсказуемым. Преемник Непорожнего на посту
министра А. И. Майорец, человек в энергетических, особенно в атомных, вопросах
не до конца компетентный, продолжил традицию умолчания. Уже через полгода после
вступления в должность он наложил запрет на открытое опубликование в печати, в
передачах по радио и телевидению сведений о неблагоприятных результатах
экологического воздействия на обслуживающий персонал и население, а также на
окружающую среду энергетических объектов (воздействие электромагнитных полей,
облучение, загрязнение атмосферы, водоемов и земли)».

Этот же самый министр энергетики и электрификации СССР Петр Непорожний, был
ярым сторонником строительства крупных ГЭС, с которыми у него была связана
практически вся жизнь. В 1935-1937 годах он работал на строительстве Чирчикских
ГЭС в Узбекистане, запланированных по плану «Гоэлро». Он разработал программу
строительства всех крупных ГЭС: Волжский каскад, Ангарский каскад, Енисейский
каскад, Вахшский каскад в Таджикистане, Нарынский каскад в Кыргызстане и другие
ГЭС. Став министром он разработал и руководил программой строительства крупных
АЭС.

Петр Непорожний был сторонником возведения как можно более крупных
электростанций. В числе его проектов была Нижнеленская ГЭС в Якутии. У нее была
умопомрачительная выработка — 100 млрд. квт*час, а мощность — 20 млн. кВт на
основе 20 сверхмощных генераторов по 1 млн. кВт каждый. По сути, Непорожний
предлагал затопить Якутию. ГЭС должна была создать водохранилище площадью 60
тысяч кв. км, и объемом 1900 кубокилометров, от низовий Лены до Якутска. Он
называл ее «венцом советской гидроэнергетики». К счастью, проект вызвал
ожесточенное сопротивление и реализован не был. Саяно-Шушенская ГЭС — тоже его
любимое детище, разработку проекта и строительство которой он лично курировал.
В 2002 году она была названа его именем.

Таким образом, мы видим, что у Чернобыльской и Саяно-Шушенской катастроф был
один отец-прародитель. Григорий Медведев говорит, что Непорожний установил
режим засекречивания атомных аварий, но вряд ли только атомными станциями этот
режим секретности ограничивался. Скорее всего, он затрагивал вообще все объекты
энергетики.

Аварий и ЧП на ГЭС было довольно много. В 1985 году — катастрофический
паводок и разрушение водобойного колодца на Саяно-Шушенской ГЭС. В 1988 году
была авария на плотине Колымской ГЭС. В том же 1988 году — повторная авария на
Саяно-Шушенской ГЭС. В 1992 году был прорыв плотины Курейской ГЭС.

Были и аварии другого рода. 12 сентября 2007 года на Новосибирской ГЭС
произошел крупный пожар на одном из трансформаторов по причине замыкания и
вследствие этого возгорания битума и обшивки трансформатора. 3 августа 2009
года произошло возгорание на трансформаторе напряжения открытого
распределительного устройства 200 кВ Бурейской ГЭС. 16 августа 2009 года
произошел пожар в мини-АТС Братской ГЭС, в результате чего вышла из строя
аппаратура связи и телеметрии ГЭС. Это только то, что стало известно
общественности.

Но мало сообщить об аварии, сопроводив сообщение бодрым рапортом «пожар был
потушен за 15 минут». Надо еще изложить и опубликовать конкретные технические
причины, приведшие к ее возникновению, чтобы работники других ГЭС, специалисты,
ученые, эксперты, сотрудники МЧС, могли ей пользоваться и пополнять опыт борьбы
с аварийными ситуациями. Этого практически никогда не делается, хотя ничего
секретного в устройстве ГЭС нет, и никакого ущерба для компании не будет. Любая
электростанция потенциально опасна и представляет собой объект повышенного
риска.

Это обстоятельство нисколько не снимает вины с непосредственных виновников катастрофы
на Саяно-Шушенской ГЭС, однако эти «славные традиции» засекречивания аварий
тоже нужно учитывать среди причин катастрофы. Это очень важно, с каким
отношением подходит к управлению агрегатами персонал. Есть огромная разница
между тем, если специалист считает свой агрегат потенциально опасным, который
может взорваться, загореться, разрушиться, убить и покалечить его, и исходя из
этого проверяет каждый свой шаг, и тем, когда специалист уверен в «абсолютной
безопасности».

Григорий Медведев в «Чернобыльской тетради» пишет, что на 4-м энергоблоке
ЧАЭС была отключена система аварийного охлаждения реактора, с помощью которой
можно было бы избежать разгона и взрыва реактора, и рассуждает о причинах такого
гибельного решения:

«Психологически вопрос очень сложный. Ну, конечно же, конформизм
операторов, отвыкших самостоятельно думать, халатность и разгильдяйство,
которые проникли, утвердились в службе управления АЭС и стали нормой. Еще —
неуважение к атомному реактору, который воспринимался эксплуатационниками чуть
ли не как тульский самовар, может, чуть сложнее. Забвение золотого правила
работников взрывоопасных производств: «Помни! Неверные действия—взрыв!».

Это было прямое следствие насаждаемой практики секретности аварий,
насаждения идеологии безопасности «мирного атома». Можно быть уверенным, что
Петр Непорожний и его сотрудники, подготовили и вырастили немало специалистов,
уверенных в «абсолютной безопасности» гидроэнергетики и «мирного атома». И это
дало впечатляющий урожай в виде Чернобыльской и Саяно-Шушенской катастроф. Пока
сложившееся положение не будет изменено, нельзя быть уверенным в безопасности.

Отчеты должны быть доступны всем

Чтобы подобные катастрофы больше не повторялись, нужно решительно
изменить систему расследования и публикации отчетов о причинах аварий.
Это
не только ведомственное дело, не только дело одной компании. Это вопрос
безопасности сотен тысяч человек, которые живут поблизости от крупных
энергетических и промышленных объектов, и в любой момент могут стать жертвами
очередной техногенной катастрофы.

Нужно ввести обязательное правило, согласно которому все сколько-нибудь
заметные аварии на энергетических, промышленных, транспортных объектах
тщательно расследуются. Желательно расследовать двумя комиссиями: комиссией
Ростехнадзора и комиссией независимых специалистов, чтобы можно было сравнить
результаты. Отчеты об авариях обязательно публикуются в широком доступе.

Например, МЧС может создать специальный сайт по вопросам борьбы с
техногенными авариями, куда все эти отчеты и будут складываться. Каждый
человек, имеющий отношение к объектам энергетики, промышленности, транспорта,
будь то студент, или руководитель, должен иметь возможность с ними
ознакомиться. Ничего особенно секретного в них нет, а значение публикаций для
совершенствования правил и практики безопасности очень велико.

В авиации есть такая практика. Межгосударственный авиационный комитет,
объединяющий бывшие республики СССР, регулярно публикует подробные отчеты
расследований авиационных происшествий. На сайте доступна информация о
расследованиях с 2004 года, с приложением полного текста окончательного отчета
каждого случая. Это хорошая практика, которую нужно распространить и на другие
отрасли, невзирая на ведомственные интересы.

Поскольку износ оборудования и инфраструктуры очень велик, и угрозы новых
техногенных аварий весьма высоки, нужно провести создание этой базы данных по
причинам техногенных аварий как можно быстрее. Это позволит предотвратить хотя
бы часть из них, и сберечь много жизней.

Оригинал этого материала
опубликован на ленте АПН.

По теме
13.01.2022
В Нижегородской области проведена очень серьезная работа по сохранению историко-культурной среды.
13.01.2022
И Глеб Никитин не намерен снижать темпов развития Нижегородской области.
13.01.2022
Удержать планку на поднятой в 2021 году высоте – это было бы круто.
12.01.2022
Нижегородская область поднялась сразу на 10 позиций в рейтинге управления качеством общего образования.