16+
Новости
1 Марта 2007, 00:00
25 просмотров

У хаоса на биржах много причин

Америка гордится самыми большими и ликвидными биржами в мире, а когда она чихает, у всего мира насморк – это давно стало банальностью. Но по мере того как взрослеют другие рынки, а движение капиталов по нашей планете становится изменчивее, риск подхватить инфекцию, которая распространяется иным путем, растет. Яркая иллюстрация появилась во вторник, 27 февраля, когда акции во всем мире упали после того, как китайская биржа пережила самое большое падение за десятилетие (в какой-то мере восстановившись в среду). Америка столкнулась с самыми резкими снижениями индексов со времени открытия бирж после терактов 11 сентября 2001 года – и окончанием самого длительного периода без падения на 2% в день с 1950-х годов.

В среду все взоры были обращены на Америку. Незадолго до открытия бирж Бюро экономического анализа пересмотрело свою оценку роста ВВП в четвертом квартале, существенно снизив ее, с 3,5 до 2,2%. Однако американские биржевые маклеры проигнорировали эту плохую новость, и биржи немного оправились. К полудню промышленный индекс Dow Jones Industrial Average поднялся больше чем на 50 пунктов, в то время как NASDAQ и S&P 500 продемонстрировали однозначный рост по сравнению с предыдущим закрытием. Шанхайская биржа тоже восстановилась, но другие азиатские биржи были слабыми. Европейские индексы тоже понизились, и FTSE 100 к концу дня почти потерял завоевания года.

Беспорядочное отступление во вторник началось, когда крупнейшая китайская биржа в Шанхае завершила день падением почти на 9%, так как инвесторы забеспокоились, что власти начнут наступление на нерациональное процветание, державшееся там в последние месяцы. Это спровоцировало падения в Европе, где биржи в итоге упали на 2-3% (индекс FTSE Eurofirst 300 упал на 2,86%). Индекс Dow Jones Industrial Average упал при открытии и продолжил падение в течение дня, в какой-то момент снизившись больше чем на 200 пунктов за пару минут.

То, что Китай может оказать такое воздействие, несмотря на его быстро растущее влияние на мировую экономику, оказалось сюрпризом. В действительности он был всего лишь одним из нескольких катализаторов. Инвесторов все сильнее беспокоит состояние американского ипотечного рынка, особенно «промежуточное» кредитование менее кредитоспособных заемщиков и быстрое распространение вторичных ценных бумаг, связанных с ним. Их также встревожило предупреждение бывшего президента Федеральной резервной системы Алана Гринспена, что Америка, возможно, медленно движется к спаду; уменьшение числа заказов на товары длительного пользования усугубило более широкие экономические опасения (хотя последние показатели потребительского доверия хороши).

Последовавшая распродажа не имела ничего общего с паникой, охватившей Уолл-стрит в «черный понедельник» октября 1987 года, когда Dow Jones упал на 22,6% за один день. Но она выглядела угрожающе на фоне длительного периода стабильного роста цен на акции и малой изменчивости, предшествовавшей ему. Банки, может, и сокращали свои команды маклеров на Нью-Йоркской бирже, но активность была безумной, когда объем взлетел до рекордного уровня. К концу дня Dow Jones упал на 96,66 пункта, или на 3,9%, до 2407,86 – и на каждого выигравшего пришлось 11 проигравших. Это было самое большое падение процентных пунктов с декабря 2002 года. Неожиданная переоценка рисков отправила инвесторов в сверхнадежные бонды Казначейства. Цена базисных облигаций взлетела, столкнув доходы по ценным бумагам вниз, до уровня, не виданного с середины декабря.

Худшим моментом дня были несколько безумных минут в районе 15:00 часов. Dow Jones, который к этому моменту упал на 200 пунктов с небольшим, рухнул еще на пару сотен пунктов меньше чем за минуту – маклеры назвали скорость падения беспрецедентной. (Вскоре выяснилось, что внезапность падения была связана с задержкой приведения индекса в табличную форму вследствие большого объема торгов.) Dow Jones упал на 546 пунктов, прежде чем начал понемногу восстанавливаться.

Основный спад мог усугубляться различными факторами. Нью-Йоркская биржа представляет собой гибрид: частично это «прямой контакт» в торговом зале, частично – электронные торги. Возможно, возникла нестыковка между двумя частями: по сообщениям, маклеры в зале изо всех сил старались угнаться за компьютерными заказами. Популярность биржевых фондов – предлагаемых на рынке корзин акций, привязанных к индексу, – тоже могла сыграть свою роль. Их короткие продажи, как полагают, усилили направленное книзу давление в течение дня. Изменчивость, измеряемая индексом VIX, подскочила больше чем на 60%, показав самый большой однодневный рост с 1991 года.

Вызывает беспокойство то, что система связи на биржах не смогла угнаться за быстрыми изменениями. Еще один повод для беспокойства – быстрый рост вторичных ценных бумаг. Проблемы в секторе промежуточной ипотеки привлекли внимание к расслаиванию и разрезанию риска с использованием такого сложного инструмента, как обеспеченные долговые обязательства и обмен задолженностями по кредитам. Банки пользуются ими для снижения кредитного риска, но непонятно, где теперь оказался весь этот риск. Финансовые акции получили во вторник особенно сильный удар, и это наводит на мысль, что из-за этой неопределенности нервы начинают ходить ходуном. Акции Goldman Sachs, пожалуй, самого умного финансового алхимика, упали на 6,6%. Отчасти это связано с азиатским воздействием (компании принадлежит пакет акций крупного китайского банка). Но ее роль в выведении на сцену экзотических финансовых инструментов и торговле ими, возможно, тоже была значимым фактором.

Подборка