16+
Аналитика
18.06.2019
Наличие научной школы создает предпосылки для роста будущих поколений ученых.
17.06.2019
Научный потенциал Нижегородской области за последние десятилетия существенно ослаб.
18.06.2019
Нижегородцы никогда не будут готовы к раздельному собору мусора на сто процентов.
17.06.2019
Фабрика «Холомская роспись» сохранила душу и дождалась возможности развиваться на новом уровне.
17.06.2019
В этом году мы представили коллекцию ретро – и попали в точку.
17.06.2019
В следующем году фестиваль будет стопроцентно гарантированно еще круче.
14.06.2019
Наша научно-исследовательская база позволяет совершать прорывные открытия.
14.06.2019
Необходимо запретить производство упаковки, которая не подлежит вторичной переработке.
13.06.2019
Власть должна наглядно объяснить нижегородцам выгоды раздельного сбора мусора.
13.06.2019
Власть добивается управляемости органов МВД на уровне регионов.
11.06.2019
Кремль превращается в публичное культурное пространство.
11.06.2019
Ни один руководитель не заинтересован брать на работу неадекватных специалистов, но…
25 Января 2008
64 просмотра

Сербская идиллия

Публицисты говорят о новой холодной войне между Россией и Западом, приводя в качестве примера обострение отношений с США и рядом европейских стран. ПРО, Косово, «дело Литвиненко-Лугового» — это действительно набор вопросов, по которым Россия и Запад занимают принципиально разные позиции. Еще более тревожным является тот факт, что западные и российские элиты все чаще говорят на разных языках: когда одни говорят «правозащитник», другие — «грантоед», одни отстаивают «свободу слова», другие обличают «безответственных смутьянов». Но холодная война характеризуется тотальным противостоянием, а сейчас есть ряд вопросов, по которым позиции России и Запада достаточно близки. Один из них — сербский.

В 2000 году Кремль сочувствовал авторитарному Милошевичу, а Запад — Коштунице, главному герою первой в ряду цветных революций. При этом в России явно не понимали, что Милошевич дискредитировал себя в глазах своих самых разных соотечественников — одни презирали его как неудачника, потерявшего Косово, другие не любили из-за системного конфликта с Западом. Милошевич рассорился и с сербскими писателями-националистами, и с православной церковью (с которой, между прочим, у Коштуницы всегда были очень приличные отношения). Даже кончина бывшего президента в гаагской тюрьме не сделала его национальным героем — основанная им Социалистическая партия как была все последние годы, так и остается периферийной политической силой, не имеющий шансов на серьезный общенациональный успех.

Однако сейчас ситуация иная. Если поддержка Милошевича была связана с силой инерции 90-х годов, то ныне подход российской власти к сербским политикам, конкурирующим за президентство, носит сугубо прагматичный характер. Напомним, что в первом туре выборов, состоявшихся в минувшее воскресенье, радикальный кандидат Николич, исповедующий ярко выраженные антизападные и сербские националистические взгляды, на четыре процентных пункта обошел действующего президента, западника и демократа Тадича. Сходная ситуация с этими же политиками была и на прошлых выборах, так что исход второго тура далеко не предрешен. Он зависит от позиции избирателей, голосовавших за проигравших кандидатов — в первую очередь, за протеже Коштуницы министра Илича, занявшего третье место. Эти избиратели на рациональном уровне склонны поддержать Тадича, но их сердца открыты к призывам Николича.

Понятно, что Запад ставит на Тадича — избрание радикального лидера может привести к системному конфликту между Сербией и Евросоюзом. При этом ясно, что даже при Николиче Сербия не сможет воспрепятствовать провозглашению независимости Косова — хотя бы потому, что абсолютное большинство сербов не собираются воевать ради части своей территории, которую центральное правительство не контролирует уже в течение многих лет. Однако Николич может содействовать превращению своей страны в анклав радикального национализма на Балканах, подпитываемый сильными эмоциями и жаждой реванша — пусть даже пока и в мечтах. Тадич же, скорее всего, ограничится лишь формальным выражением принципиального неприятия независимости Косова (признание независимости будет означать политическую смерть для любого сербского политика. Поэтому понятно, что Запад ставит на Тадича и готов пойти ему навстречу в вопросе о введении безвизового режима между Сербией и Евросоюзом, чего ожидают как сербские интеллектуалы и бизнесмены, так и многочисленные гастарбайтеры.

Теперь о позиции России, которая играет в Сербии немалую роль — ее последовательное нежелание согласиться с независимостью Косова привело к резкому росту симпатий к ней в этой балканской стране. И поддержка со стороны Кремля может сыграть решающую роль в результате второго тура. Хорошо известно, что Николич предлагает России союз и даже возможность размещения военной базы на сербской территории. Однако неясно, что эта база будет там делать — разве что противостоять «натовским» Болгарии или Венгрии, с которыми у России сложились вполне конструктивные отношения?

Российской власти же нужен такой президент Сербии, который позволит обеспечить ее нефтяные интересы в регионе. Напомним, что через сербскую территорию планируется провести принципиально важный для Газпрома магистральный газопровод «Южный поток», который пройдет по дну Черного моря от российского берега до болгарского, а затем через Балканский полуостров в сторону Италии. С Болгарией удалось предварительно договориться на прошлой неделе, когда Софию посетили Путин и Медведев; теперь очередь за Сербией. При этом необходимо отметить, что избрание Николича способно привести не только к конфликту с Западом, но и к жесткому противостоянию между президентом и правительственной коалицией, главными участниками которой являются партии Тадича и Коштуницы. Перспективы любых контрактов в этой ситуации станут крайне туманными. Кроме того, и болгары под давлением Европы могут дать «задний ход», не желая участвовать в одном проекте со страной, которая вновь может стать одиозной для Евросоюза. Отсюда и поддержка Россией Тадича в обмен на позитивное решение вопроса о нефтепроводе.

Поэтому 25 января Владимир Путин примет Тадича и Коштуницу, которые приедут в Москву для подписания межправительственного соглашения о сотрудничестве в нефтегазовой сфере. Конкретно: Сербия продает России нефтяную компанию NIS и санкционирует прокладку по своей территории части «Южного потока». Партия Тадича и ряд фигур в партии Коштуницы не в восторге от этой сделки, но выбирать им не приходится — на всякий случай, в Россию приглашен и Николич, но официально лишь на заседание думского международного комитета. Однако если бы соглашения достичь не удалось, то уровень визита был бы существенно повышен — никто ведь не может запретить российскому президенту появиться перед телекамерами с одним из ведущих сербских политиков и дать возможность тому заработать несколько столь важных для него очков накануне второго тура. Понятно, что теперь такой сценарий невозможен — теперь сербские телеканалы будут показывать идиллическую встречу Путина и Тадича, демонстрируя ситуативное совпадение приоритетов России и Запада в вопросе о результате выборов президента Сербии.

Оригинал этого материала опубликован в Ежедневном Журнале.

По теме
10.06.2019
Открытые конкурсы как инструмент формирования правительства я считаю порочной практикой.
10.06.2019
Власти Дзержинска должны исправлять то, о чем не могли получить информацию.
07.06.2019
А у Нижегородской области объем заимствованных средств в последнее время снижается.
07.06.2019
Его о чем-то спросили, он что-то ответил. Трудно говорить о включенности президента в ситуацию с взрывами в Дзержинске.
Подборка