16+
Аналитика
19.01.2022
В следующие годы мы будем наблюдать реализацию потенциала, аккумулированного регионом в 2021 году.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
17.01.2022
Введение QR-кодов в масштабах страны сегодня обернулось бы полным провалом.
17.01.2022
Инициатива «Единой России» о приостановке рассмотрения законопроекта о QR-кодах вполне разумна.
13.01.2022
В Нижегородской области проведена очень серьезная работа по сохранению историко-культурной среды.
13.01.2022
Удержать планку на поднятой в 2021 году высоте – это было бы круто.
12.01.2022
В сложных условиях 2021 года правительству региона удалось выполнить все стоящие перед ним задачи.
25 Апреля 2008 года
233 просмотра

Против радикальной оппозиции ГЛАВНАЯ ТАЙНА ПУТИНА ОШИБКИ ОППОЗИЦИИ Ошибка 1. Переоценка уходящего президента Ошибка 2. Недооценка приходящего президента ОСТАНОВИТЬ ОППОЗИЦИЮ

Давно уже идет дискуссия о том,
есть ли в России сильная оппозиция, способная и готовая претендовать на власть.
И чем дольше и шире дискуссия — тем короче и уже наличная оппозиция.

А тем временем мы чуть не проспали
появление настоящей радикальной оппозиции. Которая если и не возьмет власть, то
развалить к чертям Государство Российское вполне в состоянии.

Вот, послушайте. Всего лишь горстка
цитат из нескольких непримиримых оппозиционеров.

«Все равно Путин через какое-то
время будет, как Дэн Сяопин, он стремится стать неформальным лидером, сохраняя
все рычаги власти в своих руках».

«Единственный реальный суверен
нашей российской политической системы — Владимир Владимирович Путин. Он
является суверенным правителем России, перейдя из статуса президента, когда
легитимность и легальность на его фигуре естественным образом совпадали, теперь
он выстраивает новую модель соотношения легальности и легитимности, то есть он
остается главной политической фигурой».

«Нашим национальным лидером
остается Владимир Путин. В его руках находятся все самые важные политические
позиции».

«Это нестандартное решение, этот мощный политический ход
вселяет уверенность в обществе, что лидер, который до сих пор не потерял доверия,
сохранит свою власть».

«Понятно, что, перестав быть
президентом, Путин не перестанет быть «царем». «Царем» я называю фактического
главу государства».

Руководствуясь принципом
гуманности, не стану приводить здесь дерзкие имена авторов этих заявлений.
Поскольку всякое из заявлений легко потянет на ст.ст. 280, 282 Уголовного
кодекса РФ. Пять с лишком лет тюрьмы и потом еще 3 года — запрет заниматься
любимым делом, т.е. сватать прогорклого Путина в цари небесные.

ГЛАВНАЯ ТАЙНА ПУТИНА

Об итогах правления уходящего
президента РФ написано и сказано немало. Всем, кто хочет понимать, уже все ясно
и про уничтоженную армию, и про агонизирующую науку, и насчет необратимой
деградации ВПК, и про утраченные позиции региональной державы, и о тотальной
коррупции как основе жизнедеятельности госаппарата, и по поводу нависающего
экономического кризиса, и про уходящий из-под разумного кремлеконтроля Северный
Кавказ.

Не будем возвращаться к многочисленно
повторенным деталям.

Как ни странно, и благодарный
русский народ оценивает итоги с Владимиром Путиным не очень-то позитивно. Даже
вполне подкремлевские социологические центры, умеющие правильно подбирать и
формулировать леденящие сердце опросы, вынуждены признавать, что 81% россиян
уверен сегодня в полной вседозволенности олигархов (тех самых, которых Путин
якобы «построил»), более 50% — отрицательно и резко отрицательно относятся к
путинским правоохранителям и судам, около 50% считают, что коррупции при Путине
было столько же или даже больше, чем при Ельцине, 53% — что за последние 8 лет
вырос разрыв между богатыми и бедными.

Изо всех государственных и
общественных институтов лидерами доверия остаются еле живая армия, почти
добитая наведением конституционно-финансового порядка, и не любимые уходящим
президентом СМИ.

Институты, созданные под контролем
Путина и во имя Путина, проводящие в русскую жизнь его фантомную программу
передач — правительство, Госдума, Совет Федерации — как не пользовали популярностью,
так и не пользуются.

Примечательно, что особый скепсис
вызывает у верноподданного населения любимое путиномедведевское детище —
предвыборные «национальные проекты». Согласно свежим данным «Левада-Центра»
(2008 год),: 67% (!) россиян уверены, что средства, выделенные государством на
нацпроекты, потрачены неэффективно или (менее интеллигентно) банально
разворованы. Не блестяще обстоят дела и с оценкой конкретных «нацпроектов»:

Говоря о нацпроекте «Образование», 35% россиян высказались
за то, что его реализация привела к улучшению дел в отрасли, 45% придерживаются
противоположной точки зрения, остальные затруднились с ответом; в поддержку
нацпроекта «Здравоохранения» высказался 31% респондентов; улучшений в отрасли,
связанных с реализацией нацпроекта, не видят 54% опрошенных; всего 18% (!)
граждан РФ видят положительные изменения в части обеспечения населения жильем,
в то же время 66% опрошенных никаких положительных результатов реализации
нацпроекта «Доступное жилье» не назвали; наконец, положительные изменения в
сельском хозяйстве с реализацией нацпроекта «Развитие АПК» связывают всего 17%
опрошенных, противоположного мнения придерживаются 62%.

И тем не менее, сам Путин остается
премного популярен. Его рейтинг доверия и сейчас приближается к 60%. И ни
галопирующие цены на продовольствие, ни развал социальной сферы, ни беспредел
бандитско-ментовских орд практически никак не влияют на популярность Первого
Лица. А также на признание за ним безусловного права назначить себе наследника.

Итак, мы имеем счастливую
возможность убедиться: отношение народа к президенту (в данном случае — Путину)
не зависит от результатов его деятельности на президентском посту. Это и есть,
пожалуй, главная тайна Кремля.

Почему так? Потому что одно доброе
дело за свои кремлевские годы Владимир Путин все же сделал: он восстановил в
России монархический ритуал.

Ритуал этот состоит из 3 основных
элементов:

1. исключительность монарха — один
царь на троне, как одно Солнце на небе, и прямых соперников, в режиме реального
времени публично покушающихся на верховную власть, у монарха быть ни в коем
случае не должно;

 2. непогрешимость монарха; можно критиковать все что угодно —
бюрократию (неизбывных «плохих бояр», которые все всегда и портят, скрывая от
царя правду и мешая ему принимать правильные решения), последствия царских
решений, отдельные национальные поражения и т.п.; но трогать грязными руками
лично монарха не дано и не позволено никому;

 3. независимость монарха от общества и закона; только тот в России
может называться царем, кто уверенно стоит выше политической и правовой систем
и готов принимать любые решения, отбросив ветхие путы формального
законодательства; иными словами, нет таких институтов и уложений, которым был
бы вправе (а не то что обязан) подчиняться русский царь.

И только тот правитель
воспринимается в России как настоящий царь, кто твердо соблюдает монархический
ритуал.

С народной точки зрения, такой и
только такой властелин занимает трон действительно по праву (грубо говоря,
соответствует занимаемой монаршей должности), а потому должен быть любим и
прощаем, что бы он в своей практической политике ни сотворил.

А для ответственности всегда есть
плохие бояре. Фактически, рейтинг президента (Путина) отражает его легитимность,
построенную на следовании ритуалу. Для верховного правителя России, как бы он
ни назывался, «популярность» и «легитимность» — почти синонимы.

Проблемы с легитимностью /
популярностью позднего (конец 1980-х) Михаила Горбачева были связаны именно с
разрушением заветного ритуала. Когда говорят, что советскую власть погубила
программа «Взгляд» — это преувеличение лишь отчасти. Доверие к Горбачеву резко
и стремительно рухнуло, когда народ вдруг понял, что Первое Лицо можно
невозбранно ругать по первому каналу государственного телевидения (нарушение п.
2 ритуала). А значит, царь ненастоящий. Потом, с появлением эффектного
претендента на престол Бориса Ельцина, Горбачев перестал быть эксклюзивен
(нарушение п. 1 ритуала), и, наконец, игры в Союзный договор, подчинявший
президента СССР воле республик свободных, добили кремлевского властителя (см.
п. 3).

То же — и с Ельциным. Наполовину
искреннее и отчасти конъюнктурное стремление к демократии сыграло с «первым
всенародно избранным» злую шутку. Легитимным Борис Николаевич бывал редко — в
основном, в конце августа 1991-го и начале октября 1993-го. В остальное же
время близ ельцинского престола жадно толпились прямые соперники и нетерпеливые
наследники, крупнейшие телеканалы регулярно «мочили» президента на чем свет
стоит, а подконтрольная коммунистам Дума то и дело принимала законы, не
дававшие правителю ни повернуться, ни развернуться. Какой уж тут царь, какая уж
тут любовь народная?

В этом смысле у Путина все
получилось. Довольно быстро и почти что счастливо. Уже к весне 2000-го он
избавился от серьезных конкурентов. Потом все поняли, что Путина в
обшенациональном медиа-эфире трогать нельзя. И еще, за два своих
тяжеломысленных срока экс-президент подтвердил, что закон ему не указ, и его
скользкое дышло он готов двигать в любом направлении — словно большевистские
русла великих сибирских рек.

И народ поверил ему. Мы снова
поняли, что царь настоящий.

Здесь нужно предупредить тех, кто
все еще верит, что какие-либо процессы в современной России связаны с личными
качествами или достоинствами уходящего президента.

Российский властвующий режим — не
харизматический и не персоналистский, а традиционный монархический.
Легитимность царя привязана к трону, а не к личности, пусть даже преизрядно
одаренной. Потому, как только монарх слезает с трона, он становится простым
смертным и теряет сакральную ауру невозвратно. Карета превращается в тыкву.
Быстро, очень быстро, быстрее, чем многим хотелось бы. Так случится и с нашим
В.В. в ближайшей перспективе.

Недаром, по данным «Левада-Центра»
(март 2008), при всей сегодняшней любви к Путину лишь 10 % граждан считают
возможным передать управление государством премьер-министру, если, конечно, эту
должность получит Владимир Путин; две трети россиян (67 %) «предпочитают
нынешнюю систему государственного правления, предусматривающую сильную
президентскую власть».

Выборы в условиях такой «народной
монархии» означают не действительный выбор одного кандидата на президентский
пост из нескольких, а, по сути дела, референдум о доверии следующей власти,
которая сформирована еще до выборов. Если соблюдена династическая церемония
передачи власти от прежнего монарха к будущему — народ всегда легитимирует
преемника своим формальным «волеизъявлением». Кто бы ни был заявлен в качестве
наследника престола. Потому 70% покорных голосов на «выборах»-2008 получил бы
не только Медведев (у которого никаких особых заслуг перед народом не было и
нет), но любой Сергей Иванов, Виктор Зубков и даже одноногая чернокожая
лесбиянка. Если бы любой из этих персонажей был представлен Кремлем в качестве
официального цесаревича.

Конечно, Путин восстановил
монархический ритуал не потому, что тонко разобрался в древней логике русской
власти. А по другим причинам, гораздо более простым и приземленным.

Во-первых, правящему классу нужна
была полная стабильность — для завершения «большой» приватизации и ликвидации
советской социальной системы. Стабильность же требовала упразднения демократии.

Во-вторых, сам В.В. панически
боялся и боится честной политической конкуренции. Потому что знает, что никаких
политталантов у него, на самом деле, нет, и в открытом бою он с высокой
вероятностью проиграет. Вспомним самое горькое: выборы в Санкт-Петербурге
1995-1996 гг. (Путин тогда — начальник штаба НДР и Анатолия Собчака);
президентские выборы в большой Украине и маленькой гордой Абхазии в 2004 г.
(кандидаты, прямо поддержанные Путиным, были унизительно разгромлены).
Путинский Кремль был успешен лишь в боях с фиктивными соперниками, и хозяин его
это, кажется, всегда понимал. Отсюда, кстати, и навязчиво-вечный отказ от
теледебатов, продиктованный отнюдь не только монаршим высокомерием.

Но результат, тем не менее, —
налицо. В сегодняшней России восстановлен священный авторитет верховной власти.
Который позволяет этой власти проводить реформы и вообще добиваться чего-нибудь
предметно-осмысленного. При желании, разумеется. Коего Путин в 2000-2008 гг.
практически не проявлял.

И вот теперь свежезаваренные
ультра-оппозиционеры, сгрудившиеся вокруг усталого национального дембеля,
пытаются растоптать единственное позитивное достижение путинской эпохи —
легитимность президентского поста. Попытки построить некую «диархию», создать
«альтернативный центр верховной власти» вне Кремля, раскрутить какого-то
«национального лидера», не сидящего на троне, могут привести лишь к
делегитимации, а как следствие — резкому падению популярности и параличу
власти.

Странно, что эти околопутинские
оппозиционеры позволяют себе горячо клеймить «лихие» 1990-е годы и «ельцинский
хаос». Ведь они, фактически, и предлагают вернуться в развитые девяностые и
воссоздать систему, при которой первое лицо страны испытывает кричащий дефицит
легитимности (т. е. царь ненастоящий, по-простому). И потому связан по рукам и ногам
во всех своих действиях.

Так что если есть у нас «партия
1990-х годов», то состоит она именно из восторженных холопов Владимира Путина.
Тех, кого я безымянно процитировал в начале статьи.

Пора бы им одуматься, пока не
поздно.

ОШИБКИ ОППОЗИЦИИ

Несмотря на реальную опасность для
страны и государства, исходящую от радикальной пропутинской оппозиции, можно
отметить, что эти непримиримые оппозиционеры совершают 2 системные ошибки,
которые могут оказаться для них фатальными.

Ошибка 1. Переоценка уходящего президента

Вспомним еще раз: наш правящий
режим не персоналистский, а монархический. Непогрешим в такой системе может
быть только тот, кто непосредственно в данный момент исторического времени
сидит на троне.

И, когда Путин сменит венец и бармы
Мономаха на серый сюртук обычного смертного, мы скоро узнаем, что:

       бывший лидер, оказывается, косноязычен и не может долго
говорить без крупнобуквенной бумажки;

       свежих идей у него нет или не осталось;

       он постарел, похудел и почернел;

       волосы выпадают стремительно;

       не держит удар;

       по 5 часов в день сидит в фитнес-центре, а с важными
вопросами к нему не прорвешься;

       одобряет сразу всех и принимает взаимоисключающие решения;

       постоянно и жутко опаздывает;

       не мычит и не телится;

       вообще непонятно, как он столько лет работал президентом,
черт побери!

И так далее.

А вот новый президент — тот уж
вправду Президент. Высокий, красивый, велеречивый, широкоплечий, решительный и
вообще.

Итак, к моменту предполагаемого
решающего наступления Владимир Путин, пассивный лидер радикальной оппозиции,
может утратить большую часть популярности и почти всю харизму. Причем утратить
так же быстро, как в свое время и приобрел. Оппозиция к этому, кажется, не
готова.

Ошибка 2. Недооценка приходящего президента

Восторгаясь согласием Путина стать
председателем «Единой России», оппозиционеры и просто политические зеваки
пропустили главное событие того дождливого дня: новоизбранный президент вступить
в «ЕР» решительно отказался.

Следовательно, Дмитрий Медведев
убедился, что русский самодержец никак не может быть партийным. И оставил за
собой трон «доброго царя». Отдав предшественнику должность начальника над
«плохими боярами».

Медведев, похоже, — умный парень.
Уже почти понятно, кто теперь будет отвечать за продуктовые цены, банковские
вызовы, инфраструктурные катастрофы, Ингушетию и Чечню. Плохие бояре, кто же еще.
Чей корпоративный лидер, оказывается, упустил решающие 8 лет, которые были так
нужны и полезны для ускоренного развития.

ОСТАНОВИТЬ ОППОЗИЦИЮ

Автор этих строк примерно одинаково
относится к Путину и Медведеву. Но не любить власть — вовсе не значит желать
распада государству.

Потому главная задача сегодняшнего
политического дня — остановить радикальную оппозицию. Во главе с ее пенсионным
вождем. Который, скорее всего, откажется от лидерства в оппозиции так же
мучительно и неизбежно, как отказался — от власти.

Оригинал этого материала
опубликован на ленте АПН.

По теме
12.01.2022
Год запомнится нижегородцам не только ограничениями, затруднявшими жизнь граждан и функционирование экономики.
11.01.2022
За счет подъема экономики в 2021 году региону удалось значительно увеличить собственные доходы.
11.01.2022
Нижний Новгород стал современным, красивым, ухоженным городом.  
11.01.2022
Мы вошли во многие федеральные программы, будем продолжать строительство уже начатых объектов и браться за новые.