16+
Новости:
1 Марта 2007 года, 00:00
78 просмотров

«ROCK-N-ROLL» верных

Макси-сингл «ROCK-N-ROLL – это мы» предварительно знакомит тех, кто ещё не в теме, с новым концертным звучанием «Алисы». Минули времена, когда творчество Константина Кинчева можно было разрубить сплеча на «изысканный нью-вейв» и «прямолинейный хард-рок». И даже назойливые ассоциации с «Раммштайном» ничего не объясняют…

Новая «Алиса» предстаёт во всей красе в серьёзно переосмысленном «Шабаше», который и открывает альбом. Вступление позаимствовано из симфонической поэмы Рихарда Штрауса «Так Говорил Заратустра» (массовый слушатель хорошо знаком с этой мелодией по узнаваемой музыкальной заставке к передаче «Что? Где? Когда?»). Напряжение нарастает – и вот уже безысходные готические клавиши задают тон ситуации. Кинчев прицельно бьёт по двум извечным бедам национального русского самосознания: доморощенному ницшеанству и сельской готике.

Со времён Достоевского Вечность удобно представлять в виде баньки по-свидригайловски. И интерьер сего заведения продуман до мелочей: удушающий озноб, пауки по углам, приоритет тёмных красок (что ж Высоцкий зря ли надрывался по поводу «Баньки По-Чёрному»?!). Пелевинский Чапаев исправно поставляет сюда самогон с луком. Напыщенный Петька отвечает за философскую составляющую нескончаемых бесед. Мёртвый Юрий Хой («Сектор Газа») является в полночь с гитарой и берёт надломленные три аккорда, поминая всех обитателей Валгаллы барона Юнгерна. Болезненно оживлённые братья Самойловы срывают двери с петель и сотрясают спёртый воздух криками: «Вчера хоронили тёщу – порвали два баяна».

В «Шабаше» эта вакханалия длится недолго. «Алиса» оперативно обуздывает её стройной поступью упорядоченных гитар. Призрак готической баньки эпизодически мелькает ещё и в концертной версии «Изгоя», пока обитателей зыбкого горящего строения не выводит на свет Божий сам Христос. Живое «Небо Славян» содержит давно чаемое удовлетворение (не имеющее ничего общего с праздной расслабленностью). По сравнению со студийным вариантом (который тоже имеется на диске) в «Небе…» значительно больше бэк-вокалов басиста Петра Самойлова. Студийная вариация – маршеподобная и воинственная, концертное воплощение – объединяющее и соборное.

Публикация «живой» версии антитеррористических «Зверей» возвращает поклонникам «Алисы» исходную неполиткорректность строчки «Зверя лечит только отстрел». Как известно, в альбоме «Изгой» Кинчев был вынужден пойти на компромисс, заменив её на «Цепь да клетка зверю в удел…» Но не только этим ценен трек с макси-сингла. Вновь Кинчев сотоварищи расстарались с аранжировкой: ноющим «ближневосточным» гитарам противопоставлен действенный кузнечный молот гоголевского бесогона Вакулы.

К разряду бонус-треков причислена и сольная композиция гитариста «Алисы» Игоря Романова «Огонь и Вода», к которой Константин Кинчев сочинил филигранный текст. Величественно и витиевато здесь воспета «бесконечность слов», которой восхищался ещё св. прав. Иоанн Кронштадский: «Человек, вы сами видите, в слове своем не умирает; он бессмертен в нем и по смерти говорит. Я умру, но и по смерти буду говорить… Как живуче слово, даже человеческое! Тем более – Слово Божие: оно переживет все века и будет живо и действенно». Попутно задеты недостойные правозащитники, аплодировавшие поражениям российских войск в первой чеченской кампании:

Узники совести трут о правах человека,

Но конвертируют право в открытый террор…

Завершается диск на высокой ноте о спасительности православной рок-миссии. Вместе с «Ва-Банком» Кинчев исполняет песню «Радиодыры (Безумные Старцы)», содержащую мягкую самоиронию старой гвардии «верных» рок-н-ролльщиков. А в нашумевшем гимне «ROCK-N-ROLL – это мы» к Кинчеву и «Ва-Банку» присоединяются Гарик Сукачёв и братья Самойловы. Номер вышел таким же продуманным и концептуальным, как недавно изданная «арийская» «Воля и Разум» с вокалом Шевчука, Бутусова и тех же Самойловых. Надрывный Александр Ф. Скляр поёт об обмене «правды на боль». Неспокойные Глеб и Вадим, будто вспоминая о реалиях своей старой песни «Грязь», горячо исповедуются в срывах «в крутое пике». Кинчев педантично перечисляет духовно близких рок-н-ролльщиков и с надеждой замечает, что их перечень явно ещё не закрыт…

Как и списки живых в Книге Бытия.