16+
Новости:
27 Февраля 2007 года, 00:00
41 просмотр

Возвращение политики сдерживания («Los Angeles Times», США)

Политика времен ‘холодной войны’, доказавшая свою эффективность в борьбе против СССР, может оказаться наилучшим методом решения иранского вопроса

Слово ‘сдерживание’ вновь у всех на слуху.

В прошлом году эксперты, придерживающиеся совершенно различных взглядов — журналисты Джордж Уилл (George Will) и Томас Фридман (Thomas Friedman), а также профессор политологии Барри Позен (Barry Posen) из Массачусетского технологического института — в один голос утверждали: политика сдерживания в отношении Ирана, даже обладающего ядерным оружием, предпочтительнее военной акции против этой страны.

В январе к ним присоединился Кеннет Поллак (Kenneth Pollack) из Института имени Брукингса (Brookings Institution), порекомендовав в своем аналитическом докладе перейти к политике сдерживания в Ираке — а ведь именно он был одним из самых активных сторонников вторжения в 2003 г., и мотивировал его необходимость как раз тем, что доктрина сдерживания утратила дееспособность.

Даже возглавляемая Джеймсом Бейкером (James Baker) Исследовательская группа по Ираку (Iraq Study Group) в своем отчете, опубликованном в декабре прошлого года, выступила за сотрудничество с Ираном и Сирией, чтобы ‘сдержать’ разрастание иракского конфликта.

Доктрина сдерживания родилась в годы ‘холодной войны’: в конце 1940-х гг. ее сформулировал Джордж Кеннан (George Kennan) на страницах журнала Foreign Affairs, в знаменитой статье ‘Истоки поведения СССР’ («The Sources of Soviet Conduct»), которую он подписал псевдонимом «X». Кеннан, прежде работавший в американском посольстве в Москве, утверждал: пока Советский Союз не нападает на нас, мы также не должны нападать на него, добиваясь победы в ‘холодной войне’ с помощью экономических ‘кнутов и пряников’, усилий разведки и дипломатии, и укрепления ‘здоровья’ и жизнеспособности капиталистических демократий.

Конечно, писал Кеннан, Советы стремятся расширить свою сферу влияния, но в основе политического курса США тем не менее должно лежать ‘рассчитанное на долгую перспективу, терпеливое, но твердое и неуклонное сдерживание экспансионистских тенденций России’. Он был убежден: со временем недееспособная советская система рухнет сама собой, не выдержав перенапряжения сил.

История подтвердила его правоту.

Сегодня, однако, все изменилось. Политика сдерживания (которую при Клинтоне мы проводили и по отношению к хусейновскому Ираку) ‘попала в немилость’ накануне иракской войны: администрация Буша сочла ее неадекватной в отношении угроз, с которыми США столкнулись после 11 сентября. В ситуации, когда ‘Аль-Каида’ устраивает теракты на нашей территории, ядерные террористы рыщут по всему миру, а ‘государства-изгои’ снабжают их оружием, утверждал Белый дом, защитить Америку можно только радикальными мерами — такими, как превентивные войны и насильственная смена режимов.

В результате родился современный эквивалент доктрины ‘отбрасывания коммунизма’, — вытеснения СССР из Восточной Европы — за которую Джон Фостер Даллес (John Foster Dulles) и Дуайт Эйзенхауэр выступали в ходе предвыборной кампании 1952 г. (впрочем, в следующем году, придя к власти, эйзенхауэровская администрация отвергла ее как нереальную).

Но как все обстоит на самом деле? Действительно ли доктрина сдерживания устарела, как утверждает администрация? Кое-какие параллели между прошлым и настоящим говорят о том, что это не так.

Так, Кеннан отлично понимал, что после окончания Второй мировой войны, демобилизации армии и сокращения военного бюджета национальную безопасность США придется обеспечивать за счет скудных ресурсов. Попытки добиться мировой гегемонии обойдутся недопустимо дорого. По мнению Кеннана, целесообразнее было бы делать так, чтобы в мире вообще не было гегемона. Поэтому он приветствовал появление ‘титоизма’, бросившего вызов советскому господству, понимая, что конкуренция внутри международного коммунистического движения идет нам на пользу.

Этот урок администрация Буша не сумела усвоить: всего несколько лет назад она могла воспользоваться солидным бюджетным профицитом, а сегодня государственный долг в связи с войной в Ираке превысил триллион долларов, и в обозримом будущем мы обречены на огромный бюджетный дефицит.

Вместо того, чтобы, как предлагал Кеннан, стравливать наших противников друг с другом, действия администрации постоянно сплачивают их. Ошеломляющим примером в этой связи стало Послание президента Конгрессу в 2002 г., где впервые был введен в оборот термин ‘ось зла’. Этим мы без всякой необходимости ‘оттолкнули’ Иран — да еще в тот момент, когда у власти там находились умеренные силы, и Тегеран сотрудничал с нами по Афганистану. Подобная опрометчивость явно не соответствовала интересам США.

Кеннан считал, что завоевывать умы и сердца людей лучше всего практической демонстрацией преимуществ демократии и капитализма. Поэтому он поддерживал План Маршалла, призванный в максимально короткие сроки закрепить торжество демократии в Западной Европе.

Этот рецепт также весьма актуален для нашего времени, поскольку у коммунизма и исламского фундаментализма есть одна общая черта — отсутствие сколько-нибудь эффективных экономических идей. В Иране и Афганистане, где фундаменталистские движения пришли к власти, это привело к катастрофическим результатам в экономике. В этом плане исламский фундаментализм не в состоянии конкурировать с демократическим капитализмом. Именно поэтому столь многие граждане Ирана (в отличие от руководства страны) ориентируются на Запад и его ценности.

Кеннан считал идеологические споры с Советами пустой тратой времени. Он предлагал Соединенным Штатам сосредоточиться не на словах, а на делах наших противников, поскольку был уверен, что они действуют исходя из собственных интересов, а не в ответ на наши аргументы. И эта идея доказала свою эффективность.

Вспомним пример с Ливией: несмотря на всю свою антизападную риторику, Муаммар Каддафи чутко реагировал на стимулы и предостережения в рамках политики сдерживания. В конце 1990 г. эта политика (включавшая и экономические санкции) побудила его отказаться от поддержки терроризма, передать суду исполнителей теракта над Локерби [речь идет о взрыве в 1988 г. пассажирского самолета, который упал на шотландский городок Локерби — прим. перев.], и выплатить компенсации британцам и французам, пострадавшим от террористов, поддерживаемых ливийцами.

Поэтому образцом для действий по отношению к Ирану должна стать Ливия, а не Ирак. Однако сторонники администрации смотрят на вещи по-другому, проталкивая современный вариант доктрины ‘отбрасывания’, выступая за военное нападение на Иран, чтобы остановить его программу по созданию ядерного оружия.

Естественно, какие-то элементы доктрины Кеннана следует адаптировать к новым условиям — мир утратил биполярность, и сегодня нам противостоят многочисленные враги, действующие в разных странах. Для борьбы с ними необходима система региональных альянсов в сфере безопасности. В свое время Кеннан выступал против создания НАТО, полагая, что это приведет к чрезмерной милитаризации конфликта с Советами. Однако, как утверждает полковник Джозеф Нуньес (Joseph Nunez) из Военного училища сухопутных войск США, сегодня организации, подобные НАТО, нужны нам на каждом континенте: это необходимо для сдерживания террористических группировок и межэтнических конфликтов в ‘несостоятельных государствах’.

Кроме того, Кеннан невысоко ценил международные организации, например ООН, считая, что любой реальный конфликт между США и СССР попросту сметет их в сторону. Однако в 21 веке, в условиях глобализации, подобные институты необходимы для поддержания мира, укрепления международного права и придания легитимности интервенциям, если таковые будут необходимы в рамках политики сдерживания.

Парадоксально, но факт: именно в тех сферах, где идеи Кеннана представляются старомодными и просто неверными — в отношении региональных союзов и роли международных организаций — администрация Буша следует его рецептам.

Кеннан скончался в 2005 г. в возрасте 101 года. Однако его доктрину сдерживания не следует хоронить вместе с автором.

Устарела не политика сдерживания, а Доктрина Буша.

Ян Шапиропрофессор политологии, Директор Центра международных и региональных исследований им. Макмиллана (MacMillan Center for International and Area Studies) при Йейльском университете, автор книги ‘Сдерживание: переосмысление стратегии борьбы с мировым терроризмом’ («Containment: Rebuilding a Strategy Against Global Terror’)