16+
Новости:
27 Февраля 2007 года, 00:00
57 просмотров

Халед и Авигдор

Глава политбюро ХАМАС Халед Машаль и израильский вице-премьер Авигдор Либерман в один и тот же день оказались в российской столице. Уже сам факт приезда Машаля в Москву, как, впрочем, и факт приезда Либермана – повод для многочисленных спекуляций на ближневосточную тему. Но когда в одном городе в одно и то же время оказываются глава палестинских радикалов и известный своими жесткими взглядами представитель израильского правительства – тут простор для комментариев и домыслов огромный.

Хотя понятно, что нынешняя поездка Халеда Машаля не может вызывать такой же ажиотаж, как его первый визит в российскую столицу. Тогда делегация победившего на парламентских выборах в автономии радикального движения приезжала в российскую столицу по приглашению президента Владимира Путина, и были предположения, что ХАМАС согласится изменить свою непримиримую позицию по отношению к Израилю, а Россия станет неоценимым посредником в ближневосточном урегулировании. Но этого не произошло. Позиции ХАМАС не изменились даже тогда, когда стало ясно, что движение рискует утратить реальную власть в автономии. Российская роль в регионе тоже не претерпела серьезных изменений. И даже стремление хамасовцев использовать поездку в Москву для легитимизации своего движения как серьезной политической организации потерпела провал: практически сразу же после формирования движением правительства автономии она оказалась в продолжающейся до сих пор блокаде.

Теперь Машаль призывает Москву помочь палестинцам и добиться снятия блокады после формирования правительства национального единства. Россия действительно имеет в этом вопросе позицию, отличную от взгляда Соединенных Штатов. Однако вряд ли Москва может реально помочь дамасскому лидеру ХАМАС. Государственный секретарь США Кондолиза Райс уже заявила, что новое палестинское правительство должно вначале признать Израиль – и США вряд ли, в отличие от России, удовлетворятся готовностью признать еврейское государство частью министров нового кабинета. Вряд ли Машаль этого не понимает. Однако его поездка, как и многие другие визиты хамасовских эмиссаров, носит прежде всего пропагандистский характер – Машалю необходимо убедить сторонников движения, что оно пользуется международной поддержкой и не должно идти на уступки. Именно поэтому Машаль может позволить себе просить Россию надавить на Израиль с целью признания последним возможности создания Палестинского государства. Хотя в Израиле основные политические силы давно уже не отрицают возможности создания такого государства, требуя от его будущих лидеров признания Израиля и права израильтян на безопасное сосуществование с соседом. И то, и другое противоречит программе ХАМАС. Однако даже руководители этого движения не исключают возможности контактов с израильтянами.

Конечно же, в этой связи приезд в Москву Авигдора Либермана воспринимался прежде всего как шаг к подобным контактам. Однако вряд ли стоит придавать такое серьезное значение пребыванию в России израильского вице-премьера. С политической точки зрения поездка Либермана могла преследовать главную цель – напомнить России о существовании Израиля и израильском представлении о ХАМАС. Ну и, конечно же, есть еще одна, пожалуй, даже самая важная цель израильского правительства – освобождение капрала Гилада Шалита. Тут можно использовать любую возможность, в том числе и российские контакты с Машалем. Хотя вряд ли российское представители добьются от главы политбюро ХАМАС готовности содействовать освобождению израильтянина – в пропагандистскую программу поездки этот пункт не входит.

27