16+
Новости
7 Марта 2007, 00:00
20 просмотров

Падение из окна

Критических журналистов в путинской России подстерегают опасности, и об этом было известно еще до убийства Анны Политковской. Сейчас, снова при загадочных обстоятельствах, умер военный журналист – при этом оппозиционером он не был

К особенностям российского уголовного права относится статья 110, которой «за доведение до самоубийства» предусмотрено лишение свободы сроком до пяти лет. Наказанию подлежит тот, кто толкает свою жертву на добровольную смерть. Но применяется эта статья достаточно редко, так как, если приглядеться повнимательнее, подобная «добровольная» смерть таковой, собственно, не является. Однако в случае смерти российского журналиста Ивана Сафронова московская прокуратура возбудила уголовное дело именно по этой статье.

Сафронов в конце прошлой недели выпал из окна пятого этажа своего московского дома. Его коллеги и родственники не верят, что он пошел на это добровольно. Они считают 51-летнего журналиста жертвой преступления. Ясно только одно: Сафронов как военный обозреватель газеты «Коммерсант» имел достаточно поводов, чтобы нажить себе врагов.

«Оригинальным шагом» российской юстиции считает возбуждение уголовного дела по статье 110 Олег Панфилов, руководитель московского Центра экстремальной журналистики. «Я не верю в версию самоубийства, – говорит он. – Никто в нее не верит». Это, очевидно, относится и к прокуратуре, однако она, считает Панфилов, побоялась возбуждать дело по обвинению в неумышленном или умышленном убийстве.

До сих пор, во всяком случае, юстиция ничего не хочет слышать о том, что смерть Сафронова может оказаться очередной в серии убийств журналистов в России. По данным организации «Репортеры без границ», за период президентства Владимира Путина, с 2000 года, в России был убит 21 журналист.

Только в прошлом году погибли трое корреспондентов. Самой известной жертвой была Анна Политковская, которая обрела мировую известность своими репортажами о преступлениях в Чечне. До сего дня ее убийство не раскрыто.

Не оппозиционер

Эти два случая вряд ли стоит сравнивать. «Иван Сафронов брался за горячие темы, но он не был оппозиционером», – говорит представитель авиакосмического концерна EADS Грегор фон Курзелль. Журналист, скорее, находился «внутри системы».

Немец хорошо знал Сафронова и с трудом может представить себе самоубийство бывшего офицера и «абсолютно семейного человека». Информация, полученная от его друзей и коллег, тоже указывает на отсутствие у него проблем в личной жизни. Профессиональных трудностей у него тоже не было, заверяет редакция «Коммерсанта».

Однако тем временем стало известно, что Сафронов работал над очередной «горячей темой». Во вторник «Коммерсант» сообщил, что журналист получил информацию о планируемых нелегальных поставках вооружения из России в Сирию и Иран.

При этом он опасался, что после ее публикации ФСБ инициирует против него уголовное дело за разглашение государственной тайны. Редакция собирается начать собственное расследование смерти коллеги – однако от предположений или, тем более, обвинений она пока воздерживается.

Олег Панфилов из Центра экстремальной журналистики считает, что шансы на расследование этого дела невелики. Оно будет расследовано «либо в течение недели, либо никогда». Однако он не хочет говорить об ударе по свободе слова – потому что ее, по его мнению, в России не существует.

Подборка