16+
Аналитика
18.02.2020
Объемы выплат будущего концессионера Сормовского парка в бюджет города стоит пересмотреть.  
13.02.2020
Мэрия не объясняет нижегородцам, что происходит с парком «Швейцария» и что с ним будет.
17.02.2020
На одной чаше весов – сохранение нижегородской идентичности, на другой – чьи-то коммерческие интересы.
17.02.2020
Компания противопоставляет собственные интересы стратегическим интересам Нижегородской области.
14.02.2020
Стоит ли проводить опрос, чтобы узнать, что нижегородцы хотят называть «Швейцарию» «Швейцарией»?
14.02.2020
Реальной ликвидацией шламонакопителя «Белое море» придется заниматься будущим поколениям.
13.02.2020
РЖД как монополист занимается исключительно удовлетворением собственных внутренних потребностей.
12.02.2020
Услышат ли мэр Панов и администрация Нижнего Новгорода пожелания горожан о сохранении парка «Швейцария»?
12.02.2020
Работы по рекультивации шламонакопителя «Белое море» полностью завершены, но проблем остается еще немало.
11.02.2020
Нижегородская ситуация с РЖД – пример несовпадения интересов федеральной структуры и интересов региона.
11.02.2020
Лучше или хуже станет Стрелка после появления ледовой арены, можно будет сказать лет через тридцать-сорок.
10.02.2020
Изменения Устава Нижнего Новгорода могут быть использованы для устранения нежелательных кандидатов.
22 Мая 2013
205 просмотров

Старые песни о главном

Разницу межу
телевидением общественным и телевидением якобы общественным можно
проиллюстрировать, что называется, простым русским языком.

Вот человек, а это —
русский человек, идет по Лондону и хочет спросить, сколько сейчас
времени. И он должен спросить: «What time is it?».

Но он путается и вместо
этого, оcтанавливая лондонца, спрашивает: «What is the time?»
А тот задумывается и говорит: «O, that is so philosophical
question!»

То есть, вместо того,
чтобы спросить «Сколько времени?», наш человек
спрашивает: «Что есть время?» И, соответственно, получает
ответ: «О, это сложный философский вопрос!»

Вот и вопрос — возможно
ли в России общественное телевидение — это тема сложная и серьезная,
для разговора часа на полтора.

Это очень серьезный
вопрос, связанный не только с телевидением, но и с ментальностью
нашего народа. Я готов на него ответить — но в более широком формате.

Другой вопрос — не
получили ли мы вместо общественного телевидения новое государственное
телевидение? Тогда я бы сказал вам вот что.

Когда мы говорим
«общественное телевидение», то в основе этой
«общественной» формы собственности должна лежать
финансовая независимость. И начнем с того, что если мы ведем речь о
некоем общественном телевидении, то люди, которые хотят его
потреблять, должны за него платить. И тогда собственник такого
телевидения по определению должен быть размыт.

Когда за телевидение
платят миллионы людей, тогда телевидение работает в интересах этих
миллионов, выражает их мнение — и так далее, и так далее.

А когда разговор
начинается с «дайте, дайте много миллиардов, а мы сделаем
общественное телевидение!» — это несерьезный разговор в
принципе. Тогда получается не общественное телевидение.

Что это за игра в
«жмурки», как называется фильм моего покойного ныне друга
Леши Балабанова? Что это за игра в «жмурки»: «Дайте
нам много денег, и мы сделаем общественное телевидение, и будем вас
за ваши же деньги критиковать?… А деньги вы нам давайте!» Это
все — старая песенка.

Все начинается с
финансовой независимости. И вот тут в связи с финансами и возникает
важнейший вопрос в нашем отечестве, который не знаю, как решить. Люди
не хотят платить за то, что, как им кажется, они и так получат
бесплатно. А бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.

Вот некий журналист в
России вдруг продекларирует: «Мы должны выпускать газету. Но
она будет стоить не восемь рублей, а 80 рублей. Но мы вам при этом
гарантируем, что она будет полностью выражать ваши, читатели,
интересы. И к нам не сунется никакая власть, никакие олигархи, ни
вообще никто. Мы — это только мы и вы, наши потребители. Но вы
поймите, что если вы не будете платить нам деньги за газету (или за
подключение к каналу) приличные деньги, мы не сможем ничего
выпускать».

Получится ли это или
нет? Наверное, нет, не получится. Этот журналист тут же наткнется на
такое соображение от своих читателей-телезрителей: «Нет,
ребята, извините. У нас есть огромное количество бесплатных каналов!»

Так вот давайте,
друзья, определяться: если вы бесплатно получаете некий продукт, то
уж тогда и знайте, что в этом продукте зашито то, что выгодно
собственникам этого продукта. А как вы хотели иначе?

И поэтому общественное
телевидение должно по-настоящему базироваться изначально на желании
получать абсолютно чистую, ясную, объективную информацию. Но при
условии, что потребители будут за это платить.

А то начинается: «У
нас будет собственником гигантская финансовая группа такая-то! И все
будет «независимо»!».

Ну и что тогда?
Кто-нибудь сомневается, что против интересов этой группы, чтобы там
ни происходило, никто не пикнет?!

Когда государственными
учреждениями подписываются миллиарды на развитие «общественного»
телевидения, значит, какие-то вещи будут этому телевидению
продиктованы на тему, что можно, а что нельзя. И так далее. Чтобы там
Лысенко ни бормотал, все это обстоит именно так.

Но, конечно, можно
искать альтернативные концепции современного телевидения. Может ли,
скажем, интернет служить некой иной моделью общественного
телевидения?

Может. Сейчас все самые
интересные вещи будут происходить от сращивания телевидения с
интернетом.

Я сейчас активнейшим
образом этим занимаюсь. Но о моем проекте интернет-телевидения пока
еще говорить очень рано. Об этом можно будет можно говорить только
ближе к начале осени. И тогда я все об этом подробно расскажу и все
покажу.

Телевидение как
производящая база или как часть производящей базы… Огромные
вещи должны происходить, а точнее — не «должны происходить»,
а уже происходят — именно в интернете.

Вопрос в том, как
информацию из этого гигантского интернет-хаоса отфильтровать не с
точки зрения цензуры, а просто по интересу, чтобы найти интересные
сюжеты, интересные высказывания — и так далее, и так далее.

Фильтры — только с этой
точки зрения. Ноль цензуры как таковой, цензуры политической. Но ведь
в интернете много мусора, и надо от него избавиться, прежде всего я
имею в виду — творческого мусора. Отсюда и отсев.

Ведь есть и иное:

«Навозну кучу
разрывая,

Петух нашел жемчужное
зерно».

Среди навозной кучи в
интернете можно найти много жемчужин — и высказываний, и сюжетов, там
есть талантливые стихи, суждения, реплики, сюжеты, видео, — и так
далее, и так далее.

Все это собрать,
отфильтровать, упорядочить, подключить к этому систему интерактива,
чтобы стать неким общественным телевидением!

Но это очень сложный
процесс…

Я вам первым говорю —
что называется, «пятка из-под одеяла» — что именно над
этим я сейчас активнейшим образом работаю.

Это вот — интересно. А
когда говорят: «Давайте делать общественное телевидение
России!», — и следующая фраза — «Дайте денег!», —
это уже означает «государство», и это все — старые
песенки.

По теме
07.02.2020
Нижегородцы как общество в целом не вовлечены в конфликт вокруг концепции благоустройства парка «Швейцария».
07.02.2020
Заметный рост промпроизводства в Нижегородской области по итогам 2019 года должен дать мультиплицирующий эффект.
06.02.2020
Если это невозможно, парку надо дать официальное название «Окский» или «Приокский».
06.02.2020
Появление в Уставе Нижнего Новгорода нормы об отзыве депутата ничего не изменит.
Подборка