16+
Новости
28 Февраля 2007, 00:00
41 просмотр

Российские контракты на Ближнем Востоке мешают американской стратегии по Ирану

Попытки США обуздать Иран и его ядерную программу наталкиваются на новое препятствие: желание России вернуть себе влияние и рынки на Ближнем Востоке.

Прошлой осенью, в то время как США и Россия спорили по поводу резолюции ООН о мерах противодействия иранской ядерной программе, Москва незаметно продвигалась вперед на другом фронте. Как признали в декабре российские чиновники, она осуществила поставки противовоздушных комплексов для защиты иранских исследовательских и обогатительных предприятий на сумму свыше 700 млн долларов. После этого российские военные начали обучать иранских офицеров использованию новых систем.

«Иран не должен чувствовать себя во враждебном окружении, – заявил президент Владимир Путин каналу «Аль-Джазира» в феврале, после того как Тегеран успешно испытал полученное вооружение. – Иранский народ и иранское руководство должны чувствовать, что у них в мире есть друзья».

Усилившись за счет огромных нефтяных доходов и поднявшейся экономики, Кремль теперь намерен вернуть себе влияние в мире и составить конкуренцию США, особенно на Ближнем Востоке. Вчера США, поддавшись общим требованиям вступить в переговоры с Тегераном и другими своими противниками, согласились присоединиться к региональным переговорам по Ираку с участием Ирана и Сирии. Однако, по заявлению Вашингтона, круг обсуждаемых вопросов будет узким.

Борясь за возвращение влияния в регионе, Москва списала советские долги на миллиарды долларов и подписала ряд прибыльных энергетических и оружейных контрактов. Это вызвало в Вашингтоне рост беспокойства. Кроме того, власти США и Израиля говорят о признаках того, что российские противотанковые ракеты вновь попадают в руки ливанской группировки «Хизбалла» через Сирию. Это происходит несмотря на то, что Кремль пообещал перекрыть эти каналы после войны Израиля с «Хизбаллой» прошедшим летом. Россия испортила отношения с США еще и тем, что начала развивать контакты с палестинской вооруженной группировкой «Хамас», которую США причисляют к террористическим организациям.

Характерный пример

Но самый характерный пример новой агрессивной политики России – это действия по отношению к Ирану. Администрация Буша несколько месяцев старалась повлиять на Москву с целью недопущения оружейного контракта с Ираном – крупнейшего между этими странами за многие годы. Для Белого дома и большей части арабского мира прошлогодняя война в Ливане послужила сигналом о том, что Иран все активнее поддерживает такие радикальные группировки, как «Хизбалла». Как следствие, США увеличили свое военное присутствие в Персидском заливе и не спешат отказаться от идеи удара по Ирану. Эти же события привели к введению финансовых мер против иранских банков и иных финансовых учреждений, а также к попыткам ООН остановить иранскую ядерную программу.

Россия пошла совсем иным курсом. Начиная с прошлой осени Москва в течение четырех месяцев использовала свое право вето в ООН, эффективно препятствуя попыткам США и Европы ввести жесткие санкции в ответ на иранскую ядерную программу. Наконец, в декабре Россия согласилась с сильно урезанным вариантом резолюции, который лишь частично затронул иранскую ядерную и ракетную программы.

В январе, когда США и Европа добивались изоляции Ирана, а американские силы задержали ряд иранских представителей в Ираке, Путин тепло отреагировал на иранское предложение о создании Россией и Ираном, двумя странами с крупнейшими запасами природного газа, газового альянса наподобие ОПЕК. Эта идея вызвала резко негативную реакцию со стороны Вашингтона и Европы. В феврале Путин произнес в Германии речь, которая породила на Западе опасения, не начинается ли новая холодная война. Он заявил, что военная агрессия США стала причиной того, что Иран и подобные страны стремятся создать ядерное оружие.

«Россия – это огромная помеха на иранском направлении, – говорит Джон Болтон, который часто конфликтовал с Москвой в ООН, где он до декабря занимал должность американского посла. – Говоря о России и Иране, сложно определить, кто чей клиент».

Нынешние чиновники администрации, тесно работающие с Россией, далеки от такой жесткости в оценках. Тем не менее беспокойство по поводу действий Москвы на Ближнем Востоке – и по поводу ее внешней политики в целом – нарастает. «Что касается Ирана, то русские хотят угнаться разом за двумя зайцами, – уверен один из высокопоставленных чиновников в США. – Они хотят продемонстрировать свою жесткую позицию неприятия ядерного вооружения Ирана, но в то же время сохранить с ним дружественные отношения и продолжать поставлять оружие».

Судя по всему, напряжение вновь усилится, поскольку на прошлой неделе Международное агентство по атомной энергии ООН объявило, что Иран создает сотни новых центрифуг в своем главном исследовательском центре в Натанзе и активизирует попытки по обогащению урана. Многие на Западе воспринимают эти действия как признак того, что Тегеран на фоне уверений в обратном стремится создать ядерное оружие. США, Франция и Великобритания немедленно призвали к принятию новой резолюции с санкциями. Однако Россия предупредила, что она будет выступать против любых действий, направленных против иранской экономики. В понедельник в Лондоне состоялась дипломатическая встреча, однако подробности пока не обсуждались.

Российские власти заявляют, что их цель аналогична цели США – не позволить Ирану получить ядерное оружие. Однако Россия настаивает, что стремление администрации Буша к конфронтации с Ираном не принесет успеха и может вызвать очередную войну на Ближнем Востоке. Кроме того, Кремль рассматривает Иран как важного покупателя своего оружия и мирных ядерных технологий и заявляет, что экономические связи обеспечивают ему столь нужные рычаги давления на Тегеран.

Более мягкий подход

Более мягкий подход Москвы к Ирану – метод кнута и пряника – служит и другим целям России. Он позволяет Москве продемонстрировать свое влияние в Совете Безопасности ООН, где Россия – одна из пяти стран, имеющих право вето. Препятствуя жестким экономическим санкциям, Россия может продолжить расширение торговых связей с Ираном и показать другим странам Ближнего Востока, что дружба с Москвой политически выгодна.

Ближний Восток – главный целевой рынок для российского оружия и ядерных технологий. Именно на эти отрасли рассчитывает Путин, намереваясь диверсифицировать зависимую от нефти экономику страны. Как ожидается, в 2007 году общий экспорт российских вооружений составит рекордные 7,5 млрд долларов. Эта торговля быстро наращивает темпы на Ближнем Востоке, хотя Россия все еще серьезно отстает от США и Европы. Кроме того, Россия в соответствии с подписанным в 1992 году контрактом занимается строительством единственной в Иране атомной электростанции в портовом городе Бушер на юге страны. Сейчас этот проект не встречает сопротивления со стороны американских и европейских лидеров. Путин назвал санкции США против российских оружейных и ядерных экспортеров, связанных с Ираном, попытками США создать условия для «недобросовестной конкуренции». По его словам, Кремль не станет поставлять оружие, которое могло бы изменить баланс сил в регионе.

Благодаря росту экономики и выплаченному внешнему долгу Кремль сейчас значительно улучшил свое положение, что позволяет ему отстаивать собственные интересы и заставляет США прислушиваться. «Россия не претендует на роль сверхдержавы, – сказал Путин в интервью «Аль-Джазире». – Но Россия знает себе цену. И мы будем стремиться к тому, чтобы мир был многополярным».

Официальные лица в России заявляют, что жесткие санкции против Ирана приведут лишь к тому, что он ускорит разработку ядерного оружия. Ядерные объекты Ирана слишком сильно рассредоточены и хорошо замаскированы, поэтому удары с воздуха не принесут успеха, заявляют российские представители. В Вашингтоне и в Европе многие разделяют их точку зрения. Неудачное нападение, предупреждают они, породит такую волну насилия и нестабильности по всему Ближнему Востоку, по сравнению с которой хаос в Ираке покажется мелочью. Эта волна, по их мнению, докатится до южных регионов России, уже расколотых сепаратизмом. «Мы не поддерживаем мнение, что наилучший способ для выработки долгосрочного и всеобъемлющего решения – это изоляция и конфронтация», – заявил посол России в США Юрий Ушаков.

У Москвы и Вашингтона и прежде бывали противоречия по ближневосточным вопросам, однако до недавнего времени эти конфликты не заходили далеко. Например, во время подготовки США к вторжению в Ирак в 2003 году Кремль предупреждал, что стремление Вашингтона к конфронтации окажется непродуктивным. Но в итоге публичной критикой Москва и ограничилась.

Еще в 2005 году, когда США и Израиль предупредили, что оружие может попасть в руки «Хизбаллы», Москва отказалась от планов по поставке Сирии современных противовоздушных ракет. Тогда Россия подписала с Вашингтоном соглашение, по которому в будущем обязалась сообщать о поставках подобных вооружений.

«Сложный партнер»

Но сейчас разговоры о «стратегическом партнерстве» Вашингтона и Москвы прекратились. Российские власти рассержены тем, что США критикуют Путина за подавление российской оппозиции. Вызывает их недовольство еще и то, что Вашингтон обхаживает бывших советских соседей России и препятствует попыткам кремлевских энергетических гигантов распространить свое влияние за границу.

После февральского визита в Вашингтон министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил российскому телевидению, что США – «самый сложный партнер» Москвы.

Затем Москва вызвала в Вашингтоне замешательство, резко выступив против планов США по созданию в Европе системы противоракетной обороны для защиты от потенциальной угрозы со стороны Ирана. Московские военные в выражениях, заставивших вспомнить холодную войну, пригрозили нацелить ракеты на американские базы, которые планируется разместить в Польше и Чехии. Госсекретарь Кондолиза Райс назвала эту угрозу «крайне неудачной».

Представители российских властей, начиная с Путина, практически не скрывают удовольствия, говоря о промахах США на Ближнем Востоке и о том, что Москва предупреждала: вторжение в Ирак окажется плохой идеей. «Сегодня в глазах российских властей Америка потерпела громадное поражение», – говорит Евгений Сатановский, президент московского Института Ближнего Востока.

В то же время многолетнее обхаживание Кремлем Ирана и арабских стран Ближнего Востока привело к тому, что его политические и экономические связи в регионе развились до уровня, которого не было даже в годы холодной войны.

На Россию не давит коммунистическая идеология, которая не давала Советскому Союзу наладить связи с множеством стран Ближнего Востока. «У нас в арабском мире вообще исчезли страны, с которыми у нас есть какие бы то ни было противоречия», – сообщил Путин «Аль-Джазире» перед своей ближневосточной поездкой.

Как и во время других турне, в состав его делегации вошли представители крупных российских компаний, намеренных заключить контракты в таких сферах, как энергетика, вооружения и ядерная энергия. В то время как Запад постоянно критикует Кремль за свертывание демократических институтов, ближневосточные лидеры открыто призвали Путина проигнорировать конституционный запрет и остаться в должности после окончания полномочий в следующем году.

«Идеологии больше нет, есть бизнес», – объясняет Сатановский.

Масштабы изменений за последний год стали очевидны. В июне Россия наконец согласилась обсуждать в Совете Безопасности ООН вопрос о противодействии иранской ядерной программе. Она поддержала обещания предоставить Ирану ряд торговых и прочих уступок (в том числе организовать прямые переговоры с США), если Тегеран остановит работы по обогащению урана. Но Россия одновременно дала понять, что не поддержит какие-либо меры против иранской экономики или потенциальные военные действия.

А спустя две недели, на саммите «большой восьмерки» в Санкт-Петербурге Путин, впервые принимавший подобную встречу, взял на себя роль лидера, который намерен выработать совместный ответ стран на вспыхнувшую войну в Ливане. По словам лиц, знакомых с подробностями саммита, он напомнил, что после прихода к власти в 2000 году ему пришлось столкнуться с выступлением исламистов (как происходящее называет Кремль) в Чечне и агонизирующей экономикой. Обещания помощи со стороны партнеров по «восьмерке» во многом оказались лишь словами – гораздо активнее звучала критика жестокости россиян в Чечне. Ближневосточные страны повели себя более приветливо, направив своих наблюдателей на выборы, проведенные после того, как бои утихли. Отметив, что значительную часть населения России составляют мусульмане, а границы страны проходят недалеко от Ближнего Востока, Путин заявил, что поддержит позицию «большой восьмерки» по Ближнему Востоку только в том случае, если это «ни на йоту» не ухудшит отношения Москвы с исламским миром.

Ситуация еще более обострилась в сентябре, когда Россия, Китай, Франция, Великобритания, США и Германия начали работу над проектом резолюции ООН по Ирану. Россия заняла твердую позицию, заявив, что санкции должны касаться лишь поступления в страну секретных ядерных технологий и не затрагивать иранскую экономику более широко. Кроме того, Москва настаивала, чтобы резолюция не создавала никаких препятствий ее работам на атомной электростанции в Бушере.

Более жесткие меры

Изначально администрация Буша стремилась протолкнуть гораздо более жесткий набор экономических санкций, даже если бы это означало, что Россия и Китай их не поддержат. Однако в результате Россия смогла минимизировать санкции ООН и вывести из-под них работы в Бушере.

Несмотря на позицию США и большинства европейских стран, Кремль постоянно заявляет, что Иран не обязательно стремится к созданию ядерного оружия. Российские власти говорят, что они жестко ограничивают поставляемые Ирану виды вооружения, например, отказываясь поставлять переносные противовоздушные комплексы, которыми предпочитают пользоваться террористы.

Кроме того, по словам ряда западных дипломатов, Кремль отчасти использует проект в Бушере для давления на Тегеран по поводу ядерной программы. Публично российские власти отрицают всякую связь между этими событиями, однако, в то время как Иран упорно заявляет о стремлении обогащать уран, Москва постоянно откладывает поставки топлива для реактора. Не далее чем на прошлой неделе российские чиновники заявили, что проблемы с оплатой со стороны Ирана (Тегеран отрицает, что они имели место) приведут к очередной задержке.

Когда в прошлом году Кремль предложил компромиссное решение, по которому Иран будет осуществлять важные операции с урановым топливом лишь совместно с Россией, Иран проигнорировал данное предложение. Это подтолкнуло Россию проголосовать за санкции в ООН, что вызвало в Тегеране удивление. «Они до конца надеялись, что Россия блокирует решение или наложит вето, – объясняет Раджаб Сафаров, директор Российско-иранского делового совета в Москве. – Они были в ужасе».

Однако сейчас Россия столь же стремительно пытается восстановить связи с Тегераном, осуществляя визиты на высоком уровне и поставляя ему противовоздушные ракеты.

Подборка