16+
Новости:
19 Февраля 2007 года, 00:00
36 просмотров

Жесткие слова, призванные сохранить власть («The Washington Post», США)

Sunday, February 18, 2007; Page B02

Выступая на мюнхенской конференции по безопасности, Владимир Путин был предельно откровенен. Он обвинил Соединенные Штаты в том, что они ‘перешагнули свои национальные границы во всех сферах: и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере’. — Ну кому это понравится? — таким вопросом задавался российский президент. Естественно, он максимально воспользовался слабостью Америки, проявившейся в Ираке. Но не менее примечательна и та часть речи Путина, в которой он затронул вопросы внутренней политики.

Путин бесзусловно считает свое положение выгодным. Российская экономика бурно развивается. Невероятно, но за последние семь лет ВВП России, измеряемый в текущих долларах, вырос на 500 процентов (с 200 миллиардов в 1999 г. до 1 триллиона в прошлом году). Мир стремится получить российские нефть и газ, а популярность Путина в стране беспрецедентна. Он наверняка сам выберет себе преемника. Заслуживает восхищения его способность обстоятельно, чередуя обаяние с боевитостью, отвечать на вопросы журналистов в ходе пресс-конференции в прямом эфире, продолжающейся 3,5 часа.

Несмотря на все это, Путин, у которого заканчивается второй президентский срок, разрешенный конституцией, загнал себя в угол. Он говорит языком современного политического лидера, стремящегося возродить свою страну, но на самом деле он и его соратники думают лишь о личном обогащении. В годы его правления шел подрыв демократии, прав собственности и власти закона, выражением чего стал захват активов ЮКОСа (и заключение его владельца в сибирскую тюрьму), а затем других крупных компаний. Теперь Путин и его соратники должны как-то удержать власть — рискуя потерять ее вообще, если не будет устроен мягкий переход полномочий к преемнику.

Поразительной чертой путинского режима является его терпимость по отношению к коррупции. Так, недавно швейцарский суд установил, что министр связи Леонид Рейман, близкий друг Владимира Путина, является владельцем активов российских телекоммуникационных компаний стоимостью более миллиарда долларов. Но в основных российских СМИ об этом не говорят, и Рейман сохраняет свой пост. Не представив ни объяснений, ни аргументов в свою защиту, он лишь все отрицает.

Как Путину и его соратникам отказаться от этого?

Кажется очевидным, что Путин руководствуется этими тревогами, когда на международных форумах он обрушивается с гневными речами на США. Их эффектом становится рост популярности и, соответственно, усиление власти над страной. Под его практически тотальным контролем уже находятся телеканалы, газеты, политические партии, процесс назначения кандидатов и даже общественные собрания. Рост авторитаризма в России несомненен: Россия стала одной из немногих стран, которые после 2000 г. перешли в скрупулезно составляемых рейтингах организации Freedom House из категории ‘частично свободных’ в ‘несвободные’.

За эти семь лет соответствующим образом изменилась и внешняя политика России, показав, как самоуверенность во внутренней политике отражается на поведении страны в мире. Недавно министр иностранных дел Сергей Лавров похвалялся, говоря: ‘Без России и вопреки России не решить ни одной сколько-нибудь значимой международной проблемы’. Во время своего первого президентского срока Путин действительно способствовал разрешению проблем — например, сотрудничая с США в проведении операции против афганских талибов — но теперь, когда речь заходит о Соединенных Штатах или их союзниках, он выступает в роли ‘третьего лишнего’.

Тем не менее, Путину удалось очаровать некоторых западных лидеров — бывшего канцлера Германии Герхарда Шредера, бывшего премьер-министра Италии Сильвио Берлускони, уходящего в отставку президента Франции Жака Ширака и, самое главное, Джорджа Буша. Совсем недавно Буш заявил в интервью Wall Street Journal: ‘Владимир Путин сдержал слово во всем, о чем он мне говорил’. Что же, видимо сказал он не так много. Путин в своей антиамериканской мюнхенской речи ответил взаимностью: ‘Я считаю Президента Соединенных Штатов своим другом. Он порядочный человек’. Путин вполне мог бы добавить: ‘Он полезный инструмент’.

Путин внес разлад в Европейский Союз, балуя южные государства-члены — Францию, Грецию, Италию и Испанию — и, в то же время, обостряя отношения с Польшей и балтийскими государствами: Эстонией, Латвией и Литвой, тесно сотрудничающими с Соединенными Штатами. В Москве последние четыре государства называют ‘агрессивным новым меньшинством’ в ЕС.

Свою внешнеполитическую агрессию Россия направляла, прежде всего, на своих соседей из числа бывших советских республик. Результатом давления на эти страны, проявлявшегося в приостановке поставок нефти, транспортных и торговых блокадах, кампаниях по борьбе с иммигрантами, стало то, что все они стремятся в НАТО и ЕС или разрабатывают маршруты транзита энергоносителей в обход России. Роль России в регионе сокращается, несмотря на рост национального богатства благодаря экспорту нефти и газа. Как недавно отметил интеллектуал националистического тока Станислав Белковский, директор Института национальной стратегии в Москве, ‘в 2006 г. Россия перестала быть региональной державой’.

То же самое произошло в сфере энергетики. Россия объявила себя энергетической сверхдержавой, но оказалась в ловушке. В прошлом году она приготовила неприятные сюрпризы своим соседям: введя пошлину на нефть и повысив цены на газ, и подкрепив свое решение перекрытием вентилей. Сегодня никакие заверения не могут преодолеть сомнения Европы в надежности России как поставщика энергоресурсов. Путинский режим оттолкнул от себя как друзей, так и врагов России на постсоветском пространстве: и те и другие считают его слишком ненадежным и жестким. Все они стараются теперь снизить уровень зависимости от России.

В конечном итоге вопрос заключается в том, каким будет конец путинского режима. Впервые в истории России тайная полиция держит все в своих руках, их представители занимают высшие посты в государстве. Кремлем правит сплоченная команда, состоящая из друзей Путина по петербургскому КГБ. Возглавляемая соратником Путина Игорем Сечиным, она контролирует практически все силовые структуры. Ведется много спекуляций на тему того, имеет ли над ней власть сам Путин. Можно провести параллель между группой Сечина и группой, возглавлявшейся главой сталинской тайной полиции Лаврентием Берией, хотя есть одно большое отличие: Сталин не был детищем аппарата безопасности и манипулировал им в своих целях. Еще одно важное отличие заключается в том, что нынешняя группа заинтересована лишь в обогащении, а не в том, чтобы контролировать жизнь соотечественников. Вот почему ее тревожит перспектива президентских выборов 2008 г., и Москва полна слухов о том, что Путин изыщет способ остаться на своем посту.

При таких ставках Соединенные Штаты больше не могут оставаться безучастным свидетелем драмы. Шесть лет мягкой политики в отношении России привели лишь к ужесточению антизападной позиции Кремля. Буш мог бы поучиться жесткому стилю общения с Россией у президента Грузии Михаила Саакашвили. Когда Буш делает комплименты Путину, в Кремле это не вызывает ничего, кроме презрения. Президент Рейган знал, насколько важно говорить правду громко и четко. Разозлившее Кремль вильнюсское выступление вице-президента Чейни стало долгожданной новой точкой отсчета. Пора и Белому дому последовать за ним.

В 1975 г. Запад убедил советского лидера Леонида Брежнева ратифицировать хельсинские конвенции о правах человека, свободных и справедливых выборах. Хельсинские соглашения сыграли важную роль в разрушении советской диктатуры. Соединенные Штаты должны вновь обратиться к ним с приближением нового раунда парламентских и президентских выборов в России, в ходе которых, кажется, будут нарушены все возможные нормы.

Действительно, самые резкие слова в своей мюнхенской речи Путин адресовал Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, созданной на основе хельсинских соглашений и занимающейся мониторингом выборов. Как и Брежнев, Путин обвинил ОБСЕ во ‘вмешательстве во внутренние дела других государств’, но хельсинские соглашения сделали демократию вопросом международного значения. Возможно, это не нравится Путину и его соратникам, но учитывая связь между внутренней политикой России и ее поведением на международной арене, важно, чтобы Запад сохранял твердость.

Андерс Аслундстарший научный сотрудник Института международной экономики имени Петерсона (Peterson Institute of International Economics). Его книга «How Capitalism Was Built» будет опубликована осенью издательством Cambridge University Press.

____________________________________________

Путинская благодарность — пощечина Бушу («The New York Times», США)

Это, может быть, и не ‘холодная война’, но уж точно не теплый мир («The New York Times», США)

Правда и неправда ‘нового порядка’ Путина («The Financial Times», Великобритания)