16+
Новости:
19 Февраля 2007 года, 00:00
96 просмотров

Кадры решают все

Виталий Третьяков, главный редактор еженедельника "Московские новости", главный редактор журнала "Политический класс":

— Что касается назначения Сергея Иванова первым вице-премьером, то это означает уравнивание его в формальном статусе и, следовательно, в предвыборных шансах с Дмитрием Медведевым, который за счет того, что имел должность первого вице-премьера и занимался нацпроектами, воспринимался обществом как кандидат номер один. Видимо, Путин решил, что нужно уравнять формальные обстоятельства и того, и другого кандидата, чтобы соревнование Медведева с Ивановым было честным. При этом Иванов, уйдя с поста министра обороны, таким образом отодвигается от негативной части своего имиджа, связанного с дедовщиной в армии.

Также будем надеяться, что здесь присутствует не только предвыборная политическая составляющая, но и сущностная составляющая, и экономическая составляющая. Иванов хоть и не без проблем работал в Министерстве обороны, но можно считать, что он эффективно руководил этим ведомством. Позитивные трансформации в системе Вооруженных сил Министерства обороны начались при нем. Не без поддержки президента, но, тем не менее, реальной работой занимался сам Иванов. Этот его опыт гражданского политического и экономического менеджера теперь будет использоваться на более высоком посту, для руководства реальным производством. Правда, не совсем понятно, чем будет теперь заниматься Александр Жуков.

Что касается Сердюкова, то это самое загадочное назначение, и оно может обидеть генералов. В этом назначении можно усмотреть как позитивные моменты, так и негативные. Начнем с негативных. По-прежнему российские генералы, как, впрочем, генералы во всем мире, болезненно воспринимают назначение на пост министра обороны лица гражданского и лица публично неизвестного. Без какой-либо внешней известности как бы принижается роль министерства. Хотя вряд ли эта роль принижается, потому что данному назначению предшествовала Мюнхенская речь Путина, которая свидетельствует о том, что Министерство обороны, в частности, Вооруженные силы являются отнюдь не задворками политики президента и его преемника, кто бы им ни был. Впрочем, Сергей Иванов, будучи выходцем из спецслужб, имел какое-то отношение к Вооруженным силам, если понимать это определение в широком смысле. У Сердюкова в этом смысле гораздо более гражданская биография, и даже пребывание на посту главы таможенного ведомства, которое тоже отчасти относится к силовым структурам, скорее бухгалтерско-полицейского направления, чем силового. Конечно, это обижает генералов. Насколько он сможет снять эти проблемы, насколько он будет эффективен как министр обороны, сказать невозможно. Я, например, его совсем не знаю, поэтому не следил за ним как за политической фигурой, и могу только гадать и надеяться на лучшее.

Я вижу позитивный момент назначения Сердюкова прежде всего для самих генералов. Дело в том, что при министре обороны, весьма далеком от военных дел, роль генералов в командовании Вооруженными силами должна только вырасти. Во-вторых, гражданский военный министр — позитивная современная тенденция, если только это не конъюнктурный момент. Но он таковым, по-видимому, не является. Можно к этому добавить, что Вооруженные силы внутри страны пока не являются политической силой. Но, на всякий случай, слабая политическая фигура была назначена министром обороны для того, чтобы в предвыборный период иметь возможность политического маневра по отношению к армии. Если работа министра окажется неудачной, его можно снять, и через это легализовать некое недовольство. Если назначить яркую известную политическую фигуру в Министерство обороны, то в предвыборный период это несколько исказило бы привычный расклад политических сил. Сейчас это человек Кремля в ведомстве и не более того.

Что касается Нарышкина, тут Путин пошел навстречу Фрадкову. Фрадков, безусловно, технический премьер-министр, он не играет никакой существенной роли, впрочем, и не претендует на это. Но делать его полностью зиц-председателем, от которого ничего не зависит в правительстве, было бы неправильно. Поэтому в этой кадровой комбинации, где главное назначение — это Иванов и Сердюков, нужно было продемонстрировать, что интересы главы правительства тоже учитываются. Нарышкин, человек Фрадкова, повышен в должности и, при сохранении должности руководителя аппарата правительства, назначен еще вице-премьером, отвечающим за внешнеэкономическую деятельность. Если с помощью этого назначения удастся стимулировать внешнеэкономическую деятельность России на постсоветском пространстве, то будет только хорошо. Главные же акценты в этих перестановках, безусловно, политические, связанные с предстоящими выборами, а отнюдь не экономические.

В свое время было провозглашено, что надо построить правительственную схему по западным образцам: никаких вице-премьеров, только премьер-министр и министр, отвечающие за те или иные направления. Но на всякий случай одного вице-премьера оставили — Александра Жукова — и считали, что это западная схема, которая подходит для России в современных условиях. Но Россия сильнее всяких схем. Историческая составляющая нашего аппарата, привычные методы его управления в этой гигантской стране остаются неизбывными. И мы видим, как за четыре или пять лет постепенно вернулись к тому, от чего пытались отказаться: у нас снова несколько вице-премьеров. Я уверен, что не будь политической необходимости, связанной с выборами, все равно это произошло бы, уже по экономическим, бюрократическим предпосылкам. Эти перестановки показывают, что привычные нам формы управления являются более эффективными, даже при их очевидных слабостях, чем привнесенные с Запада. И не нужно отказываться от многих традиций, тем более, что жизнь сама их восстанавливает.