16+
Аналитика
28.02.2020
Кто-то положил в карман семь с лишним миллионов рублей, что-то сделал.
28.02.2020
Он довел здание гостиницы до состояния, когда восстановление невозможно.
27.02.2020
Чиновница администрации Нижнего Новгорода на ровном месте создала проблему.
27.02.2020
Нижегородские перевозчики могли формально избежать нарушения закона, просто перепечатав билеты.
26.02.2020
С реалистичностью разработанных администрацией Нижнего Новгорода программ не все ладно.
26.02.2020
Разница в стоимости проезда при наличном и безналичном расчете имеет положительные стороны, но это нарушение закона.
25.02.2020
Департамент образования не смог внятно рассказать о результатах исследования стоимостью 7,5 миллиона рублей.
25.02.2020
Обоснованность передачи Сормовского парка в концессию на 49 лет вызывает сомнения.
21.02.2020
Реставрация здания гостиницы «Россия» возможна, вопрос лишь в желании и капиталовложениях.
21.02.2020
Нужен целостный кадровый подход к обеспечению муниципальных органов власти сильными профессионалами.
20.02.2020
Ситуация в администрации Автозаводского района типична для России.
20.02.2020
Ни общественность, ни градозащитники не считают снос нижегородской гостиницы «Россия» потерей.
17 Января 2005
117 просмотров

В кольце врагов

 «…и оранжевые упоительно дорогие кальсоны, и возможная поездка в Канны».

И.Ильф, Е.Петров «Двенадцать стульев»

Когда я в 1989 году сформулировал свои геополитические взгляды, я был категорическим противником распада СССР и Варшавского договора и действовал практически в одиночку. Вкратце содержание геополитических законов, которые я сформулировал, звучало так:

Россия физически не способна быть маленьким государством, даже влияние на постсоветское пространство бывшего СССР недостаточно для выживания России. Выживание России возможно лишь в виде империи. При этом я должен подчеркнуть: имперская идея – не значит империалистическая. Речь идет о некоей наднациональной модели существования России и о ее призвании распространить свою модель управления на пространство.

Основной закон, которому подчиняется геополитическая реальность, это противодействие суши и моря. Россия отождествляется в этой модели с Евразией, Запад – с Атлантикой. Политика Ельцина заключалась в том, чтобы порвать с этим законом существования России.

В этой связи так называемая «Большая игра» – принципиально неотменимая борьба двух сущностей, изначально враждебных друг другу. Она может закончиться лишь поражением одной из сторон. Даже если Россия прекратит участвовать в Большой игре – за нее будут играть «в поддавки» другие.

Россия сейчас проигрывает противникам, но эта победа «Атлантического морского полюса» – «Атлантики» над «Евразией» – не необратима. Россия пока лишь восстанавливает утраченные навыки геополитической борьбы.

Начав борьбу за сохранение государственной целостности на Северном Кавказе, России пришлось втянуться в борьбу в СНГ. И в этом нынешнем противостоянии в СНГ отчетливо прочитывается борьба между Евразией и Атлантикой: в Грузии, на Украине. Прочтение этих событий как именно геополитического противостояния, стала общим местом у российских политиков. Неважно, каков сейчас уровень реализации геополитических идей, проектов, важно лишь то, что сейчас это – не абстракция, а реальная политика. Т.е. геополитика, отстаиваемая единолично в течение 16 лет, стала элементом общего осознания российской элитой, своего рода политической платформой для Кремля.

Это уже очень много – после долгих лет безвременья и вакуума в сознании элит растет понимание неизбежности «Большой игры».

Если попытаться взглянуть назад, то история этого осознания выглядит так. Все эти годы шли потери Россией своих позиций – при полном безразличии властных элит. Политика Ельцина (как политического класса, а не как личности) была противоречивой – при том, что много было сделано для форсирования распада России. Хотя большая часть окружения была намерена продолжить курс на распад России (развод на уровне автономных республик), в какой-то момент произошел слом, который и реализовался в ходе первой чеченской кампании. Сама чеченская кампания носила вполне шизофренический характер, тем не менее, она отчетливо показала, какие силы задействованы в ходе этой войны. Именно чеченская война вывела на первый план геополитическую составляющую конфликта и поставила российскую элиту на порог осознания этой геополитической реальности. Появился шанс перейти этот порог и заняться проведением реальной геополитики. Этот шанс и был реализован с появлением Путина.

Российская политика претерпела решительные изменения: шизофреничность ситуации была изжита, т.е. игра на стороне чеченцев была минимизирована. При этом, конечно, остались инерционные моменты — спецслужбы, кланы и т.д., унаследованные от ельцинской власти.

Но главным итогом этого периода стал перелом в отношении территориальной целостности РФ, и была отвергнута ельцинская политика. Кроме того, Путиным была сделана попытка выстроить новую политику, основанную на геополитическом понимании важности существования СССР.

Последующие события показали эту противоречивость: начало нового политического этапа при отсутствии подготовленных для решения этих задач людей и институтов. Именно в этом заключаются причины бездарного проигрыша на Украине. Однако, на импульсы, посылаемые постсоветским пространством – интеграционные импульсы Лукашенко и Назарбаева улавливались. Хотя, конечно адекватно на них не реагировали. Главным итогом стало включение Путина в проблемы постсоветского пространства и их адекватное осознание. К сожалению, при адекватном осознании отсутствует адекватная политика.

Проигрыш Ющенко на Украине, где Госдепартаментом США было проплачено все – от оранжевых палаток до «упоительного цвета оранжевых кальсон» — не был предопределен соотношением финансовых ресурсов затраченных с той и другой стороны. Основной причиной проигрыша стало с российской стороны отсутствие людей, способных внятно играть по правилам геополитических игр. Тем не менее, то, что Россия включилась в эту игру, само по себе является позитивным фактором

Движение к адекватности идет постепенно. Политическая элита постепенно осознает неприемлемость любых позиций и идей либеральных идеологов, еще недавно рукоплескавших бомбежкам Белграда.

Плохо, что президенту фактически некем заменить тех, кто, имея атлантические мозги, фактически являются агентурой влияния. Возле него стоит группа неадекватных анахронистичных чиновников, которые подменяют содержательную евразийскую политику бесконечными разглагольствованиями.

Большинство соратников Путина, которые способны заниматься более менее внятным администрированием (Козак, Иванов 2-й), или, как силовики (Сечин и Ивановы 1–й и 3-й), готовы принять евразийскую геополитическую модель, однако не более того. Поэтому их евразийская готовность выражается в виртуальном бунте реальной армии против программы «Аншлаг».

Путин, обреченный историей на «евразийство», вынужден давать указания о реализации геополитических задач людям, являющимися органическими противниками евразийства. И это блокирует эффективность геополитической модели.

Например, в последнем выступлении: осознавая, что Америка ведет себя плохо на Украине – с геополитической точки зрения, -поддерживает Буша в его иракской политике. Так правильный геополитической момент в сочетании с геополитическим вассалитетом приводит к блокированию аналитического подхода российской внешней политики.

Что касается конкурирующих проектов, прежде всего проекта блока «Родина», то он представляется мне крайне опасным. На мой взгляд, это те же самые атлантические круги из администрации президента, несущие угрозу националистического распада России как империи. Имперская идея, как я уже сказал, наднациональна, а атлантизм-национализм сужает ее до национальной миссии. В этом контексте шовинистическая риторика является орудием сдерживания имперской идеологии. Как мне представляется, «Родина» является последним прибежищем «атлантистов».

Текущий момент российской политики представляется мне таким: президент Путин на политической карте России весит больше, чем остальные. Однако отсутствие истории внятной геополитики приводит к тому, что евразийское наследие, на которое он мог бы опереться, отсутствует. Ему приходится волочить за собой груз ошибок прошлого – не собственных, а ошибок структур, которые несут потенциальную возможность евразийства. Тем не менее, можно сказать, что постепенно выкристаллизовываются структуры на которые можно опираться, в том, смысле, что они не имеют ничего против более активной геополитической линии. Это Сергей Иванов, армия и ГРУ, Виктор Иванов и Сечин, не включенные в дешевый PR.

Президент дозрел до постановки геополитических задач на уровне ближнего зарубежья. Окружение не готово к этому, и многое зависит от того, сможет ли Путин активно или пассивно направить окружение по новому курсу. Во всяком случае, можно с уверенностью сказать, что в публичной политической жизни эти процессы не отразятся. Самые интересные вещи будут происходить в кремлевских кулуарах и кабинетах, а не на публике.

Записал Арон Цыпин

Оригинал этого материала опубликован на сайте «Реконструкция Чечни».

По теме
19.02.2020
Ничего противоречащего корпоративной этике глава Автозаводского района не совершил.
19.02.2020
Мэрия истратила 7,5 миллионов рублей – нижегородцы должны знать, на что.    
18.02.2020
Бедный Нагин. Такой он был весь из себя открытый – и на тебе.  
18.02.2020
Объемы выплат будущего концессионера Сормовского парка в бюджет города стоит пересмотреть.  
Подборка