16+
Аналитика
13.10.2021
Как Нижний Новгород оказался на первом месте в рейтинге по качеству жизни – вопрос.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
21.07.2021
Что и нашло свое отражение в оценке вице-премьером реформ в Нижегородской области.
11.10.2021
Вместо ограничения прав непривитых граждан нужно даватиь более полную информацию о последствиях прививок
08.10.2021
Встраивание региона в нацпроект «Производительность труда» не должно стать очередной кампанией.
07.10.2021
Приход людей из команды губернатора в Заксобрание повысит взаимопонимание этого органа и правительства.
30.09.2021
Особое отношение главы региона существенно изменило расклад политических сил в Арзамасе.
30.09.2021
«Единая Россия» решает те проблемы, о которых КПРФ только говорит.
23.09.2021
Электоральная оценка итогов выборов в Государственную думу в Нижегородской области.
21.09.2021
КПРФ оказалась наиболее понятной в своей умеренной критике социальной политики.
20.09.2021
Благодаря Захару Прилепину «Справедливая Россия» переломила ситуацию и стала третьей политической силой.
17.09.2021
Единовременные выплаты перед выборами должны превратиться в постоянные.
16.09.2021
Нижегородцы должны иметь возможность регулировать климат в своих квартирах.
21 Мая 2013 года
259 просмотров

Радикалы и власть: роль правящих элит регионов в расширении географии фундаментализма

Прошедшая
14 мая 2013 года в пресс-центре федерального агентства «Интерфакс»
в Москве презентация аналитического доклада
Института
национальной стратегии «Карта этнорелигиозных угроз: Северный
Кавказ и Поволжье», подготовленного группой экспертов,
специализирующихся на изучении национально-конфессиональных проблемах
этих двух регионов России, наверное, впервые на федеральном уровне
обозначила проблему неоднозначности взаимодействия власти и
ваххабизма. Причем неоднозначность этого взаимодействия заключается
не только в способах противодействия, но и в появившемся
сотрудничестве между элитами и носителями исламского
фундаментализма.
Ситуация
на 2013 год показала, что проникновение нетрадиционных для коренных
мусульманских народов страны течений зарубежного ислама радикального
толка, начавшееся с эпохи распада СССР, привело сегодня к ситуации
массового распространения религиозного фундаментализма на Северном
Кавказе и в Поволжье. В результате экспансии ваххабизма целые регионы
превратились в зоны реальной террористической опасности: Дагестан,
Чечня и Ингушетия. Причем этот процесс охватил вскоре и другие
субъекты Юга России, а в 2010-2012 гг. окончательно охватил и
Татарстан, тем самым, исламистский фронт распространился и на центр
России – Поволжье. Бесконтрольная деятельность зарубежных
мусульманских благотворительных фондов и иностранных проповедников в
совокупности с зарубежным религиозным образованием в странах Ближнего
Востока мусульманского духовенства привело к появлению значительной
по численности политически активной группы приверженцев ислама,
настроенных против светского характера государства и Российского
государства как такового в целом. Весь этот процесс ваххабизации
проходил нередко не по причине отсутствия контроля со стороны
региональных властей и реакции слабого в 1990-е годы федерального
центра, а при непосредственной поддержке местной элиты. 
Сращивание
ваххабизма, бюрократии и бизнеса получило название «ваххабитского
холдинга». Этот термин был предложен татарским мусульманским
богословом Валиуллой Якуповым (1963-2012), убитого как раз теми
самыми ваххабитами в подъезде собственного дома 19 июля прошлого
года. Этот процесс шел несколькими путями.
Обычная
схема подобного сближения начиналась с участия в семейных обрядах
чиновника ваххабитского имама. Например, у мэра, главы района и
чиновника рангом пониже рождался ребенок. У мусульман полагается
совершить обряд имянаречения. Мэр или глава района вряд ли станет
приглашать для этого простого муллу. Все-таки это выглядит несолидно.
А вот позвать мухтасиба или имама главной мечети в городе – это
уже соответствует статусу бюрократа. И часто такой имам-ваххабит
оказывается в роли семейного духовника у высокопоставленного
чиновника: на имянаречениях, никахах (свадьбах), похоронах
родственников он выполняет роль священнослужителя. Становясь «своим»,
ваххабит начинает пользоваться поддержкой таких власть имущих. Это
позволяет имаму-ваххабиту расставить своих единомышленников по другим
мечетям в городе или районе. Вслед за чиновниками ваххабитское
духовенство находит поддержку у бизнеса, превращаясь в духовника для
местных олигархов. В результате такой поддержки власти и денег
ваххабизм пускает глубокие корни, монополизируя духовное
пространство. 
Есть
и другие примеры подобного симбиоза бюрократии и ваххабизма, только
более печальные по последствиям. Такое возникает тогда, когда сам
чиновник начинает идейно проникаться исламским фундаментализмом.
Нередко для него подобная трансформация начинается с посещения
Саудовской Аравии. Начинается с совершения хаджа (паломничества) в
Мекку и Медину, а заканчивается просто визитами в эту и другие
ваххабитские королевства Аравийского полуострова. Сопровождающий
чиновника из Татарстана или Дагестана его имам-духовник, сам
учившийся в свое время в этих арабских странах, знает к кому его
завести для полезного знакомства, с кем можно из арабских шейхов
обсудить «деловое сотрудничество» между, например,
Эр-Риядом и Казанью. При этом данные визиты сопровождаются мощнейшей
пропагандистской работой ваххабитских проповедников: вместе
путешествуя, имам-фундаменталист начинает рассказывать чиновнику или
бизнесмену о прелестях жизни в халифате. Вернувшись на родину,
окрыленный бюрократ или олигарх реализует проект исламизации у себя
дома. Начинается все с простых вещей. Например, под такое влияние
попал в свое время глава Агрызского района Татарстана Фарит Габбасов,
начавший вдруг ни с того ни с сего помогать в развитии телевещания из
арабских стран. Жители этого отдаленного региона на северо-востоке
Татарстана теперь в мечетях могли смотреть «аль-Джазиру»
и «аль-Арабию». Спрашивается: с этого ли нужно было
начинать улучшения жизни населения в районе? Выходит, что вместо
строительства дорог и другой полезной инфраструктуры татарское
население этих мест теперь смотрит арабские телеканалы, далеко не
дружелюбные по содержанию своих передач к России.
Иногда
подпитка радикалов происходит не уровне не только элит, но и
контр-элит региона, что лучше всего можно увидеть в Башкортостане.
Отставка в 2010 году с поста президента Башкирии Муртазы Рахимова и
назначение на его место Рустэма Хамитова неизбежно привело к
конфронтации истеблишмента республики из команды нового президента с
кланом предыдущего, члены которого занимали высокопоставленные посты
и курировали денежные потоки. Начавшееся противостояние элиты и
контр-элиты привело к тому, что последняя стала идти на
сотрудничество с этническими и религиозными радикалами. В Уфе
основным центром притяжения «народного возмущения»
политикой Хамитова является оппозиционная группа во главе с Альбертом
Мухамедьяровым, бизнесменом, владеющим большим медиа-холдингом в
регионе (информационное агентство «Башмедиа» и
«Уфамедиахолдинг», куда входят региональное РенТВ,
Евразия, Уфапортал и многие другие СМИ) и создавшим «Российскую
партию народного управления», во главе которой он и стоит.
Предприниматель отвергает упреки в этнорадикализме, тем не менее, при
его поддержке возобновились издания националистических газет. А
прошедший в марте 2013 года митинг Хизб-ут-Тахрир в Уфе не только
широко освещался медиа-ресурсами Мухамедьярова, но и поддерживался
его штабом. При этом сама региональная власть, судя по заявлениям
ее официальных
представителей
,
предпочитает не замечать угрозу нарастания этнического и религиозного
радикализма, повторяя традиционную мантру о мире и согласии в
регионе.
Между
тем, опыт соседней республики отнюдь не дает поводов к такому
благодушию. В Татарстане контр-элиты весьма эффективно использовали
религиозных радикалов для давления на власть. Так, летом 2012 года,
когда после теракта 19 июля в отношении республиканского муфтия
Ильдуса Файзова (он получил ранения) и убийства его заместителя,
крупного богослова Валиуллы Якупова, в Казани и Набережных Челнах
прошли пикеты и митинги, организованные Хизб-ут-Тахрир и татарскими
национал-сепаратистами «в защиту мусульман».
Показательно, что они были направлены лично против действующего
президента Татарстана Рустема Минниханова, предлагая свергнуть
светскую власть и установить исламскую республику. При этом
комплиментарно относящиеся к митинговавшим журналисты в репортажах
стремились подчеркнуть, что «при Шаймиеве не было репрессий
против ислама».
Сегодня
очевидно, что региональные элиты и контр-элиты нередко идут по пути
негласного сотрудничества с исламским фундаментализмом.
Руководствуясь тактической выгодой от такого сотрудничества, местная
бюрократия проигрывает стратегически, поскольку необратимо
радикализирует общественно-политическое пространство в регионах, к
тому же усиливая его антироссийский крен.
В
перспективе, учитывая, что идет процесс расширения географии
исламского терроризма, окончательно перекинувшегося с Северного
Кавказа на Поволжье, мы получаем цивилизационный разлом страны по
середине. И если сейчас уже в массовом сознании россиян Северный
Кавказ воспринимается как регион терроризма и небезопасности (отсюда
и призывы к отделению Юга страны), то такое представление в ближайшем
будущем может перейти и на «мусульманские» республики
Поволжья, что чревато поддержкой дезинтеграционных настроений
российским обществом, а, в конечном счете, миграцией русского
населения, как это имеет место на Северном Кавказе. Это, в свою
очередь, означает, уход и российской государственности из тех
регионов, где русских не остается.

Оригинал
этого материала опубликован на ленте АПН.

По теме
10.09.2021
Большая часть избирателей не появится на избирательных участках.
08.09.2021
На протяжении долгого времени выборы становятся все менее интересными.
01.09.2021
Антипремия «Бандерлоги культуры» поможет сдержать проекты, которые травмируют городскую идентичность.
20.08.2021
Очередной глава ЕЦМЗ вынужден уйти после того как выписал себе незаконную премию.