16+
Новости:
13 Февраля 2007 года, 00:00
123 просмотра

Москва атаковала Дарвина

Государственный Дарвиновский музей в российской столице был первым музеем в мире, посвященным теориям эволюционизма. В эти дни музею исполняется 100 лет. Его основал Александр Федорович Котс с целью эмансипации учащихся Высших женских курсов: новые научные теории должны были помочь курсисткам стать эмансипированными женщинами, иными словами, более образованными матерями. Оптимизм позитивистского толка с некоторым налетом прогрессивного мистицизма, который просматривается и в переписке Котса со Львом Толстым.

С началом советской эпохи музей стал использоваться для подтверждения значимости материалистических идей при помощи богатейших коллекций образцов фауны, ископаемых и реконструированных скелетов животных. Эти идеи использовались в советские времена для борьбы с креационистскими гипотезами, изложенными в Библии. Стоит напомнить, что с образовательной точки зрения этот музей является настоящим раем. Здесь можно прослушать аудиозаписи пения птиц Сибири или Кавказа, увидеть чучело животного, родившегося от скрещивания тигра и льва, взглянуть на останки динозавров, купить значок с изображением обезьянки или куб, при помощи которого можно познакомиться с теорией эволюции.

Безусловно, в наши дни такой музей оказался в центре внимания не только по причине дискуссий, возникших в связи с годовщиной со дня рождения Дарвина. В качестве примера можно упомянуть о 16-летней девушке Маше Шрайбер из Санкт-Петербурга, которая подала иск против российского министерства образования. В чем причина?

Говоря простым языком, по ее мнению, следует покончить с преподаванием дарвинизма в школах, в программы следует внести изменения, чтобы были понятны и идеи креационизма, основы религий. В скором времени ожидается решение московского суда по этому вопросу. Случай весьма не простой и, в отличие от американской практики, не имеющий прецедентов. Между тем Маша делегировала папу представлять ее в суде, и родитель не упустил возможности и чего только не наговорил о теориях эволюции видов.

По его словам, дарвинизм является первым шагом к фашизму и основой современного нацизма. Он также заявил: «У меня и у моей семьи вызывают отвращение доктрины, навязанные государством», – в том числе и потому, что он считает «концепцию Дарвина псевдонаучной». «Я ее изучил, и она кажется мне смешной: он совершал туристическую поездку на корабле, увидел каких-то птиц и построил теорию, которая, по моему мнению, тянет лишь на гипотезу».

А музей между тем продолжает принимать толпы школьников, и все они могут стать дарвинистами в этих залах, глядя на семейство сибирских волков, или на американского буйвола, или на рептилию с Мадагаскара. Как ожидается, в 2007 году будут выставлены чучела нескольких слонов, которых советские руководители получали в знак уважения от правителей соседних стран. Симпатичные толстокожие животные не выносили русского климата, и традиция, восходящая ко временам Ивана Грозного, была остановлена вместе с завершением эпохи Брежнева.

Самым интересным ожидаемым экспонатом станет скелет слона, подаренного шахом царю Петру Великому. А в Санкт-Петербурге в Эрмитаже можно увидеть гигантские башмаки, которые надевали слону, чтобы он мог передвигаться по российским дорогам в снег и стужу. Слон был не единственным. После революции 1917 года возникло немало проблем со слонихой Цзиньтяо, двумя слонами, подаренными Николаю Второму, Сарой и Дженни. Конечно же, будет выставлено чучело слона, подаренного Сталину эфиопским негусом: после того, как началась Вторая мировая война, было решено с соблюдением всех норм секретности переправить его в Екатеринбург. Там его держали в церкви, где он и умер, не попав в руки немцев.

Нам пока неизвестно, сколько чучел слонов будет выставлено в музее, поскольку время от времени в Москве в каком-нибудь хранилище обнаруживаются останки слонов. И удивляться тут нечему. Стоит только уточнить, что эти останки сохраняются не для подтверждения теории Дарвина. Дело в том, что в России все оставляют про запас, вдруг пригодится. Даже если эти бедные останки не слишком понравятся Маше Шрайбер и ее отцу Кириллу.