16+
Новости:
13 Февраля 2007 года, 00:00
59 просмотров

Вопрос, который задает нам Путин, задаем себе и мы

Спор с Россией касается вопроса идентичности НАТО

Федеральное правительство весьма примечательным образом в конце прошлой недели обозначило позицию нашей страны в начале XXI века. Канцлер ФРГ выступила со стратегической речью, акцент в которой делался на необходимость создания общего миропорядка. Канцлер также подчеркнула значение ООН и высказалась против однополярного видения проблем: ни одна страна не сильна настолько, чтобы справиться с глобальными вызовами в одиночку. Для этого необходимо равноправное партнерство.

Важным моментом речи канцлера Меркель стало и выдвинутое ею требование более широкого понимания вопросов безопасности, а также контроля за вооружением и призыв к разоружению. Немалое значение имела и речь министра иностранных дел, который считает применение военной силы крайней мерой, и заверяет, что ликвидация существующих препятствий для экономического сотрудничества между США и ЕС не направлена против третьей стороны.

Министр обороны, в свою очередь, призвал к более трезвой оценке речи Путина и в противовес реакции генерального секретаря НАТО призвал к пониманию обеспокоенности России. Министр финансов в Эссене, в кругу своих коллег по «большой восьмерке», потребовал сделать выводы из возрастающей глобальной взаимозависимости и соотнести их с требованием большей прозрачности на всемирном финансовом рынке страховых фондов. Также реалистично прозвучал и его призыв к сотрудничеству с Китаем, Индией и Бразилией в рамках «большой восьмерки».

Анализ речи Владимира Путина показывает, что основные затронутые им вопросы касаются требования равноправного глобального сотрудничества. Эту речь стоит воспринимать серьезно, даже в тех местах, где критика кажется чересчур острой. Россия позиционирует себя как равноправного и равноценного партнера. Успех европейского объединения показывает, что равноправие и равноценность являются условиями конструктивного сотрудничества. Это касается как Европы, так и всего мира.

Новый американский министр обороны отреагировал на речь Путина, выказав спокойствие, желание сотрудничества, но в то же время готовность серьезно оценить слова российского президента. Это открывает целый ряд возможностей. Вряд ли стоило ожидать, что он, сместив акценты, отойдет от позиций, которые в настоящее время определяют американскую политику. Тем не менее он оставил в стороне попытки своего предшественника разделить европейские государства на «старых» и «новых» европейцев.

Вопрос, прозвучавший из Москвы, о том, как нужно понимать установку систем ПРО на востоке натовских территорий, перекликается с аналогичными вопросами и опасениями и внутри альянса. Принятие в НАТО новых членов проходило в последние годы в соответствии с «Заключительном актом», подписанным в Хельсинки. Однако этот процесс инициировал подписание в 1999 году Договора об ограничении обычных вооружений в Европе, который до сих пор не был ратифицирован НАТО. Если это произойдет, то многое может предстать в новом свете.

Нельзя отрицать одного: речь идет не только об отношениях с Россией. Речь идет об идентичности НАТО и ЕС и о сохранности обеих организаций, когда решаются такие непростые вопросы, как размещение систем ПРО. Такие вопросы не должны решаться отдельными членами в двустороннем порядке – это дело всего альянса и ЕС. Коалиция желающих с участниками вне альянса в недавнем прошлом уже сильно навредила внутренней сплоченности альянса.

ЕС – это наше будущее, трансатлантическое партнерство имеет для нас первостепенное значение. НАТО должно вернуться к своим проверенным и надежным механизмам принятия решений, при этом огромное значение имеет идентичность ЕС в плане внешней политики и политики безопасности.

Ганс-Дитрих Геншер – министр иностранных дел ФРГ с 1974 по 1992 год