16+
Новости:
9 Февраля 2007 года, 00:00
21 просмотр

А.Лукашенко может позиционировать себя как классический европейский социал-демократ

— Сегодня президент Белоруссии намерен наладить отношения с Западом. При этом Лукашенко заявил, что он не собирается менять политическую систему в стране, как этого требует Запад. Насколько Запад заинтересован в сотрудничестве с Белоруссией?

— Запад действительно заинтересован, и этому есть много примеров. Достаточно сказать о том, что сегодня белорусы с европейцами торгуются не о том, чтобы Европа не вводила санкции, а о том, чтобы Европа не уничтожала торговые преференции, которые существуют в отношении Белоруссии с Евросоюзом. Их торговые взаимоотношения до сей поры были безоблачными. Я думаю, они таковыми и останутся, потому что Белоруссия лоббирует восточноевропейские страны, через которые идет транзит белорусских товаров.

Другой момент заключается в том, что сегодня действительно существует системная заинтересованность Европейского союза в диверсификации транзитных маршрутов. И Белоруссия здесь очень важна. Существует стратегический запрос, уже скорее со стороны Соединенных Штатов, на консолидацию так называемого балтийско-черноморского кордона. Эта фигура угрозы несколько истрепалась, потому что о ней начали говорить еще с 90-х годов, но она не перестает быть реальной. Поэтому системно Запад заинтересован в том, чтобы превратить Белоруссию в классическую транзитную страну, которая не является частью Европейского союза, но которая находится на пути, и которая выдавливает из себя остаточную инфраструктуру российского присутствия.

Что этому мешает? Естественно, этому мешают чисто идеологические соображения. Мы не должны недооценивать степени идеологизации политических элит Европейского союза и США. И для того, чтобы сейчас сделать навстречу Лукашенко какие-то шаги, например, снять запрет на выезд белорусских чиновников, им нужно показать общественному мнению своих стран, что Лукашенко тоже в идеологической сфере делает шаги навстречу.

Я думаю, что Лукашенко будет не так сложно сделать такие шаги. У него есть все возможности для того, чтобы начать позиционировать себя как классического европейского социал-демократа послевоенного периода, когда национальные государства за счет инвестиций в социальную сферу вытаскивали себя за волосы в экономическом плане. Если Европа предложит ему длительный период демократизации, лет на десять, ничто не мешает постепенно вводить какие-то бутафорские атрибуты той демократизации, которую ждут европейцы. Дело имитации либерально-демократической политической системы совсем не сложное. Так или иначе, во всех постсовестких странах действует имитационная политическая система. Лукашенко, видимо, более честный и искренний лидер. Можно воспринимать это как шутку, но факт в том, что он отказывался от многих имитационных механизмов, предпочитая честно обращаться к своему народу, спрашивая, хотят ли они, чтобы он и дальше правил страной. По-человечески это лучше. Но создать имитационный фасад демократической системы совсем несложно. И, если в этом будет серьезная системная заинтересованность, это произойдет.

— Лукашенко уверен, что найдутся западные компании, готовые прийти на предприятия Белоруссии со своей нефтью. Насколько оправдана такая уверенность президента Белоруссии?

— Я слышал, что он выстраивает какую-то систему взаимозачетов, чтобы получать венесуэльскую нефть. Не напрямую, а через взаимозачеты с какими-то компаниями. Почему бы и нет? Действительно, Венесуэла может поставлять нефть кому-то в Соединенных Штатах, а транснациональные компании США или Евросоюза могут поставлять по взаимозачету нефть в Белоруссию. Понятно, что все это требует времени, но диверсификация нефтяного рынка Белоруссии — задача вполне решаемая. С газом сложнее, потому что там все более жестко привязано к системе российских газопроводов. Новых газопроводов из Средней Азии еще нет, они будут строиться достаточно долго. А по нефти, насколько я понимаю, диверсифицировать им будет легче.

— Лукашенко заявил о своем намерении произвести перерасчет в некоторых сферах сотрудничества России и Белоруссии, чтобы компенсировать потери от повышения цен на нефть и газ. Скажите, каковы Ваши прогнозы на дальнейшее развитие политических и экономических отношений двух стран?

— Мы только сейчас начинаем постепенно подходить к серьезным последствиям того торгового конфликта, который имел место. И мы видим, что из-за очень краткосрочной непосредственной выгоды Газпрома и, отчасти, российского бюджета, мы можем понести косвенные, но гораздо более серьезные убытки. Например, сфера военно-технического сотрудничества. Мы знаем, что на территории Белоруссии дислоцированы важные объекты, в том числе российские, у нас общий объект раннего предупреждения ракетных ударов, у нас общая система ПВО. Например, ничто не мешает Александру Лукашенко либо повысить цену на аренду каких-то объектов, либо просто заставить Россию платить за военно-техническое сотрудничество и за присутствие ее объектов на территории Белоруссии. Он может это сделать, не выходя за рамки международного права. А рамки Союзного государства Россия, к сожалению, растоптала сама. Я имею в виду формальные рамки, формальные договоренности по Союзному государству. Как заметил эксперт Иван Стариков, рынок нефти и газа худо-бедно существует, можно говорить о каком-то рыночном уровне цен, по крайней мере, по региональным рынкам. А вот рынка пребывания на территории страны стратегически важных военных объектов не существует. И здесь возможна любая цена. Проблема в том, что если мы вдруг потеряем эти объекты в Белоруссии, например, если Белоруссия через какое-то время заявит о своем движении в сторону Северо-Атлантического альянса, то восстановить аналогичные системы ПВО в России будет стоить не два миллиарда, а двадцать или двести миллиардов долларов. Точных цифр никто не скажет. Да и то не факт, что восстановить могут эффективно. Потому что построено было в советское время, когда с военно-техническим комплексом все было несколько лучше. Это — просто как один из примеров косвенных убытков. Надо было платить за союзничество, потому что косвенные и прямые издержки от его развала будут очень высоки.

Беседовала Юлия Дмитриенко