16+
Аналитика
25.06.2019
Нижегородская программа привлечения инвесторов более привлекательна, чем московская.
21.06.2019
Выплата огромных дивидендов в МРСК Центра и Приволжья может привести к росту тарифов.
25.06.2019
«Справедливая Россия» не сможет удержать свой электорат в Нижегородской области.
24.06.2019
При смелом политтехнологическом подходе нижегородские эсеры могут быстро вернуть утерянные позиции.
24.06.2019
Важно, чтобы остающихся средств хватало на модернизацию активов.
21.06.2019
Гриневич – самый подходящий человек на пост временного руководителя НРО «Справедливой России».
20.06.2019
Качественно отреставрировать ОКН к 800-летию Нижнего Новгорода нельзя.
20.06.2019
Я вижу на посту главы НРО «Справедливой России» Александра Разумовского.
19.06.2019
Рейтинг Нижегородской области подтвержден, но отмечен и нулевой рост доходов.
19.06.2019
От выбранного сценария будет зависеть, кто возглавит НРО «Справедливой России».
18.06.2019
Наличие научной школы создает предпосылки для роста будущих поколений ученых.
18.06.2019
Нижегородцы никогда не будут готовы к раздельному собору мусора на сто процентов.
6 Апреля 2006
57 просмотров

Россия заинтересована в сильной и стабильной коалиции на Украине

Александр Кынев, эксперт Международного института гуманитарно-политических исследований:

Что касается того, что власть на Украине не сосредоточена в руках какой-либо одной политической силы, – это для демократической страны состояние нормальное. Демократия как раз в разделении властей и состоит. На мой взгляд, если кто-то видит в этом трагедию, то этот человек что-то в этой жизни не понимает.

Украина движется в направлении нормального демократического разделения властей. Другое дело, что, как и на любом пути, двигается она методом проб и ошибок. Поэтому, конечно, не все конкретные действия, не все конкретные механизмы адекватны, но это не означает, что ситуация не будет меняться дальше. Мы видели, что за последние полтора года на самом деле было сделано довольно много.

Для стран, находящихся в периоде политической трансформации, нестабильность – проявление закономерное, так же как для подростка характерны определенные психологические сложности. Если брать страны Восточной Европы, такие, как, например, Польша, Болгария, Румыния, Венгрия, то там ситуация похожая. В парламентских республиках вообще редко бывает доминирование какой-то одной явной силы. Почти всегда политика является результатом компромисса между множеством самых разных сил и группировок.

Например, в Польше ни одна политическая сила не была правящей больше одного парламентского созыва. Как правило, на следующих выборах к власти приходили абсолютно новые образования. Похожая ситуация в Болгарии, похожая ситуация в Румынии. Для бывших социалистических стран это нормально. Просто это говорит о том, что бывшим советским силам надо научиться искать компромиссы.

На мой взгляд, главным уроком этих выборов и событий на Украине последних лет является как раз стремление самых разных политических партий к достижению согласия. В Германии, например, согласны создать коалицию между самыми разными партиями – скажем, ХДС и СДПГ. Сейчас процесс формирования коалиции идет в Израиле. Это нормальное явление.

Что касается противостояния Востока и Запада, то это больше мифология, чем реальность. Различие между голосованием за политические партии на Востоке и Западе есть, но сказать, что оно абсолютно антагонистично, было бы неверно. Наоборот, на мой взгляд, последняя кампания, выборы 26 марта, по сравнению с президентскими выборами, например, 2004 года, показали, что противостояние как раз уменьшается.

Если прокучминский блок «За единую Украину» в 2002 году в Киеве не взял даже четырехпроцентного барьера, то сейчас «Партия регионов» получила там 5 процентов. Это говорит о том, что рейтинги тех партий, которые традиционно считались западноукраинскими, растут на Востоке, а рейтинги партий, которые считаются восточноукраинскими, растут в Центре.

И в этом смысле картина намного более сложная. Украина крайне сегментизирована. Восток не един, там есть конкуренция между разными регионами, например, днепропетровским и донецким, и так далее. Есть очень разнородный Центр. Есть специфика Севера Украины – это Чернигов и Сумы, довольно своеобразен украинский Юг – Херсонская, Одесская и Николаевская области. Так что Украин точно не две. Их, как минимум, шесть, каждая – со своими особенностями. И отношения эти антагонизмом я бы не назвал. Да, отличия есть, но это не антагонизм. Так же как дети в семье – не похожи друг на друга, но они все равно одна семья.

Не думаю, что в результате этих выборов усилились позиции России на Украине. Все политические силы на Украине являются предельно прагматичными. Ни одна из представленных в парламенте сил не подвергает сомнению независимость украинского государства, ни одна из этих сил не готова ни в каком виде воссоздавать ни Советский Союз, ни что-либо на него похожее. Это все иллюзии нашей пропаганды, работающей с какими-то мифами массового сознания.

Если говорить о проевропейской или прозападной ориентации Януковича, Тимошенко, Ющенко – на самом деле их ориентация мало отличается. А уж те люди, которые находятся в их партийных списках – если посмотреть историю вхождения в различные партии и фракции тех, кто в свое время составлял парламентское большинство во всех списках, то эти люди побывали по очереди почти во всех партиях, которые в эти годы на Украине что-то из себя представляли.

Поэтому, да, можно говорить о каких-то нюансах идеологических отличий между, например, лично Ющенко и Тимошенко. Тимошенко – более авторитарно ориентированный политик, с точки зрения госрегулирования экономики, например.

Если же оценивать в целом партии как партии, как конгломераты большого количества людей, то сказать, что они уж как-то сильно друг от друга идеологически отличаются, было бы неверно. Это все-таки больше партии лидеров, вождей, чем партии идеологий. И серьезного идеологического противостояния на практике нет. Оно может присутствовать как элемент предвыборной агитации при попытке мобилизовать электорат, но в практической деятельности политиков идеологическое противостояние минимально.

Любая коалиция, какая бы ни сформировалась, будет заботиться об украинских интересах, а не о российских, поскольку речь идет об украинском государстве и украинских политических партиях. На мой взгляд, Россия была бы заинтересована в наиболее сильной и стабильной коалиции, потому что очевидно, что чем более устойчиво правительство, тем оно более договороспособно.

Кабинет, который не знает, будет он завтра уволен или нет, не может проводить целенаправленную долгосрочную политику, не может создать и реализовать четкую стратегию. Он вынужден будет постоянно метаться, постоянно бояться, что его уволят. Поэтому, конечно, Россия заинтересована в том, чтобы правительство было идеологически любым, но стабильным.

Стабильности, на мой взгляд, не будет, потому что большинство очень шаткое, и то, что подписаны на сегодня какие-то соглашения между СПУ, БЮТ и «Нашей Украиной», не означает, что завтра они не развалятся так же, как они развалились через полгода после оранжевой революции.

В этом смысле личные амбиции никуда не деваются. Это особенность парламентских режимов, особенно на ранних стадиях их становления. Как правило, парламентские коалиции крайне неустойчивы. Так что новый кабинет, который создается сейчас, я думаю, долго не просуществует.

По теме
17.06.2019
Научный потенциал Нижегородской области за последние десятилетия существенно ослаб.
17.06.2019
Фабрика «Холомская роспись» сохранила душу и дождалась возможности развиваться на новом уровне.
17.06.2019
В этом году мы представили коллекцию ретро – и попали в точку.
17.06.2019
В следующем году фестиваль будет стопроцентно гарантированно еще круче.
Подборка