16+
Новости:
21 Февраля 2007 года, 00:00
33 просмотра

Запад, возможно, еще пожалеет о нападках на Россию

Страны тоже способны испытывать чувства. Так сказал мне один русский, объясняя причину недавнего краха отношений Владимира Путина с его бывшими поклонниками на Западе. «За последние 15 лет мы добились успехов, а в ответ лишь пренебрежение и оскорбления. У российских властей тоже, знаете ли, есть гордость».

Путин, так же как Джордж Буш и Тони Блэр, вскоре уйдет со своего поста. Он может с гордостью сказать, что за время двух президентских сроков стабилизировал, если не сказать укрепил, демократию в России, придал импульс модернизации экономики, подавил сепаратизм в Чечне и при этом сохраняет исключительную популярность. Но лидеры, которые не замечают критиков у себя на родине, обычно жаждут международного признания и непривычны к нелестным отзывам. Отсюда и выпады Путина, прозвучавшие на Мюнхенской конференции по безопасности, где он, по собственным словам, решил «избежать излишнего политеса» и говорил откровенно.

По словам защитников Путина, он стал жертвой несправедливого отношения со стороны Запада. Он твердый человек, которого поначалу активно обхаживали Буш, Блэр и другие западные лидеры. После 11 сентября он спокойно отнесся к появлению сил США у своих южных границ, где к северу от Афганистана разместились американские военные базы. Но в свете аналогичных проблем в Чечне его подвергли резкой критике. А когда он заставил Милошевича уйти из Косово (это сделал он, а вовсе не бомбежки), ему не сказали спасибо.

Когда в 1990-е годы Путин пожелал вступить в НАТО (Путин стал премьер-министром в 1999, президентом – в 2000 году. – Прим.ред.), ему дали резкий отпор. Затем НАТО нарушило обещание по поводу своих действий после холодной войны: расширилось за счет Польши и стран Балтии, вышло к Черному морю, а теперь планирует разместить противоракетные системы в Польше и Чехии, а также заигрывает с Украиной и Грузией. Против кого это расширение, спрашивает Путин.

Запад пресмыкается перед ОПЕК, но, когда Путин предлагает создать «газовый ОПЕК», поднимается крик. Америка захватывает иракскую нефть, но, когда Путин национализирует российскую нефть, это считается преступлением. И одновременно любая афера, любое убийство в России, любой скандал с оружием выставляется напоказ в западной прессе. Да, Россия по-прежнему является олигархической плутократией, где шаги вперед постоянно чередуются с отступлением назад, но разве не аналогичным образом обстоит дело в ручных американских демократиях в Азии – в Афганистане и Ираке?

В своей мюнхенской речи Путин спросил, зачем Америка добивается создания «однополярного мира». Вашингтон и правда стремится ко второй холодной войне? Россия выводит свои силы из Грузии и Молдавии. Почему же НАТО выдвигает свои базы в Болгарию и Румынию? Запад обращается с Сирией, Ираком, Афганистаном и Ираном с высокомерием и глупостью империалистов XIX века. Удивительно ли, что Россия старается найти союзников там, где они могут быть: в Китае, Индии, Иране и Персидском заливе?

На англо-российской конференции, которая состоялась в Москве в прошедшие выходные, я был ошеломлен разговорами о возвращении к конфронтации «Восток – Запад». У дипломатов есть привычка накапливать претензии списком – как у семейных психологов, которые предлагают парам составить список того, что их больше всего раздражает друг в друге. Это список, похоже, бесконечен, но его целью является откровенный разговор, а не развод. В конце концов, разве они друг другу не нужны?

Я был в России трижды после развала Советского Союза, и я не перестаю удивляться тому, как сильно она ушла вперед. Открыто звучат споры и обсуждения. Россия не транжирит свои энергетические богатства – 100 млрд долларов отложено в стабилизационный фонд. Связи России с западным бизнесом оцениваются в 30 млрд долларов – именно столько составляют внутренние инвестиции. Усиливаются культурные и образовательные контакты. Москва и Санкт-Петербург – растущие города мирового уровня, в небе над которыми тут и там видны строительные краны.

Запад боготворит плюралистическую демократию настолько, что считает, будто государства обязаны принимать ее с распростертыми объятьями. Когда происходит отход от нее, как в бывшей Югославии, на Украине, в России и в отдельных частях Африки, не говоря уже об арабском мире, Запад ведет себя как сварливый торговец автомобилями, если покупатель не соблюдал указания инструкции по ремонту. Да, Запад после 200 лет проб и ошибок способен обеспечить свободные выборы, рыночный капитализм, свободу прессы и региональную автономию, но как недавно освободившиеся государства справятся с этим за один день?

Жесткий ответ со стороны Путина легко объяснить. Именно так ему отвечали Вашингтон и НАТО. Мы победили в холодной войне. Вы проиграли. Так что заткнитесь. Если, как заявил высокопоставленный российский генерал на прошлой неделе, вы хотите выйти из договора о ракетах средней дальности, выходите. Если считаете, что нефть и газ позволят вам вновь стать сверхдержавой, попробуйте что получится. Быть может, Буш и Блэр вцепились в «Исламистан», но их преемники окажутся более благоразумны. Наш оборонный бюджет больше вашего, и мы обложили вас со всех сторон.

Все это способствует обращению к «реалполитик». Но в действительности речь Путина в Мюнхене отразила не его воинственные устремления, а удивление агрессивностью западной дипломатии. Раньше, по его словам, «был баланс и страх взаимного уничтожения. И одна сторона боялась шаг ступить лишний без того, чтобы не посоветоваться с другой в последнее время. И это был хрупкий мир, конечно, и страшноватый. Но он был достаточно надежным, как выясняется сегодня. Сегодня он, оказывается, и не такой уж надежный».

Вряд ли Путин хочет вернуться к надежности времен холодной войны. Он ничуть не больше Запада заинтересован в том, чтобы ворошить осиное гнездо исламского национализма, который глубоко проник и на территорию России. С 1997 года Россия проявляет искреннее желание более тесно сотрудничать с Европой и НАТО, и это желание следует лишь приветствовать.

Хотя Путин в последние 10 лет вел свою дипломатию с позиций слабости, а Запад – с позиций силы, это не совсем так. Во главе Великобритании и Америки стоят беспокойные политики, не способные увидеть историческую перспективу. Выступление террористов или дерзкая речь – и они уже готовы в суматохе менять свой политический курс. Когда Буш и Блэр уйдут, они оставят мир более расколотым, чем он был до них. Их презрительное отношение к восстановлению России после поражения в холодной войне – примета настоящих агрессоров.

Россия и Запад лишь выиграли бы от хороших взаимоотношений. Путин стремится модернизировать экономику и сохранить единство израненной и зажатой со всех сторон страны. Возможно, Запад убежден, что он не прав в своем стремлении к тоталитаризму, но пытаться предугадать действия российских лидеров – неблагодарное занятие. Это огромная страна с огромными природными и человеческими ресурсами. Что может быть лучше для Запада, чем совет «сблизиться» с ней? Но вместо этого Путин передаст своему преемнику изолированную и побитую страну. При менее разумном президенте может получиться так, что она вернется к протекционизму и вступит в союзы, который очень не понравятся Западу. И поощрять это возвращение поистине глупо.