16+
Новости:
12 Февраля 2007 года, 00:00
27 просмотров

За счет чего будем самоуправляться?

Основной смысл реформы местного самоуправления, букву и дух которой выразил 131-й Федеральный закон, состоит в том, чтобы приблизить муниципальную власть к народу. По крайней мере, так утверждали и утверждают ее идеологи. Напомним, вместо прежней одноуровневой системы (город и район и назначаемые главы сел и поселков) появилась двухуровневая: муниципальные районы и городские и сельские поселения в их составе со своими выборными главами и представительными органами.

Поначалу на местах нововведение приняли настороженно. Кое-где не спешили приступать к реализации 131-го закона в надежде, что он будет скорректирован либо вообще отменен. Однако федеральные власти «отыгрывать» в этом вопросе не собирались и процесс формирования поселенческих муниципалитетов начался.

Первыми задумались жители крупных райцентров. Например, если ранее в таких крупных городах, как Новомосковск (Тульская область, свыше 100 тыс. населения) или Мценск (Орловская область, около 50 тыс. населения) были единые с районом администрации, то с реформой они превращались в подчиненные району поселения. Новомосковцы тогда взбунтовались, требовали признать их городским округом, заявляли, что не хотят быть дойной коровой села, даже что-то наподобие референдума организовывали, но ничего у них не вышло. В итоге сегодня такие крупные города, где имеется серьезная доходообразующая база, вынуждены отсылать собранные платежи кто в район, а кто и в область, и там уже решают, дать денег городу, или подождать.

На селе еще сложнее. Тезис о том, чтобы «власть была под руками» так остался в значительной степени на бумаге. Дело в том, что сельские администрации существовали и ранее, но их главы назначались районными руководителями. Своих бюджетов сельские округа не имели, финансировались по сметам районных финуправлений – деньги выделялись преимущественно на оплату труда сельских чиновников. Как правило, это были люди (чаще женщины) со средне-специальным, реже высшим образованием, штаты насчитывали от 5 до 9 человек, получавших весьма скромную зарплату. Создание сельских муниципальных образований на новой основе неизбежно требовало увеличения расходов на аппарат управления. Другая проблема – нежелание людей идти в деревенские чиновники на мизерную зарплату. Хорошие специалисты уехали в город, а плохие могут таких дел наворочать… Поэтому на местах пошли на укрупнение и слияние сельских округов.

В результате часть крупных сел потеряла статус «административных центров», а вновь образованные поселения вместо прежних 3-5 стали объединять по 9-15 деревень. Теперь, чтобы получить какую-нибудь справку, жителю маленького хутора или сельца нужно ехать за добрый десяток-полтора (а то и два) километров. Зато в сельских поселениях появились свои депутаты. Их основное назначение – принятие бюджета (там, где эти бюджеты уже появились), но реальных полномочий, а главное, средств, для решения серьезных проблем у них нет и пока не предвидится. Кстати, проводя выборы в поселенческие представительные органы, местные власти столкнулись с проблемой подбора кандидатов – нет их, некому представлять народ. Например, в Тульской области для обеспечения альтернативности выборов пошли по пути формирования многомандатных округов: один округ – пять депутатов.

Возвращаясь к вопросу о поселенческих бюджетах, необходимо сказать и о проблеме их исполнения: не везде в сельских администрациях есть специалисты, готовые вести бюджетный процесс. Поэтому в некоторых регионах определен переходный период, согласно которому этим будут заниматься специалисты районных администраций. Другая головная боль – дотационность сельских бюджетов, близкая к 100 %.

Дело в том, что основные источники формирования их доходной части – подоходный и земельный налоги. Каковы доходы сельских жителей, всем известно, а земля далеко не везде прошла кадастровую оценку. Более того, несмотря на закон о «дачной амнистии», склонные к некоторому правовому нигилизму сельские жители не спешат оформлять правоустанавливающие документы на свою землю, без чего взимание налога невозможно. Не везде начался и процесс разграничения собственности на районную и поселенческую, что также затрудняет и разделение полномочий двух уровней муниципальной власти.

Формально и федеральное и региональное законодательство предусматривает, что полномочия вниз по властной вертикали должны передаваться вместе с финансовыми средствами для их обеспечения. Перечень таковых в вышеупомянутой Тульской области исчерпывается озеленением и благоустройством, вывозом мусора, освещением, содержанием жилого фонда, теплосетей и водоснабжения. А, например, такая функция, как ведение первичного воинского учета, должна финансироваться за счет федерального бюджета.

Насколько сельская казна позволит поселению если не развиваться, то, по крайней мере, держаться на плаву, иллюстрирует такой факт: глава администрации села одной из областей центра России, просившая не называть ее фамилию, сообщила автору этих строк, что всего бюджета возглавляемого ею муниципального образования хватит разве что на ремонт водопровода, который не работает уже несколько лет.

Разрушение сельской инфраструктуры, произошедшее в связи с разорением и ликвидацией колхозов и совхозов, – явление практически повсеместное, и для ее восстановления понадобится с десяток поселенческих бюджетов. Под лозунгами «оптимизации» расходов и «повышения эффективности работы» идут процессы закрытия участковых больниц, постов сестринского ухода, фельдшерско-акушерских пунктов, сельских клубов, библиотек, школ, детских садов.

Так что, пока «приближение власти к народу» не спасает глубинку от свертывания социальной сферы. Быстро решить эту проблему не получится, но решать ее надо. Ведь, если муниципальная власть не будет обеспечена реальными полномочиями и финансами для их реализации, народ вправе спросить: а для чего нам нужна эта тьма власти?

Нажимая кнопку комментирования Вы соглашаетесь на обработку персональных данных
106, за 0,208