16+
Аналитика
17.05.2021
У клуба есть всё для успешного выступления в Премьер-лиге, но какие цели перед ним поставят?
03.03.2021
Компания будет получать деньги, а работу по уборке взвалит на плечи города.
14.05.2021
Нижегородская область неслучайно оказалась в числе получателей инфраструктурных кредитов.
13.05.2021
Отработавший целый год на посту мэра Юрий Шалабаев делает акцент на хозяйственную жизнь города.
30.04.2021
Поездка Никитина по Уралу открывает новые возможности для нижегородской промышленности.
28.04.2021
А чтобы развивать наземный электротранспорт, Нижний должен распоряжаться большей долей заработанных средств.
27.04.2021
Не только в славном прошлом побед, но и в кровавых страницах, написанных Сталиным.
23.04.2021
Эти акции организуются лишь с целью создавать видимость массовой поддержки Навального населением.
22.04.2021
Численность вчерашних митингов – показатель истинного рейтинга Навального.
22.04.2021
На призыв поддержать Навального вышли только сторонники его как лидера.
21.04.2021
Заявление президента показывает, что политическое решение по развитию метро в Нижнем Новгороде уже принято.
20.04.2021
Нацеленность определенных сил на уничтожение российского государства становятся все более очевидными.
20 Июля 2005 года
251 просмотр

Уйти нельзя остаться

В России разворачивается кризис восьмого года. Уже давно. С прошлого года, когда премьер-министром России стал Михаил Фрадков (ведь нельзя же совсем без премьера), а в связи с Бесланом были отменены выборы губернаторов и депутатов-одномандатников. Чем последовательнее Владимир Путин зачищал очаги возможной фронды и избавлялся от потенциальных конкурентов, тем отчетливее, рельефнее проступал кризис. В форме борьбы с «оранжевой угрозой»: последний эпизод — Генпрокуратура возбудила дело против экс-премьера Михаила Касьянова, который намекает, что готов возглавить оппозицию. В форме стагнации и распада: правительство, госкомпании разбиты в параличе, реформы встали, а экономический рост замедлился почти вдвое. В исчерпывающей 2008 г. конструкции «уйти нельзя остаться» по правилам политического синтаксиса знаки препинания ставить негде. И все ждут. Затаив дыхание, ждут президентских выборов, в надежде, что из этого глухого тупика чудесным образом найдется выход. Что все вдруг образуется и станет хорошо.

Остаться нельзя. Не потому, что не хочется, а потому, что это неприлично и против правил. Пока побеждает представление, что Путин уйдет. Тем более что так говорит он сам. «Путин уходит, — уверенно, с почти неслышной ноткой сомнения говорит кремлевской собеседник Newsweek, — а преемника мы увидим сразу, как он появится. Как это было в 1999 году с самим Путиным». Не просто уходит. Путин хотел бы уйти красиво, говорит другой источник, чтобы и на Западе, и в России его преемника не приняли в штыки. И чтобы при преемнике все было бы как сегодня. На февральской встрече в Братиславе Джордж Буш допытывался у Путина, кого тот себе наметил, но Путин ловко уходил от ответа. Вероятно, он еще искренне не знает, кому передать власть, и не слишком забивает себе голову, пока неприятный вопрос не встал ребром. Но вне зависимости от того, что знает или понимает Путин, в Кремле уже идет шоу «преемник-2008». В главной роли числят едва ли не всех проверенных в работе функционеров из Петербурга.

Министра обороны Сергея Иванова уже привыкли называть преемником. Он публичная фигура, вроде как второе лицо в государстве, можно сказать, дублер Путина. Его знают на Западе. Он сам по себе, в стороне от коррупционных скандалов и внутрикремлевских склок. «По-человечески порядочный», — говорят знающие его люди. В его лояльности Путин абсолютно уверен, а имидж ястреба-консерватора — это видимость. На самом деле Иванов мягче. «Сейчас ловить нечего, — мрачно рассуждает менеджер одной из госкомпаний, — а вот уедешь на Украину — и в восьмом году тоже останешься ни с чем». Он тоже рассчитывает, что при Иванове наступит другая жизнь. Иванов очень амбициозный, с самомнением, не бесхребетный и хочет нравиться, описывает министра военный эксперт Виталий Шлыков. Светский, в меру интеллигентный, знает языки, генералы от него сначала выходили в полном изумлении: они привыкли к мату, а тут — кофе, садитесь, пожалуйста.

При этом не только у Иванова нет никакой программы военной реформы, но и в целом у него репутация плохого менеджера: «В закупках и в НИОКР (расходах на разработки. — Newsweek) им крутят как хотят», — говорит собеседник Newsweek. А Путину нужен как раз менеджер. Хотя одна историческая победа за Ивановым есть, напоминает Шлыков, — над Генштабом. В июне прошлого года министр без шума провел через Думу поправки к закону «Об обороне», оставившие за Генштабом чисто аналитические функции и лишившие его всех функций управления. Но вот теперь военная прокуратура прошлась по министерству прицельным залпом обвинений в коррупции и в катастрофическом росте «небоевых потерь» — самоубийства, ДТП, несчастные случаи. Сам Иванов считает, что тут дело в задуманной им реформе военной прокуратуры: прокуроров сделают гражданскими лицами, и они защищают свои звездочки. Но все остальные уверены, что дело, конечно, не в этом, а в том, что замглавы кремлевской администрации Игорь Сечин и генпрокурор Владимир Устинов выводят мощного конкурента из игры. За перепалкой с прокурорами последовало разумное или не очень, но — главное — непопулярное решение о закрытии военных кафедр в вузах. Рейтинг Путина, утверждают социологи, держится на том, что он как бы в стороне от кризисов и провалов, что он за них не отвечает. А Сергей Иванов, выходит, создает их сам.

Если преемник не Иванов, то кто? Похож на преемника — только с другой, можно сказать, стороны — Дмитрий Медведев, 40-летний питерский юрист, «эксперт хорошего уровня», как его называет Путин. С ним у него тоже чувство локтя. Разве что слишком молод. В последнее время, утверждают собеседники Newsweek, Путин очень доволен главой своей администрации. Настолько, что Медведев получил отмашку: не в том смысле, что все ставки сделаны, а в том, что давай, действуй поактивней. Прояви, мол, себя, а там посмотрим. Последнее президентское послание Федеральному собранию в Кремле считают вполне успешным, а его автором, собственно, и стал Медведев. Это он рискнул и пробил вещи, о которых многие даже стеснялись думать, рассказывает чиновник, участвовавший в подготовке текста. Например, про то, что мы европейцы: «Пошел и уговорил Путина». Одни отзываются о нем как о крупном государственном менеджере, курирующем до деталей экономику страны: «Сегодня Медведев — премьер-министр, без иллюзий», — констатирует собеседник Newsweek. Другой кремлевский обитатель восхищается тем, как Медведев проводит совещания: «Если с кем-то не согласен, сразу рубит, почему тот неправ: «Значит так, первое, второе, третье, четвертое — вопросы есть?» Другие видят в нем слабого заваленного бумагами бюрократа: «Вот представьте, полсотни человек сидят под дверью, а он вполне частному вопросу уделяет полтора часа. У [бывшего главы администрации Александра] Волошина ушло бы минут десять».

Глава администрации Путина воюет с силовиками. И на этом фронте у него как минимум два серьезных поражения. Во-первых, весной ему так и не удалось заменить генпрокурора Устинова на своего протеже — подмосковного прокурора Ивана Сыдорука, тоже питерца. Недавно Устинов и вовсе отправил Сыдорука в отставку. Медведев получил компенсацию: председателем Высшего арбитражного суда стал его соратник — первый замгендиректора «Газпром-Медиа» Антон Иванов. Во-вторых, курируемый Медведевым «Газпром» так и не поглотил «Роснефть». Напротив, по схеме либерализации рынка акций «Газпрома» 10,7% акций холдинга перешли от газпромовских «дочек» госкомпании «Роснефтегаз», где в совете директоров — глава «Роснефти» Сергей Богданчиков.

Но Медведев при этом как будто над кланами и над схваткой, утверждает источник Newsweek, хоть и лезет во все интриги внутри «Газпрома». И не только «Газпрома». Например, в конце прошлого года Стальная группа «Мечел» и Магнитогорский меткомбинат боролись за госпакет акций Магнитки. Но «Мечел» неожиданно сдался еще до аукциона и даже продал Магнитке свою долю. Что так и будет, со ссылкой на Медведева заранее рассказывал топ-менеджерам Магнитки Алишер Усманов, глава «Газпроминвестхолдинга». Медведев — очень сильный юрист, утверждает сотрудник РСПП, и увидит в законе любую дырку. Поэтому до сих пор висит минфиновский закон о международных стандартах финансовой отчетности. Говорят, в конце 90-х Медведев еще пописывал курсовые студентам питерского юрфака. Его проблема в том, что в Смольном он всегда был на вторых ролях.

Медведев попал в центр выстроенной президентом схемы аппаратных противовесов, балансируя между питерскими либералами — Дмитрием Козаком, Германом Грефом, Алексеем Кудриным — и группировкой Сечина–Устинова. Вместе со своим заместителем Владиславом Сурковым обеспечивая устойчивость всей конструкции. В недавнем программном интервью журналу «Эксперт» Медведев сам впервые выступил с государственной доктриной: если элиты объединятся перед угрозой распада страны — традицию передачи власти мирным путем можно будет продолжить. То есть Путин уйдет, и все будет так же, как сегодня. Сурков проводил ту же мысль в последнем интервью журналу Spiegelи на встрече с профсоюзом среднего бизнеса «Деловой Россией» (текст его закрытого выступления попал в печать). Сурков призывает финансовую элиту вступать в «Единую Россию»: парламентские выборы — первый акт выборов президентских.

«Если Медведев пойдет наверх, Козака поставят на правительство», — предполагает источник Newsweek. По сведениям Newsweek, за утечкой скандального доклада Дмитрия Козака о тяжелой ситуации на Кавказе стоит руководство администрации. Козак — тоже близкий соратник Путина. Путин даже выбирал между Козаком и Медведевым, когда Волошин ушел в отставку. Но потом решил, что Козак слишком тесно связан с Кудриным и Грефом, а они, по выражению источника Newsweek, «все время с кем-то воюют». И в кресло Волошина сел Медведев. Применительно к 2008 г. Путин может рассуждать так же. Либералы нужны Путину для баланса: и Греф, и Козак уже просили Путина отпустить их, а он обоих держит на работе. Они уравновешивают Сечина с Устиновым.

Генпрокурор Устинов и сам с амбициями, но вряд ли Путин прочит его в преемники, если, как говорят, в своем кругу, не стесняясь, называет «толстомордым». Проблема в том, отмечает эксперт Института социальных систем Дмитрий Бадовский, что у кремлевской партии силовиков нет своего кандидата. А со слов собеседников Newsweekв Кремле и около вообще выходит, что Путин к силовикам поостыл: растеряли былое влияние помощник президента Виктор Иванов и глава ФСБ Николай Патрушев. То же и в регионах. По слухам, вот-вот уволят генерала Георгия Шпака, рязанского губернатора и главу Калининградской области адмирала Владимира Егорова, бывшего командующего Балтийским флотом. Военные и чекисты не могут управлять Россией, подытоживает политконсультант Алексей Трубецкой, сегодня это всем ясно как божий день. Преемник Путина должен быть «в духе послания Федеральному собранию», кивает собеседник Newsweekв Думе. В послании Путин дал понять, что хотел бы, насколько это возможно, сгладить эффект дела ЮКОСа, но отпускать вожжи не намерен. Вот и преемник должен быть таким же: подконтрольным, но самостоятельным, слабым, но в меру сильным, либералом — адептом госкапитализма. Чтобы губы Никанора Ивановича и нос Ивана Кузьмича соединились в единственно правильный портрет. «В идеале это кто-то посередине между Ивановым и Медведевым, — говорит собеседник Newsweek. — Конечно, такого человека нет». Медведев? Вряд ли, пожимает плечами чиновник из Кремля: это будет кто-то совсем другой. Из ближнего круга на роль преемника не подходит никто.

К примеру, спикер нижней палаты Борис Грызлов, не вылетающий из верхней пятерки в шорт-листах, которые составляют комментаторы, не подходит на роль преемника, уверен собеседник Newsweekиз окружения самого спикера. Он хотя и «по-человечески порядочный», но слишком слаб: «Не может же он звонить Путину со всех переговоров и спрашивать, как быть!» Все-таки это должен быть сподвижник, а не просто подчиненный, как Грызлов, говорит другой осведомленный чиновник. А у Грызлова нет амбиций, он просто исполняет директивы сверху. Зато амбиции есть у его коллеги по верхней палате Сергея Миронова: «Я прямо чувствую, как он примеривается», — рассказывал Newsweekкремлевский сотрудник. Или экс-премьер глава Счетной палаты Сергей Степашин, утверждает источник Newsweek в Думе, тоже не избавился от мыслей, что может оказаться в заветном списке. Присматриваются к Кремлю в лагере подмосковного губернатора Бориса Громова. И даже московский мэр Лужков намекает, что без него «проблему-2008» не решить. Все они рассчитывают на авось: что ближе к делу начнется паника и можно будет въехать в Кремль на хромой козе. А сам Путин, объясняет кремлевский чиновник, вошел в фазу, когда непредсказуемость его решений ему кажется их основным достоинством.

Путин может сделать президентом кого угодно, и для этого вовсе не нужно преследовать оппозицию. Можно раскрутить преемника-премьера. Можно самому возглавить партию и прицепить избранника вторым номером. И так далее. Харизма тут вторичная вещь, говорит глава Левада-центра Юрий Левада. Проблема в том, что Путину — если уж он действительно уходит — нужен популярный преемник. Не подходящая фишка из кадрового резерва, а политик, способный своим авторитетом прикрыть уходящего лидера и обеспечить преемственность политического курса. Сегодня в основании властной вертикали — феноменальный небьющийся рейтинг Путина, рейтинг, который нельзя передать как вымпел ударника соцтруда. И сам ушедший в отставку Путин вряд ли его удержит: «Спустившись с вершины пирамиды, Путин снова станет человеком, — объясняет президент фонда «Общественное мнение» Александр Ослон, — и мы будем заново с ним знакомиться». Соцопросы фиксируют общественное раздражение. С Путина не спрашивают, он как талисман постъельцинских обещаний и надежд. Преемнику, не исключено, придется отвечать по чужим счетам. А в кадровой колоде Путина только один туз. «Уход Путина — это конец эпохи, — подытоживает Левада. — Как он уйдет, начнется пересмотр сегодняшних оценок».

И сама эта пресловутая преемственность по сути всего лишь метафора материального (оно же кадровое) положения топ-чиновников. Они возглавляют ГУПы, сидят в советах директоров госкомпаний и на госзаказах. У них не так много своего. И основная миссия преемника — защитить капиталы элиты, заступившей на вахту вместе с Путиным. Эта миссия, вероятнее всего, невыполнима: сильный преемник придет со своей метлой, а слабый — не удержит сложившийся статус-кво.

Оригинал этого материала опубликован в журнале «Русский Newsweek».

По теме
19.04.2021
Но не станет ли вход на территорию кремля после ремонта платным для горожан? Ответа пока нет.
19.04.2021
А те, кто свою выгоду ставит выше интересов государства.
16.04.2021
Было бы странно, если бы в год 800-летия Нижнего Новгорода он старался быть незаметным.
15.04.2021
Будет ли иметь продолжение попытка создания космодрома в Нижегородской области?