16+
Аналитика
22.10.2021
Нежелание нижегородцев вакцинироваться – результат проваленной информационной кампании.
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
21.07.2021
Что и нашло свое отражение в оценке вице-премьером реформ в Нижегородской области.
19.10.2021
Хотя формально вариант переписи населения через портал Госуслуг ничем не отличается от традиционного.
18.10.2021
Много ли многодетных семей нуждаются в праве на бесплатную парковку в Нижнем Новгороде?
13.10.2021
Как Нижний Новгород оказался на первом месте в рейтинге по качеству жизни – вопрос.
11.10.2021
Вместо ограничения прав непривитых граждан нужно даватиь более полную информацию о последствиях прививок
08.10.2021
Встраивание региона в нацпроект «Производительность труда» не должно стать очередной кампанией.
07.10.2021
Приход людей из команды губернатора в Заксобрание повысит взаимопонимание этого органа и правительства.
30.09.2021
Особое отношение главы региона существенно изменило расклад политических сил в Арзамасе.
30.09.2021
«Единая Россия» решает те проблемы, о которых КПРФ только говорит.
23.09.2021
Электоральная оценка итогов выборов в Государственную думу в Нижегородской области.
21.09.2021
КПРФ оказалась наиболее понятной в своей умеренной критике социальной политики.
3 Июня 2010 года
269 просмотров

Сколько стоит ученик?

2 июня
в конференц-зале агентства «Биржа плюс» состоялось очередное заседание
«Нижегородского эксперт-клуба, посвященное теме «Закон о бюджетных учреждениях:
мифы и реальность». Предлагаем вашему вниманию фрагмент одного из выступлений.

Галина
Клочкова, директор школы им. Ломоносова:

Сложилась интересная ситуация.
Учителя в большой своей массе, и это ни для кого не секрет, являются сами для
себя работодателями. По моим сведениям, московские директора уже объединились –
на той почве, что они не хотят быть работодателями. Новый закон заставил
их этим заниматься.

Если учитель хочет заработать
деньги, он их зарабатывает. И это все знают. Это абсолютно очевидно. Здесь есть
какие-то границы, они никак не определены законом. Почему я не могу получить
хороших учителей в частную школу? Потому что я не могу им дать высокую
зарплату. Если регулировать инфраструктурные затраты и присоединять их к
зарплатам, то получается, что средняя зарплата в моей школе – 25 тысяч рублей.
В принципе, это обходится достаточно дорого, поскольку надо содержать всю
инфраструктуру, переподготовку, уж не говоря о тепле, электроэнергии и так
далее.

Учителя в принципе научились
обходиться каким-то образом сами. Есть такой эвфемизм педагогический –
«индивидуальные консультации». Звучит более красиво, чем «репетиторство», даже работает
как реклама деятельности.

Что же касается собственно нового
закона, то здесь все напутано. Предполагается, что есть давно уже посчитанная
сумма, выделенная на образование, и она делится на количество учащихся. Но
дальше начинается абсурд. Есть разные школы. Есть школы, где один ученик
обходится государству дороже, чем в частной. Это сельские малокомплектные
школы, это специализированные школы. И все мы это прекрасно понимаем.

Но что говорит государство? «Я
этого не понимаю, я считаю, что все должны получить поровну». В результате
начинается вопиющая социальная несправедливость.

Есть одна очень большая сложность –
нельзя поделить бюджет страны на количество учеников от шести с половиной до
семнадцати лет, и считать, что государство выполнило свои обязательства, потому
что это неправильно и нечестно. С какого момента та школа, в которую был вложен
не один миллион (а мы знаем школы, в которые вложено очень много денег), и та,
в которую ничего не вложено, должны оказаться в равных условиях? Почему те
школы, где родители учеников совершенно спокойно и уже давно доплачивают
учебному учреждению, создавая прекрасные условия (строят бассейны и так далее,
развивают государственно-частное партнерство), имеют практически неограниченные
государственные субсидии?

Мне в департаменте образования
говорят: «Мы не знаем, как вам дать финансирование. Ведь вы не оказываете
бесплатных услуг». Но мы не можем оказывать бесплатные услуги – у нас десять
человек в классе. Мы выполняем ваши задания, как мы можем – дайте нам ту часть финансирования,
что нам положена. Нам отвечают: «Тогда не берите денег с родителей». Но как мы
не будем брать деньги с родителей – мы же не сможем содержать школу, в которой
сто учеников. А школа, в которой триста учеников – сможет. Она находится в
других условиях.

К чему я это говорю? До тех пор,
пока мы не будем знать, сколько же на самом деле нужно потратить на одного
ученика в первом классе, в восьмом классе, в десятом классе – мы не перейдем ни
на какой новый закон. Мы не убедим никого, что это социально справедливо.

Любой директор школы, любой учитель
знает, что учебный план – это финансовая политика. Сколько стоит содержание
спортивного зала – кто знает? Сколько стоит урок физкультуры – тут же нужно
учитывать стоимость оборудования. Сколько стоит английский язык в школе?
Знаете, сколько стоит учебник английского в среднем? Триста рублей на одного
ученика (а на все обучение ученика предполагаются две тысячи рублей). Вопрос в
том, кто и каким образом будет считать: на что нужно потратить деньги, на что
нет.

Педагогам неведомо, каким образом
меняется их стоимость в зависимости от того, как они набирают опыт, получают
статус… Не меняется стоимость. Директорам школ не нужно, к сожалению, быть
работодателями, потому что они в этом случае будут отвечать за выдачу
заработной платы – это очень сложно, поверьте мне – каждый месяц думать,
заплатят тебе деньги родители или нет.

Какое платное образование, если у
нас люди не оплачивают коммунальные услуги?! И если сегодня мы, частная школа,
не можем собрать деньги на то, чтобы выполнить все свои обязательства по
заработной плате, по налогам – о чем тогда говорить? На мой взгляд, к вопросу
надо подходить гораздо серьезней. Сколько мы хотим в средней школе потратить на
обучение одного ученика? То есть, сколько должно стоить то самое
«государственное задание»?

С одной стороны, государство
определило: 2014 рублей в год на ученика. Просто маленький пример. В 2000-м
году мы собирали в Приволжском округе директоров школ и совместно с Институтом
стратегических исследований пытались понять: учителя, директора школ, завроно,
– могут они распоряжаться деньгами? Там работали профессора, экономисты. И
самое главное, что потрясло видавшего виды профессора Высшей школы экономики,
заключалось в том, что когда мы последовательно нарисовав образ школы и дав
директорам в школах посчитать, хватит ли им бюджетных денег, убедились, что у
них останутся деньги!

А то, потратили мы два процента от
бюджета страны, три или пять – это абстракция. В чем заключается конкретика? Мы
хотим пять уроков русского языка. Посчитаем, сколько это будет нам стоить в
среднем. Мы хотим три урока физкультуры – сколько это будет нам стоить?

Можно принять какой угодно закон,
но механизма его реализации нет. Я восемнадцать лет считаю свой бюджет, и
каждый раз думаю, как его сосчитать, если я не знаю, как увеличатся
коммунальные платежи или что будет с налогами завтра.

Если я точно знаю, что
государственное задание на одного ученика в каждом конкретном классе связано с
моим договором с государством или муниципалитетом и это означает
гарантированную сумму денег, то я могу начинать работать. Если этого не
происходит, то все остальное не имеет смысла.

Заключить договор со школой и
знать, что ты должен заплатить за год определенную сумму – непереносимая мука
для огромного количества людей. Хотя и в обычной школе они отдают по пятьсот,
семьсот рублей немалые деньги (кстати, если вы даже не заплатите, я не могу
отчислить вашего ребенка. Я могу в арбитраж подать). Но «хочу дам, хочу не дам»
— это наше, родное.

По теме
20.09.2021
Благодаря Захару Прилепину «Справедливая Россия» переломила ситуацию и стала третьей политической силой.
17.09.2021
Единовременные выплаты перед выборами должны превратиться в постоянные.
16.09.2021
Нижегородцы должны иметь возможность регулировать климат в своих квартирах.
10.09.2021
Большая часть избирателей не появится на избирательных участках.