16+
Новости:
20 Февраля 2007 года, 00:00
61 просмотр

Пенсий не будет?

Пенсионная реформа в России провалилась. Ее автор Михаил Зурабов публично объявил о том, что накопительные счета граждан будут переданы из Внешэкономбанка обратно в Пенсионный фонд. При этом уровень демонизации Зурабова достиг апогея – раньше он хотя бы был прогрессивно мыслящим реформатором, теперь же стал просто неэффективным менеджером-ретроградом. На самом деле, Россия пока просто не готова к введению накопительной пенсионной системы.

На пенсию в 90 лет

Когда канцлер Германской империи Отто фон Бисмарк в 80-е гг. XIX в. вводил пенсионную систему, средняя продолжительность жизни в Германии составляла 45 лет. Поэтому, экстраполируя тогдашнюю ситуацию, можно сказать, что нынешние жители ФРГ должны выходить на пенсию не раньше достижения 90-летнего возраста. Однако «пенсионный» возраст в большинстве развитых стран находится намного ниже уровня средней продолжительности жизни. В этом, в том числе, «виновата» и пенсионная система.

До тех пор, пока западная экономика росла стремительными темпами, демонстрируя «экономически чудеса», до тех пор, пока уровень рождаемости был довольно высоким, эта система работала. Новое поколение, более многочисленное и богатое, кормило стариков. Но ситуация изменилась: темпы экономического роста упали, рождаемость тоже.

«Естественная» (или «семейная») пенсионная система основывалась на высокой рождаемости. Чем больше у тебя отпрысков, тем больше ты застрахован на случай нетрудоспособности по возрасту. Таким образом, каждая семья сама готовила себе «запасной аэродром». Если по тем или иным причинам семья не могла иметь детей, она впадала в нищету.

Государственная пенсионная система избавила людей от этих рисков – неважно, сколько у тебя детей, важно, как ты работал и сколько зарабатывал. Стало выгоднее тратить силы и время на карьеру, а не на рождение и воспитание потомства. Ребенок превратился из «страхового полиса» в дорогую игрушку. В результате — резкое снижение рождаемости.

Но, как оказалось, государственная пенсионная система базируется на той же основе, что и «семейная» — работающего населения должно быть больше, чем пенсионеров. Фактически, «естественную» пенсионную систему просто подняли с уровня каждой конкретной семьи на национальный уровень. И когда детей в «национальной семье» стало мало, государственная пенсионная система потерпела крах.

К 2012 году дефицит российского Пенсионного фонда, по оценке ОЭСР, составит 420 млрд рублей. Этот дефицит может быть покрыт из средств государственного бюджета. Пенсионный фонд уже во всю берет деньги из Стабфонда на выплату текущих пенсий. Но бесконечно так продолжаться не может. Чем больше доля пенсионеров, тем выше должны быть налоги на их содержание. А рост налогов угнетает рост экономики. Поэтому правительства развитых стран уже сейчас оказались перед выбором: или сохранение действующей пенсионной системы, или рост экономики.

А точнее, выбор еще сложнее: или экономический рост, или сохранение демократии. Дело в том, что пенсионеры – самая сплоченная социальная группа, и их главный общий интерес – высокие пенсии. Поэтому, в условиях, когда пенсионеры составляют самую большую часть электората, любая политическая сила, которая гарантирует им защиту, может обеспечить себе политическую монополию, приведя при этом экономику к краху. И избежать этого можно только ограничив всеобщие избирательные права, то есть лишив пенсионеров права голоса.

Накопительная альтернатива

В качестве панацеи предлагается накопительная пенсионная система. То есть человек откладывает в течение жизни деньги, инвестируя их в ликвидные активы, чтобы после выхода на пенсию использовать накопленный капитал. Таким образом, пенсионер становится обычным рантье. Существуют серьезные сомнения в том, что подобная система будет работоспособной, в случае, если она станет всеобщей.

Главная причина того, что пенсионная реформа в России провалилась, — не в Зурабове, не в ВЭБе и не в консерватизме чиновников. Главная причина в том, что в России нет достаточного количества активов, в которые могут вкладываться негосударственные пенсионные фонды. Надо сказать спасибо населению, которое не кинулось переводить свои средства из ПФР в негосударственные пенсионные фонды. Иначе экономика уже лежала бы в руинах. Куда бы стали инвестировать частные фонды? В корпоративные облигации? Тогда под давлением огромных объемов пенсионных средств доходность по ним бы рухнула и сравнялась с доходностью государственных облигаций, то есть с все теми же 2% годовых. В акции? Рост фондового рынка и так впечатляет, а при наличии большого объема пенсионных средств он был бы еще стремительнее.

Пенсионные фонды разогрели бы фондовый рынок до такой степени, что никаких пенсионных накоплений не хватило бы на покупку акций. То есть хорошая доходность была бы только у тех, кто успел в начале рывка, у тех, кто не успел, просто не хватило бы денег. Капитализация российских компаний стала бы никак не связана с их экономическими показателями. Появился бы новый вид высокодоходного бизнеса – создание «дутых» компаний и вывод их на IPO. Как и любая пирамида, рано или поздно все это бы рухнуло. А, скорее всего, пенсионные фонды, как долгосрочные инвесторы, просто скупили бы все акции, и фондового рынка в России не стало.

Других ликвидных активов в стране просто нет. В отличие от Запада, где уже есть производные ценные бумаги пятого уровня, В России нет даже обычных производных ценных бумаг. Да что там производных! Даже вкладывать средства в землю и недвижимость нельзя. Сельскохозяйственная земля – основной актив для инвестиций на Западе – у нас находится в «общинном» владении. Крестьяне владеют не землей, а паями, то есть долей в некоем общем колхозном поле. В этих условиях ни рынка земли, ни, тем более, ценных бумаг на землю не может быть по определению. Фьючерсная торговля нефтепродуктами появилась только в начале 2007 г. Развитой биржевой торговли нефтью, золотом и другими биржевыми сырьевыми товарами нет, рынка ипотечных закладных — тоже.

В общем, как в такой ситуации авторы пенсионной реформы собирались создать накопительную систему, неясно. Единственный выход – предоставить пенсионным фондам право инвестировать в зарубежные активы. Но это означает, что российские пенсионные средства будут работать на чужие экономики, а пенсионеры будут зависеть не от своего правительства, а от правительств «цивилизованных стран». Поэтому самое раннее, когда можно будет начать внедрять в России накопительную пенсионную систему – 2010-2015 гг, когда, возможно, появятся достаточно развитые рынки ценных бумаг.

Пока же дефицит Пенсионного фонда будет нарастать. После президентских выборов 2008 г. пенсионный возраст, скорее всего, будет повышен, а индексация пенсий прекратится. В результате, средняя пенсия будет даже ниже нынешних 20% от средней зарплаты. Как и 100 лет назад, единственной более-менее надежной гарантией спокойной старости остаются дети.

Александр Якуба